Калгари 88. Том 9
Шрифт:
Часы показали 18:20. Предстояло выходить в коридор, где, несомненно, фигуристок должна ждать большая толпа журналистов и папарацци в надежде на свежие интересные кадры. Ведь русским предстояло закрывать не только показательные номера, но и чемпионат в целом! А ещё, по инсайдам и слухам, у них для зрителей приготовлено нечто сногсшибательное!
Когда Арина открыла двери раздевалки и первая вышла в коридор, то люди, стоявшие там, сначала не поняли, что кто к ним идёт, но когда разглядели, то раздались удивлённые голоса.
— Смотрите, смотрите, русские идут! — воскликнул кто-то из итальянских журналистов. — Марио! Снимай, снимай, чёрт тебя дери! Это они!
— Да не может быть это Хмельницкая, советские не могут быть такими
Левковцев с Ксенофонтовым, стоявшие здесь же и ожидавшие выхода своих спортсменок, переглянулись и одновременно усмехнулись, услышав тираду про то, что советские люди не могут быть креативными… Бред! Оперы, театры, балеты, оркестры, гастролирующие по всему миру, красноречиво опровергали этот детский лепет! А теперь будут и фигуристки!
Однако вскоре все присутствующие журналисты были вынуждены были признать: ультрамодно одетые девушки, которые сейчас, как ледокол, раздвигали целую толпу стоящих в коридоре людей, были действительно советские фигуристки Люда Хмельницкая, Марина Соколовская и Таня Малинина.
И сейчас им предстояло поднять зал. Именно такую цель девчонки поставили перед собой. Но всё-таки, зачем говорить о некреативности? Решение созрело моментом. Когда Арина приблизилась к тому журналисту, который говорил, что среди советских спортсменов нет креативных людей, случился небольшой перфоманс.
Арина, подойдя к журналисту, неожиданно сделала выпад в его сторону, оскалила страшную рожу и подняла руки, растопырив пальцы, словно кошка либо пантера. Журналист отпрянул и в этот момент интуитивно щёлкнул камерой. Раздался дружный хохот в коридоре и одобрительные возгласы. Сценка получилась очень смешная, так же как и фотография чуть не подвергшегося «нападению» журналиста. Впрочем, он сам тут же рассмеялся и принялся фотографировать Соколовскую и Малинину, которые тоже начали строить такие же рожи и вытягивать руки с растопыренными пальцами.
Волонтёр у входа на арену, контролировавший выход на неё, и державший занавески, вытянул руку вперёд, чуть притормозив фигуристок. Там всё ещё шло выступление, которое никак нельзя было прерывать, чтобы не перетянуть внимание зрителей на себя при не покинувшем арену фигуристе.
Судя по времени, музыке и регламенту, катался Лёха Гурманов под музыку второго фортепианного концерта Сергея Рахманинова, который девчонки уже слышали на Первенстве СССР.
Решил парень поставить показательный номер на классическую музыку. У Арины была своя точка зрения на классическую музыку в показательных выступлениях. Она считала её не слишком уместной для этого шоу. Ведь люди приходят посмотреть на показалки и увидеть что-то новое, что-то такое, чего нельзя увидеть в официальных соревнованиях. Необычные костюмы, которые запрещены регламентом и правилами, необычную внешность, запрещённый правилами реквизит, вроде перчаток, зонтов, столов со стульями, головных уборов. Зрители хотят слышать и видеть, как фигуристы катаются под музыку, которая запрещена на соревнованиях, например, на музыку со словами. Поэтому всегда зрители очень хорошо встречают тех, кто отходит от правил официального фигурного катания и раздвигает границы его возможностей.
Наконец музыка затихла, с арены раздались аплодисменты и крики зрителей. И вот тогда волонтёр раздвинул тяжёлые чёрные занавески, чтобы пригласить фигуристок к выходу на арену.
Сначала вышли, естественно, только Арина и Соколовская, и сразу же оценили обстановку на шоу. Лёха Гурманов чуть не бегом прибежал с центра арены, держа в руках букет с цветами, завёрнутый в целлофановую плёнку. На нём были чёрные брюки и пёстрая рубаха, которую фигуристки уже видели. Чемпион мира увидел Арину и Соколовскую, подмигнул им, отдал цветы своему тренеру Алексею Никаноровичу Гришину и стал надевать чехлы, облокотившись правой рукой о бортик. Дежавю! То же самое было на
Зрители в это время ещё не видели фигуристок, стоявших у бортика, так как освещение было тусклое, праздничное, и сейчас огни перестали бегать по арене и по трибунам. Всё стихло.
