Каменщик

Бойд Ной

— Междугородний телефонный код шестьсот двенадцать. Это может быть Миннесота?

— Видимо, да, — ответила Кэт. — Брата допрашивали, и мы раз в неделю проверяем, на всякий случай, его междугородние переговоры.

Вэйл достал записную книжку и внес оставшиеся без ответа номера.

— Это любопытно. Известно, в какое время исчез Берток?

— Точно нет. Не думаю, что кто-то засек конкретную минуту, когда машина перестала двигаться. Около трех часов дня семнадцатого числа.

— В день доставки было много входящих звонков, все с одного номера. Похоже,

звонили примерно каждые четверть часа. Последний был сделан в два тридцать восемь. Сообщений звонивший не оставлял.

Кэт подошла к Вэйлу:

— Какой это номер?

— Код триста десять… погодите, кажется, я его уже видел. — Он пролистал записную книжку. — Это сотовый телефон, который Бертоку дали в дорогу, а он оставил его вместе с сигнализатором местонахождения. Он звонил по собственному номеру.

— Проверял, нет ли сообщений.

— Думаю, это обычное дело — ему наскучило вести машину, или он нервничал в связи с предстоящим.

— Звонить каждые четверть часа — обычное дело? — Кэт взглянула на Вэйла, и тот пожал плечами. — Предположим, Берток собирался похитить деньги. Возможно, его частые звонки как-то связаны с планами скрыться.

— Возможно.

Кэт вернулась на кухню, чтобы осмотреть содержимое выдвижных ящиков, а Вэйл продолжал переписывать номера. Закончив, она спросила:

— У вас все?

— Полный порядок. Давайте обыщем спальню. В девяти случаях из десяти улики находятся там.

— Звучит очень уж по-фрейдистски.

— Кто больше Фрейда знал, как люди прячут секреты?

Они вошли в маленькую спальню. Пока Вэйл заглядывал под матрацы, Кэт обыскала узкий комод.

— Я займусь ванной, — сказал Вэйл и, отодвинув занавес душевой, проверил содержимое аптечки. Там оказались только бритвенные принадлежности, зубная паста и аспирин. Раковина была встроена в белый туалетный шкафчик. Он открыл единственную дверцу, увидел, что там пусто, но обратил внимание на боковую панель. Легкие серые мазки у стены напоминали слезы, оставленные кончиками пальцев. Отодвинув шкафчик дюймов на шесть, он обнаружил в открывшейся полости перехваченную резинкой папку. Вэйл прошел в спальню, сел и раскрыл ее.

— Что это? — спросила Кэт.

— Улики. Очевидно, Фрейд ошибался.

Внутри оказалось больше десятка документов. Перебирая их, Вэйл достал металлическую печать и блокнот с голубой бумагой и передал его Кэт. Она раскрыла обложку — записей не оказалось, но две трети верхнего листа были аккуратно оторваны.

— Господи, — произнесла Кэт, глядя на блокнот.

— Что такое?

Она показала Вэйлу оборванный лист.

— Вы были правы насчет повторного обыска.

Размер, цвет и текстура голубой писчей бумаги были идентичны тем аккуратно оторванным листкам, на которых «Пентад» писала письма. Кэт взглянула на Вэйла, продолжавшего методично перебирать документы. Она привыкла не ждать от него реакции, но поразилась, что даже эта улика как будто нисколько его не взволновала.

Верхние четыре листа представляли собой бланки заявлений для получения американского паспорта. Дальше

шло свидетельство о рождении из Флориды. Имя наверху старательно вытравили и вместо него впечатали «Рубен Аснар». Под этим документом лежало три копии, на которых благодаря умелому использованию копировальной машины не осталось даже следа подделки. Вэйл ощупал печать, вытисненную внизу страницы, и поднял ее к свету, чтобы прочесть рельефные буквы. Перевернув один из документов, он прижал к свободному месту металлическую печать и сказал:

— Я так и думал. Это печать не штата Флорида, а государственного нотариуса округа Лос-Анджелес. Если не приглядываться, можно счесть это подлинным заверенным документом. — В папке имелось еще полдесятка копий свидетельства о рождении и заявление на получение водительских прав штата Флорида с адресом в Майами. — Задолго до вылета в Финикс Берток узнал о доставке?

— Точно не знаю, — ответила Кэт, — может, дня за два. Хватило бы этого срока для сбора всех документов?

— Думаю, да, если есть нужные люди. Такие знакомства имеют почти все агенты, работающие по уголовным делам.

— Лаборатория сможет установить, использовалась ли для писем эта голубая бумага, — сказала Кэт. Вэйл снова не отреагировал. — Как думаете, почему он выбрал Майами?

— У него два миллиона в стодолларовых банкнотах, и он знает, что серийные номера переписаны. Ему нужно отмыть эти деньги. Учитывая торговлю наркотиками в Майами, не такой уж странный тип сделки. Плюс к тому Майами — ворота в Карибское море. Каймановы острова, Панама, Багамские острова, Нидерландские, Антильские и полдюжины других государств, специализирующихся на отмывании денег и содействии американцам в уклонении от налогов. При секретности банковских законов и интересах каждого государства не допускать Соединенные Штаты в свой бизнес это весьма вероятное место назначения.

— Похоже на след, который мы искали. Вы как будто не особенно ему рады.

— Мы нашли несколько листов бумаги, и только.

— Простите мое волнение, но если бы вы занимались этим делом с самого начала, наше открытие произвело бы на вас впечатление второго пришествия Христа, — сказала Кэт. — Мы здесь закончили? Мне нужно связаться с майамским отделением в связи с нашей находкой.

— Не могли бы вы упаковать все, пока я осмотрю напоследок квартиру? — спросил Вэйл. — Хочу проверить все ниши и щели.

Кэт сняла с подушки наволочку и стала аккуратно складывать в нее улики.

— Смотрите, кто стал оруженосцем.

Вэйл улыбнулся.

— Слухи о смерти мужского шовинизма сильно преувеличены. Полагаю, вы отправите наши находки в лабораторию.

— Непременно. Чем займетесь вы?

— Постараюсь добиться разрешения прокуратуры на подключение перьевого самописца к телефону Бертока, на тот случай если он снова позвонит в ожидании сообщений.

Кэт не думала об использовании этого устройства, способного записать все переговоры по данному аппарату, в том числе входящие звонки, по которым можно определить местонахождение абонента.