Как повергнуть герцога

Данмор Эви

Должно быть, она слишком долго смотрела на мужчину, потому что его янтарные глаза переместились на неё и тут же загорелись. Аннабель узнала в нём хищника. Живот неприятно сжался.

— Мисс Арчер.

К несчастью, леди Лингем помахала веером, подзывая подойти к ним.

Аннабель нехотя подчинилась.

Графиня окинула её оценивающим взглядом и улыбнулась, словно встретила давно потерянного друга.

— Мисс Арчер. Вы выглядите великолепно, — сказала она. — Это ведь Селеста?

— Да, миледи.

— Считайте, что

вам повезло, — сказала леди Лингем. — Её творения поразительны. — Она указала веером на своего потрясающего спутника. — Мисс Арчер, позвольте представить вам лорда Тристана Баллентайна. Лорд Тристан, рада познакомить вас с мисс Арчер.

Лорд Баллентайн склонил голову. В его правом ухе блеснула бриллиантовая серьга.

— Лорд Тристан только что вернулся с ужасной маленькой войны в колониях, — сообщила леди Лингем. — Несколько дней назад он получил Крест Виктории за выдающуюся храбрость на поле боя.

— Вы меня смущаете, миледи, — совершенно беззастенчиво ответил Баллентайн, изучая глазами декольте Аннабель. — Почему я никогда раньше вас не встречал, мисс? Обычно я знаю всех красавиц на балах.

Леди Лингем поджала тонкие губы.

— Мисс Арчер приехала из провинции.

Он поднял глаза и выгнул бровь.

— Из провинции? Откуда конкретно?

— Из Кента, милорд, — ответила Аннабель.

— Прелестно, — любезно проговорил он. — Не окажете ли мне честь принять приглашение на следующий танец и рассказать всё об этом живописном местечке?

Это было последнее, чего она хотела. Он выглядел ненамного старше Аннабель, но изгиб его губ хранил какой-то порочный намёк, свидетельствующий о жизни, проведённой в разврате.

— Боюсь, у меня немного болит голова.

Его губы дрогнули.

— От того, что ещё не станцевали ни одного танца?

Вопрос лишил её дара речи. Джентльмену не пристало давить на женщину, леди она или нет. Как и не пристало открыто заявлять, что наблюдал за ней. С другой стороны, похоже, лорд Тристан не придерживался правил приличия, судя по серьге в ухе.

— Я весьма неуклюжий партнёр, — сказала она. — Боюсь, что танец со мной поставит под угрозу ваши ноги.

— Красивые женщины так или иначе подвергают мужчин опасности, — ответил он. — Я склонен считать, что риск того стоит.

— Как доблестно. Теперь я понимаю, как вы получили Крест Виктории.

Это было ошибкой. Губы Баллентайна растянулись в медленной улыбке, такая улыбка могла принадлежать превосходящему по силе сопернику, который принимал вызов.

— Действительно, — протянул он, — доблесть у меня в крови. Видите ли, это мой семейный девиз: "Cum Vigor et Valor¹⁰".

Без сомнения, он считал себя неотразимым, и кому-то, кроме Аннабель, так вполне могло показаться.

Он протянул ей руку.

Аннабель уставилась на его ладонь. Теперь не получится отказаться от приглашения, не устроив сцены.

— О, сделайте нам всем одолжение

и потанцуйте с этим мужчиной, дитя, — проворковала леди Лингем. — Баллентайн не принимает отказов, нам придётся вести шутливую беседу до самого утра, если вы не согласитесь.

Возможно, в учебнике по этикету и существовал раздел о том, как отразить совместную атаку графини и виконта. Но ей он не попадался.

Она медленно положила руку на ладонь Баллентайна.

Леди Лингем улыбнулась и похлопала плута веером по плечу.

— Веди себя прилично.

Послышались первые ноты мелодии танца.

Вальс.

Аннабель тут же позабыла о раздражении и почувствовала укол паники. Она не танцевала вальс больше семи лет.

На её талию легла большая тёплая ладонь.

— Смотрите на меня, дорогая, — донёсся откуда-то сверху шелковистый голос Баллентайна. Аннабель запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Виконт был до абсурда высоким.

И тут у неё оборвалось сердце.

Поверх правого плеча Баллантайна она встретилась взглядом с Монтгомери.

Он стоял прямо над ней у балконных перил, его глаза превратились в две щёлочки, которые сверкали серебряным огнём.

Она быстро отвела взгляд и переместила его на загорелую шею лорда Баллентайна. Шея была красивой, но сумела удержать её внимание секунды на три, Аннабель снова посмотрела наверх.

Монтгомери исчез.

Музыка зазвучала громче. Лорд Баллентайн сделал первый поворот, и Аннабель перестала волноваться о том, что забыла все шаги. Виконт мог бы запросто вальсировать с мешком муки. Он уверенно вёл её в танце, с необычной для человека его роста томной грацией.

— Значит, вы действительно понятия не имеете о том, кто я? — спросил он. — И слухи не омрачили ваше первое впечатление обо мне? — Виконт смотрел на неё львиным взглядом.

Сколько длится вальс? Пару минут она вполне способна пережить.

— Я знаю, что вас удостоили высочайшей воинской чести, что в этом предосудительного?

Уголок его рта приподнялся.

— Вы сильно восхищены?

— Конечно, — ответила Аннабель. — Какая женщина не станет восхищаться храбрым мужчиной в военной форме?

— Ах да, форма. Увы, но ярко-красный цвет абсолютно мне не идёт.

Он ей подмигнул.

Против её воли Аннабель заинтриговало его возмутительное тщеславие.

— Вы воевали… против вторжения зулусов? — спросила она.

Под её ладонью его плечо напряглось

— Нет, — сказал он. — В Афганистане.

О.

— Я слышала, это была ужасная война, — серьёзно проговорила она.

— Как и любая война в Афганистане, — сказал он. — Редко встретишь женщину, которая интересуется политикой. — Его лицо приняло вежливое выражение, настолько вежливое, что практически превратилось в непроницаемую маску. Нужно признать, он был прав, прервав разговор. Война — неподходящая тема для светской беседы.