— А теперь встречайте! — громким поставленным голосом бывалого шоумена сказал информатор. — Чемпионка мира среди юниоров Людмила Хмельницкая, СССР; бронзовая медалистка чемпионата мира Татьяна Малинина, СССР и фигуристка, занявшая пятое место на чемпионате мира, Марина Соколовская, СССР, в совместном показательном номере на музыку Боба Марли, завершающим нашу развлекательную программу!
Раздались громкие аплодисменты и радостные возгласы. В зале царила особая атмосфера — зрители пребывали в сильном восторге, предвкушая яркое завершение шоу.
А до Арины вдруг дошло, что они не сказали звукотехнику, который управлял звуковой аппаратурой, чтобы он не ждал, когда они выйдут на середину арены. Их номер начинался прямо от калитки!
— Действуем наугад! — сказала Арина Соколовской, тоже догадавшейся об этом. — Делай, как я!
Арина выехала от калитки вправо, встала боком в двух метрах от неё, облокотилась правым локтем о бортик, и чуть согнув левую ногу, чтобы было видно стройное длинное бедро во всей красе. Соколовская, посмотрев на неё, заняла точно такую же позицию, только смотрела в обратную сторону. Догадливый светотехник навёл яркие прожектора на девушек, осветив их перед публикой. И тут звукотехник догадался, что номер начнётся от бортиков. Наверное, Линда Флоркевич поступила так же.
Зазвучала музыка Боба Марли, и Арина вместе с Соколовской сделала два синхронных шага вперёд, очутившись на расстоянии 5 метров от калитки, под яркими лучами сопровождавших их прожекторов. Ноги на ширине плеч, руки по швам, взгляд прямой как стрела, устремлён вдаль.
— Раз, два, три, погнали! — крикнула Арина.
Под слова начавшего петь Боба Марли в этот момент фигуристки начали ритмичный танец на месте в статичной позе номер один. Раз! Правые плечи вправо, левые бёдра влево. Два! Левые плечи влево, правые бёдра вправо. Три! Левые руки вперёд, ладони вниз. Четыре! Правые руки вперёд и ладонями на левые. Пять! Правые руки ладонями вверх. Шесть! Левые руки ладонями вверх. Семь! Коснулись руками плечей, перекрестив руки на груди. Восемь! Руки вниз, по швам.
Музыка была очень непривычна для показательного номера. Боб Марли уже был непопулярен, сейчас набирало силу евродиско, да регги и никогда не отличался особой популярностью, а имел свою узкую нишу и прочно ассоциировался с карибским регионом. А на показательных номерах его не использовал вообще никто за всю историю фигурного катания… Даже болельщики со стажем не помнили такого. Необычно! И зрители сразу же начали аплодировать в такт музыке.
Девять. Левыми руками фигуристки дотронулись до правых плеч. Десять. Правыми руками дотронулись до левых плеч, скрестив руки на груди. Одиннадцать. Убрали правые руки с плеч и завели за головы, коснувшись затылков. Двенадцать. Убрали левые руки с плеч и коснулись затылков. Тринадцать. Согнули правые ноги в коленях, высоко подняв их вперёд и вверх, и при этом быстро расставив руки широко в стороны. Четырнадцать. Опустили ноги на лёд. Пятнадцать! Подняли левые ноги, согнутые в коленях, и широко расставив руки в стороны. Шестнадцать. Опустили левые ноги. Семнадцать! Поворот вправо на правых ногах на 90 градусов, и сильный мах вбок левыми ногами, в очень эффектном красивом аттитюде с поднятыми руками вверх. Восемнадцать. Повернули на 90 градусов влево, в исходную позицию, и опустили левые ноги на лёд. Девятнадцать. Поворот влево на 90 градусов на левых ногах, красивый аттитюд вбок, уже правой ногой, с поднятыми вверх руками. Двадцать. Развернулись на 90 градусов вправо, в исходную позицию, и опустили правые ноги на лёд.