Каменщик

Бойд Ной

— Странно, но это снова позволяет тебе в одиночку вершить свои дела.

— Основной принцип метафизики, которым я руководствовался, будучи агентом, гласит: «Если они там, то они не здесь».

— Может, именно поэтому твоя карьера в ФБР длилась всего три года?

— Зато каким замечательным было это время!

Пятнадцать минут спустя Вэйл подъехал к дому, который накануне кишел представителями правоохранительных органов, а теперь опустел. Единственным напоминанием была черно-желтая лента перед парадной дверью. Кэт сказала:

— Понимаю,

вопрос глупый, но ты поставил кого-то в известность, что мы сюда едем?

— Ты права, действительно глупый. — Вэйл вылез из машины, открыл багажник и вынул оттуда лом. — Но у меня есть разрешение мистера Холлигена, если это поможет. Давай первым делом обойдем дом.

Начали они с восточной стороны.

— На окне гостиной решетки нет, — сказал Вэйл и, осмотрев его, провел рукой по раме. — Она была, но ее сняли. Видны заделанные отверстия, и заделали их недавно.

Кэт подошла ближе.

— С какой целью?

— Тоже хороший вопрос. А вот еще один: зачем сохранять решетки на всех других дверях и окнах, но снимать эту?

Вэйл завернул за угол, проверил кованую решетку, защищающую заднюю дверь, и спросил:

— Где ты пряталась? За мусоросборником?

— Да.

Кэт указала на большой бак в двадцати ярдах от северо-восточной стороны дома.

— Укрытие превосходное. Кроме того, идеальная позиция для наблюдения за задней дверью и восточной стеной дома. Именно то, что нам тогда требовалось. — Вэйл обошел бак. — Я был у фасада; значит, остается только западное окно. Давай на него взглянем.

— Что именно ты ищешь? — спросила Кэт.

— Точно не знаю.

На западной стороне Вэйла больше заинтересовал старый деревянный забор, окружавший предприятие, чем дом или решетка на окне спальни. Кэт подергала один из прутьев.

— Похоже, держится крепко.

Вэйл по-прежнему осматривал ограждение автомобильного кладбища.

— От дома до забора не больше десяти футов, — задумчиво произнес он, направляясь к окну, взялся обеими руками за прутья и дернул их изо всей силы. Те сдвинулись примерно на полдюйма. Подергав их взад-вперед, Вэйл отступил на два шага. — Не следовало бы им этого делать. Они более новые, чем остальные.

Вэйл снова ухватился за прутья, пытаясь вырвать их из стены, но те не поддались, и тогда он принялся осматривать крепления.

— Что это означает? — спросила Кэт.

— Пока не знаю. Давай войдем внутрь.

Кэт уже усвоила, что если Вэйл говорит «пока», то, видимо, в курсе происходящего, но, как обычно, не видит смысла оповещать об этом весь мир.

Вэйл осмотрелся, вставил острый конец лома в раму решетки и плавным движением открыл ее. Подергав ручку парадной двери, он выбил ее плечом. Кэт последовала за ним в спальню, где накануне погиб Берток. Подняв окно, Вэйл снова подергал прутья решетки, затем осмотрел металлические концы, прикрепленные к наружной стене, и оконную коробку.

— Взяла латексные печатки?

— Ты догадлив. Дай ключи, принесу криминалистический комплект.

Возвратившись с

чемоданом, Кэт достала из него пару перчаток.

— Не забыл, что эту комнату уже обыскивали?

— Только в местах, соответствующих надуманной версии.

— Надуманной? Но ведь так все и произошло.

— Возьми фокусника — его трюки правда или иллюзия? То, что как будто видишь, только кажется. Правдой фокус становится, только если знаешь, как он делается.

Хотя Вэйл и не переставал ее удивлять, это казалось чрезмерным даже для него.

— По-твоему, все это подстроено?

— Давай начнем с того, как мы проследили Бертока до этого дома. Тебя здесь ничто не смущает?

— Я не понимаю — разве нас не привела к нему отличная цепочка следов?

— Вот именно, отличная цепочка. Я ни разу не видел такой четкой. Телефонный звонок в квартиру Бертока ведет в прачечную, потом в мотель, в прокатное агентство и, наконец, сюда. На все ушло около двух часов. А их в году более восьми тысяч, тем не менее мы трое появляемся здесь в одну и ту же минуту. Похоже на тренировочное занятие, придуманное в Квонтико для начинающих агентов.

Вэйл явно не желал принимать очевидное. Возможно, причиной тому явился бунт против требовательного отца, который, по словам Стива, третировал его в детстве. Так или иначе, результатом стала его способность находить в лабиринте путь, о существовании которого все остальные не догадывались.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, но разве так иногда не случается? Баллистическая экспертиза подтвердила, что Стэнли Берток стрелял в тебя, забаррикадировался, а потом пустил себе пулю в лоб из табельного пистолета, который использовал в четырех убийствах.

— Это не Берток, — уверенно произнес Вэйл.

— Что? — изумилась Кэт. — Я совершенно уверена, что человек в морге — Берток.

— Да, но не он стрелял в меня, и, возможно, не он совершал эти убийства.

— На чем ты основываешься?

Вэйл пропустил вопрос мимо ушей.

— Не кажется тебе подозрительным, что он вошел в прачечную сразу после женщины, с которой мы разговаривали, словно дожидался свидетеля? Он привлек ее внимание, прицепившись со стодолларовой купюрой, к тому же проколотой гвоздями, так что никакого сомнения в ее происхождении не осталось. Но он хорошо замаскировался, и она не узнала на фотографии Бертока. Потом очень кстати перешел улицу к мотелю у нее на виду.

— Но он был одет точно так же, когда сюда ворвался спецназ и обнаружил его.

— Ты осматривала труп?

— Нет. То есть видела, но я не дока в таких делах и не знала, что искать.

— Прежде всего изо рта трупа не пахло сигаретным дымом. Я просмотрел список улик вчера вечером. У Бертока не было при себе ни сигарет, ни зажигалки. А помнишь, как сильно было накурено в его квартире?

— Может, он бросил курить.

— Возможно, однако в такой напряженный момент вряд ли стоило беспокоиться о раке легких. Но самое главное, кровь на его правом виске запеклась полностью.