Камень Чародея
Шрифт:
Дети молча ждали, пытаясь не обращать внимание на гудение камня поблизости.
С экрана донесся тонкий бренчащий звук.
— Вот он! — выдохнул Джеффри.
Мы двинемся в направлении максимального усиления сигнала, — объявил детям решение Фесс. Картина на экране приблизилась, покачалась и остановилась…
— Еще один камень! — воскликнул Магнус, а Корделия захлопала в ладоши. Грегори только улыбнулся, глядя на экран; глаза его сверкали.
Камень в центре экрана был относительно серым и испускал целые каскады тяжелых
— Поищи еще, — попросил Магнус.
— Ищу, — ответил Фесс, и картина снова расплылась.
Дети затаили дыхание: звук исчез, потом послышался другой…
— Он здесь! — показал Магнус, и все дети радостно закричали.
Камень лежал в центре экрана, почти такой же, как остальные два, и по внешности, и по звуку. Звук стих, и Грегори спросил:
— Фесс, а можно определить дугу по трем точкам?
Робот немного помолчал, потом ответил:
— Если считать, что это дуга, то да, Грегори.
— Сделай это, пожалуйста! И покажи нам на карте Греймари.
Род заинтересованно смотрел на сына: он понял, к чему ведет мальчик.
— Помните, — медленно сказал Фесс, — это только гипотеза.
— Гипотеза! Гипотеза! — возразил Джеффри. — Неужели одна гипотеза всегда обязательно ведет к другой?
— Да, Джеффри. Так развивается человеческое познание.
Экран замигал, и дети увидели на нем общий вид острова Греймари. Потом на карте по кругу побежала линия: разрезав восточный край территории Романовых, потом пройдя по западному краю Тюдоров и по западному углу Раннимеда и Стюартов, лучик пересек реку Флорин в середине леса Геллорн и через западный участок Логайров разрезал территорию Борджиа на две части с севера на юг.
Дети молча смотрели на экран. Затем Магнус шепотом спросил:
— А где его центр, Фесс?
— Там, где встречаются радиусы, — ответил робот, и на западной границе Глостеров появилась большая красная точка.
— Центр музыкальных камней на побережье запада, — выдохнул Грегори.
— Гипотетический центр, — напомнил им Фесс, — и лучше сказать «на западном побережье», с прилагательным.
— Какая разница? — проворчал Джеффри. — Мы ищем центр. Он на берегу или нет?
— Помните, мы сделали несколько предположений, которые могут оказаться неверными, — предупредил Фесс. — На самом деле нужно иметь больше данных, прежде чем мы уверенно сможем утверждать, что наша гипотеза превратилась в теорию.
— А теория опирается на факты? — спросил Магнус.
— Да, Магнус, при этом следует понимать, что наше утверждение может оказаться лишь частью гораздо большей схемы. Не допускайте ошибки, какую допускали многие: не говорите «теория», когда речь идет только о гипотезе.
— Тогда давайте высказывать дальнейшие гипотезы, — Джеффри сложил руки, глядя на экран. — Спросим, что произойдет, если мы оказались правы и развитие музыкальных камней беспрепятственно продолжится и дальше.
— Хороший вопрос, — одобрил
— Твоя дуга расширяется со скоростью триста ярдов в день.
— В таком случае мы можем рассчитать, сколько времени потребуется, чтобы они дошли до крайнего востока, — заключил Грегори с горящими глазами.
— А как нам это сделать, Грегори?
— Разделить расстояние от западного побережья на триста ярдов!
Синие цифры ответа появились на экране.
— Два года и три четверти? — Магнус смотрел на экран. — Почему мы не слышали об этом раньше?
— Это всего лишь развлечение, — ответил ему камень. Магнус раздраженно оглянулся на него. Фесс же сказал:
— Вероятно, это правильный ответ, Магнус. Никто не подумал, что феномен достоин изучения: люди посчитали его слишком тривиальным.
Сколько времени пройдет, прежде чем вся страна заполнится поющими камнями? — спросил Джеффри.
— Хороший вопрос, — прошептал Род. — Экстраполируя теперешнюю скорость разбегания в триста ярдов и предполагая, что изменений не будет?
— Да-да! — нетерпеливо бросил Джеффри. — Скоро эта соперничающая армия завоюет нас, Фесс?
Робот немного помолчал, потом сказал:
— Я предпочел бы, чтобы ты не думал об этих камнях, как о вражеской армии, Джеффри…
Любая схема может означать вражеские действия, Фесс!
— Нет! — в тревоге огляделся Грегори. — Любая схема должна иметь значение, но это значение не обязательно враждебное!
— Интересуйся знаниями, брат, а мне позволь интересоваться оружием. Часовой не бывает причиной войны. Сколько, Фесс?
— Четыре года и месяц, Джеффри, — робот вздохнул. — И позволь поздравить тебя с правильным применением научного метода.
Джеффри с воплем торжества аж подскочил, размахивая руками.
Музыкальный камень, рассердившись, увеличил громкость.
— Однако я сомневаюсь в цели, для которой ты воспользовался этим методом, — не замедлил охолодить ученика робот. — Тем не менее я радуюсь тому, как ты усвоил сегодняшний урок.
— Я усвоил?.. — Джеффри уставился на робота. — Фесс! Ты не говорил мне, что это урок!
— Время занятий еще не кончилось, Джеффри. Впрочем, часы показывают 15–00. На сегодня уроки закончены.
Дети радостно загалдели, разом развернулись и нырнули в лес, точно на запад.
Род встревожено посмотрел им вслед.
— Что они делают?
— Дети! Вернитесь! — позвала Гвен.
— Фесс только что сказал, что уроки закончены, — возмущенно повернулась к ним Корделия. — Мы свободны делать, что хотим, разве не так?
— Так, — согласилась Гвен. — А что же вы хотите делать?
— Как что? — удивился Магнус. — Проверить нашу гипотезу.
— Мы ведь должны собирать информацию, — объяснил Грегори. — Фесс сказал, что ее у нас недостаточно.