Калифорнийцы
Шрифт:
Вустон взял в руки чашку с кофе, обдумывая сложившееся положение. Ему было не по себе. Временами его бросало в дрожь... его угнетало то неведомое, что могло подстерегать на каждом шагу, за любой скалой, за любым поворотом. И что это за змея, которая как будто была, а как будто и нет? И что за вой раздавался со скал?
– Ладно, - сказал он наконец, - мы возвращаемся.
Франциско украдкой взглянул на Крутого Рассела, который, усмехнувшись, с заговорщицким видом подмигнул ему.
ГЛАВА 13
Эйлин Малкерин въехала во двор своего ранчо на побережье в Малибу. Шон ехал рядом,
Эйлин резко осадила коня, глядя на поджидавшую ее перед домом разношерстную толпу - всякий сброд, мексиканцы и гринго.
Брат Майкл сидел в тени на веранде. На коленях у него лежала винтовка.
Она обвела толпу холодным, неприветливым взглядом.
– Вам тут делать нечего. Убирайтесь.
Главарь шайки - развязный тип в огромном сомбреро и широченных штанах, вооруженный к тому же сразу двумя винтовками - грубо рассмеялся.
– Я Джон-Грек, - объявил он, ухмыляясь.
– И я никуда не уйду. Сеньор Вустон приказал мне остаться и ждать, когда он приедет. Я остаюсь.
– Моя мать приказала вам убраться, - тихо сказал Шон.
– Даю вам на это одну минуту.
Джон-Грек был строен, подтянут и выглядел весьма внушительно. Пригладив усы ладонью, он усмехнулся.
– Давай, сынок, подходи, - сказал он.
– Сейчас я тебе задам.
Шон слез с коня и отпустил поводья.
– Сеньора, - тихонько проговорил он, обернувшись к матери, - ты уж извини меня.
Он ударил первым, нанося удар Греку в подбородок. От неожиданности Грек упал на колени, сомбреро отлетело в сторону. С минуту он оставался стоять на четвереньках, ошалело мотая головой. Когда же он наконец поднялся с земли, в руке у него блеснул нож.
– А теперь я убью тебя, - объявил он.
Но Шон не спешил хвататься за оружие. Он просто ждал.
Грек продолжал наступать на него, низко держа руку с ножом. Шон смерил его взглядом бывалого человека, закаленного в драках, случавшихся в портах Шанхая, Сингапура, Амуранга и Таку-Бар. Его противник хорошо двигался, держал нож в опущенныой руке, вверх острым лезвием.
Грек продолжал надвигаться на него, по-преднему крепко зажав нож в правой руке. Сейчас он сделает выпад влево, в этом Шон был положительно уверен. Он выжыдал. Внезапно Грек сделал обманное движение и бросился на него. Шон только этого и ждал. Он проворно отступил влево и видел, как в тот же миг справа от него блестнуло на солнце лезвие острого ножа, а затем сам со всей силы ударил Грека по уху ребром ладони.
Это был сокрушительный рубящий удар, пришедшийся прямо в цель и оглушивший противника. Грек споткнулся, и Шон тут же развернулся в его сторону. Шон сделал обманное движение, и когда разъяренный грек снова набросился на него, он нанес еще один удар правой в челюсть.
У Грека подогнулись колени, и тогда Шон подступил ближе и пнул его в челюсть ногой. Нож отлетел в сторону, а Грек навзничь повалился на землю, оставаясь неподвижно лежать в пыли.
Шон неторопливо подошел к нему, ухватив за шиворот, приподнял с земли и еще раз с огромной силой ударил уже поверженного противника в живот, а затем поволок туда, где стояла оседланная лошадь, принадлежавшая, очевидно, кому-то из бандитов.
–
В доме было прохладно и тихо. Эйлин Малкерин задержалась в гостиной, обводя комнату медленным взглядом. Здесь все было как и прежде. Наконец-то она вернулась домой. Все казалось родным и знакомым; возможно обстановка и была несколько убогой, но это был ее дом, и не любить его было невозможно.
– Ну как, Майкл, трудно тебе было?
– Да в общем-то нет. Просто они не знали, с какой стороны ко мне подступиться.
– Он улыбнулся.
– Видишь, Сеньора, иногда даже церковник вроде меня может извлечь какую-то выгоду из своего положения. Я просто сидел тут, потому что после небольшой перебранки, они все же решили оставить меня в покое.
Он поднялся с кресла.
– Мне пора. Меня ждут дела.
– Ну конечно же, но может быть ты все же выполнишь еще одно небольшое поручение? Нужно объявить всем, что мы устраиваем вечеринку с танцами. Пусть собираются здесь через неделю, в следующую пятницу.
Майкл пристально посмотрел на мать.
– Вечер с танцами? Разумеется.
После того, как он ушел, Эйлин обратилась к Мариане.
– Пойдем. Ты поможешь мне.
Шон Малкерин вышел во двор, щурясь от яркого солнечного света. В воздухе дрожала пелена горячего зноя. Мельком глянув в сторону загона для скота, он вгляделся в даль, на окружавшие их ранчо холмы.
Придуманный матерью план вне всякого сомнения был прост и гениален. Никому и в голову не придет, что у них нет дерег. Никому ничего не объясняя, она потратит немного золота, и пусть тогда все вокруг ломают головы, какой куш им удалось сорвать. Не исключено, что Вустон в этом случае потребует немедленной уплаты долга, но только вряд ли люди это одобрят. Все в округе теперь будут уверены в их состоятельности, и поэтому они попросту встанут на пути его происков. Ход мыслей поселенцев был хорошо известен Шону еще по прошлому опыту. Они наверняка скажут что-нибудь вроде: "Ты же сам видишь, что деньги у нее есть. Она выплатит тебе все сполна при первой же возможности. Так что лучше оставь их в покое."
Шон Малкерин поднялся на пригорок неподалеку от ранчо и взглянул на море. "Госпожа Удача" стояла на якоре в Райской бухте. Теннисон предусмотрительно подвел шхуну поближе к ранчо.
Шон снова проверил винтовку. Несмотря на все заверения матери, на душе у него было неспокойно. Все дело в том, что Зеке Вустон был совершенно ни в чем не сравним с теми людьми, с которыми ей приходилось водить знакомство прежде; так что не исключено, что он, возможно, и не поддастся давлению общественного мнения.
На этот раз им удалось уйти от погони, но ведь он обязательно вернется, а его люди вовсе не из тех, кого можно так запросто отговорить от задуманного. Их враги задались целью завладеть Малибу, и ради этого они готовы пойти на все.
Когда Шон возратился обратно к дому, он застал Монтеро распутывающим веревку.
– Лишние руки нам сейчас не помешали бы, - тихо сказал он.
– Это должны быть люди, которым можно доверять.
Монтеро кивнул.
– У меня уже есть кое-кто на примете. Они скоро будут здесь.