Калинов мост
Шрифт:
Млый хотя и не получил в бою ни царапины, чувствовал себя усталым настолько, что первым заговорил о привале задолго до темноты.
Большой соблазн был остановиться и развести костер на одном из требищ — там сухо, но кто знает, не приползет ли на огонь очередной василиск. Судя по следам, подобных чудовищ водилось здесь немало. Поэтому присмотрели большое дерево с длинными горизонтальными ветками и, накидав в развилки хворост, сделали какое-то подобие гнезд. Ворон полностью одобрил такое решение и устроился тут же, долго примащиваясь рядом с охотником, словно петух на насесте.
Красная
На другой день им в пути стали попадаться уже не грязевые топи, а подобия озер, которые невозможно было обойти. Переплывали на бревнах, и все время Млый ощущал присутствие неведомой опасности в глубине, словно за ним неотвязно следили чьи-то враждебные глаза.
Деревни Других обходили стороной, их выдавал запах дыма. Так решительно бросившийся вчера в бой, Млый сегодня уже сам удивлялся собственной смелости. Безрассудство, и только. Девушку все равно не спас, с Другими не подружился. Вот и приходится теперь прятаться, словно он враг. То, что Другие как-то общаются между собой, хотя деревни находятся друг от друга не близко, не вызывало у него сомнений. Если бы не страх Других перед мечом, пошли бы они на корм другому василиску. Только бы Род тогда его и видел.
Кстати, как там Род? Неудержимо захотелось домой. Затея найти корабль представилась пустой блажью.
Не один раз ворон предупреждал о приближении грифонов. Только теперь Млый полностью оценил помощь птицы. Действительно, пробираться в этих краях без такого помощника было бы значительно труднее. А еще через день лес постепенно стал переходить в травянистую равнину. Топи кончились.
Корабль
— Видишь того грифона?
— Который летит на запад или кружит над топью?
— Того, что летит к Другим.
— О-о! Здесь путники! И один из них наш старый знакомец, приемыш Рода.
— Так что, убьем грифона?
— Зачем? Если понадобится, Млый с ним справится и сам. Смотри, он уже совсем взрослый. Неделю назад он пытался биться даже с Халой.
— Все равно он не наш.
— Кто же говорит об этом. Но постой, тебе не кажется, что он ищет корабль?
— Конечно. Он же Другой. Как ему прожить без этих железок?
— И что будет делать, когда найдет?
— Посмотрим…
Высокая, выше колен трава тянулась до горизонта. И небо было безоблачным и тихим. И редкие, не сухие, а живые деревья поднимались над равниной, придавая открытому пространству ощущение покоя и праздничности. Но больше всего Млыя поразили цветы. Желтые шапки девясила и пижмы, белые —
На какое-то время он забыл даже о датчике, на который раньше смотрел почти поминутно — красная точка была уже совсем близко к центру, казалось, что до корабля осталось всего несколько шагов.
Ворон, едва лишь они вышли из болот, поднялся высоко и умчался в неведомом направлении, каркнув на прощание что-то нечленораздельное.
— Он любит эти места, — Меченый устало улыбнулся. — Здесь хорошо.
— Еще бы! — Млый размял в пальцах листок полыни и поднес руку к лицу. — Удивительно. Почему бы здесь не жить Роду и остальным?
— Нельзя жить сразу в нескольких местах. Но они сюда наведываются. Здесь спокойнее, и помощь Раха или Свентовита не так нужна. А Велесу в этих краях вообще делать нечего, здесь живут в основном охотники, землю не пашут.
— А Другие? Почему не переселятся сюда Другие? — спросил Млый и тут же прикусил губу, ведь Меченый и сам — Другой.
Но Меченый не обиделся.
— Ты ведь только что прошел через болота. Разве остальным это под силу? И потом, здесь ведь тоже обитает немало нежити. И мары, и дны, да к тому же еще и грифоны. Есть и другие твари, похуже.
«Похуже» Млый увидел уже через час, когда под одним из деревьев заметили стаю кабанов. Да кабанов ли? Меченый буквально силой пригнул его к земле, когда громадный черный вепрь с отсвечивающими сталью клыками издал нечто похожее на рык, потянув ноздрями воздух.
Затаились надолго, пока стадо не устремилось к другой, дальней группе деревьев.
— Ты не смотри, что они сейчас желуди едят, — все еще вполголоса сказал Меченый. — Оленей бьют не хуже волков. Рвут Других на части. Им все нипочем — была бы еда. Копье вепря не берет, зато он сам перекусывает клинок, как травинку. Потом, есть здесь и каменные плеши. Ступишь на них — окаменеешь. До колен, до пояса, а то и целиком. Камень поднимается по телу, как зараза. Наступил — пропал.
В очередной раз Млый поразился, как мало он знает об окружающем мире. Почему Род обо всем так скупо рассказывал? Может быть, там, рядом со старшими, ему эти знания были и ни к чему, но не век же ему жить вместе с Родом.
Точка на экране датчика почти точно совпала с визирным крестом. Корабль совсем близко. Почему же его тогда не видно?
Млый много думал о корабле. Он не знал, как выглядит эта машина, и сейчас корил себя за то, что как следует не расспросил Рода. А вдруг он корабль даже не узнает?
Но он его увидел и узнал.
Ближе к вечеру Меченый затеял охоту. Жевать вяленое мясо и ставший почти каменным хлеб, когда вокруг есть дичь, не хотелось. Вновь появившийся рядом с путниками ворон по приказу Меченого стал выгонять из высокой травы устраивающихся на ночевку перепелов. Это получалось у него лучше, чем у собаки. Неожиданно ворон пикировал на птичий выводок, и тот испуганно поднимался на крыло. Меченый, зажав в одной руке сразу несколько стрел, выпускал их одну за другой, поражая две-три птицы из стаи за один раз.