Как повергнуть герцога

Данмор Эви

— Графиня Уэрхем, — пробормотал Питер, проследив за её взглядом, — говорят, что её дочь, леди Софи — одна из потенциальных кандидаток на роль новой герцогини.

Горло неприятно сжалось.

— На роль новой герцогини?

Питер снова посмотрел на Аннабель.

— Герцог снова женится в следующем году. Принести вам сэндвич?

— Да, пожалуйста, — пробормотала она, не чувствуя даже намёка на аппетит.

Вскоре бальный зал наводнили танцующие пары, от чего воздух

наполнился ароматами духов и пота. В толпе мелькнуло жёлто-бежевое платье, когда Томлинсон закружил Хэтти в кадрили. А Питер Хамфрис тем временем читал Аннабель лекцию о благородном олене, обитающим в Уилтшире.

До полуночи оставалось ещё два часа.

— Хотите я принесу ещё сладостей? — Питер, как и всегда, смотрел на неё, не отрываясь.

— Нет, спасибо.

— Тогда ещё один сэндвич?

— Нет, спасибо, последний был довольно сытным.

Монтгомери не танцевал. Он стоял на краю бального зала, заложив руки за спину, и разговаривал с гостями, среди которых было чересчур много мамаш с дочерьми-дебютантками или мужчин, жаждущих обсудить политику.

Закончился ещё один танец, и к Аннабель подошла Хэтти. Её рыжие волосы слегка растрепались, она энергично обмахивала блестящую от испарины шею.

— Могу я принести вам прохладительные напитки, леди? — тут же бросился предлагать Питер.

— Немного розового шампанского, пожалуйста, — быстро ответила Аннабель.

Чаша с розовым шампанским находилась в другом конце зала.

— Ваше желание для меня закон! — воскликнул викарий и ринулся в толпу.

Хэтти быстро взяла Аннабель под руку.

— Должна признаться, Томлинсон был очень ко мне внимателен, — пробормотала она. — И даже, — Хэтти многозначительно пошевелила рыжевато-коричневыми бровями, — упомянул, что хочет подышать свежим воздухом на террасе.

— Не ходи с ним на террасу, — чересчур резко бросила Аннабель.

Лицо Хэтти вытянулось.

— Просто… не ходи, — уже мягче повторила Аннабель.

— Но она же хорошо просматривается из окон бального зала.

— Ещё хуже. Хочешь выйти за него замуж?

Хэтти вздрогнула.

— Замуж? Нет, конечно. У него нет титула. — Она украдкой взглянула на молодого человека, который в этот момент хлопал лорда Палмера по спине, громко смеясь. — И не особо он похож на архангела Гавриила, — признала Хэтти.

— Тогда ты вряд ли захочешь, чтобы вас застукали в компрометирующей ситуации.

— Но…

— Никакой террасы. Никаких альковов. Никаких тёмных, пустых коридоров, — настаивала Аннабель. — Прости, что говорю как гувернантка, — добавила она, стараясь не сгущать краски.

— Ты сейчас действительно напомнила мисс Майер, — проговорила Хэтти голосом очень красивой и очень богатой девушки, которая раздумывает, стоит ли прислушиваться к совету женщины на две дюжины ступеней ниже неё по социальной лестнице.

Её

тон, как маленький кинжал, больно уколол Аннабель.

— Я просто не хочу, чтобы ты пострадала, — тихо сказала она.

Будто почувствовав, что он стал предметом обсуждения, Томлинсон полуобернулся и поднял в их сторону бокал шампанского. С его блестящими глазами и взъерошенными волосами он выглядел не опаснее щенка пуделя.

Но всё же он оставался мужчиной.

— Хэтти, — сказала Аннабель. — Мужчины… иногда они совершают возмутительные поступки, когда оказываются наедине с дамой.

Хэтти нахмурилась.

— Моя дорогая, возможно, я не столь находчива, как ты, в обращении с джентльменами, но уверяю тебя, я знаю, как дать отпор поклоннику.

— А что, если ты не захочешь давать ему отпор?

Глаза Хэтти расширились.

— Ты намекаешь на то, что я… позволю ему лишнее?

— Нет, нет, не совсем так, — поспешно проговорила Аннабель, — просто бывают джентльмены, которые пообещают всё что угодно, вообще что угодно, и если по своей натуре ты сама не вероломный человек, то вряд ли сможешь разглядеть всю его подноготную.

Губы Хэтти растянулись в лёгкой улыбке.

— Он может обещать мне всё что угодно. До тех пока не пытается, ну, ты знаешь, — она понизила голос до шёпота, — меня поцеловать.

— А если он тебя всё-таки поцелует, и тебе это так понравится, что ты забудешь дать ему отпор, а когда придёшь в себя, то поймёшь, что он заманил тебя за тисовую изгородь.

— За… тисовую изгородь?

Аннабель вспыхнула.

— За любую изгородь.

Глаза Хэтти смягчились и стали мечтательными, а не испуганными.

— Что это должен быть за поцелуй, — вздохнула она. — О, каждую женщину хоть раз в жизни нужно поцеловать так, чтобы она забылась. — Хэтти наклонилась ближе и полюбопытствовала: — Откуда ты всё это знаешь, Аннабель?

Чёрт возьми!

От вопиющей лжи её спас лорд Палмер, он подошёл к Хэтти, чтобы пригласить её на следующий танец.

Питер ещё не вернулся. Вместо того чтобы снова сесть, Аннабель сделала несколько шагов, чтобы размять ноги… и оказалась лицом к лицу с леди Лингем.

В бледно-голубом шёлковом платье, с веером и серьгами в тон, графиня выглядела очень миловидно, но её несомненно затмевал молодой джентльмен, стоявший рядом. Господи. Аннабель никогда не встречала таких красивых мужчин. Он был внушительного роста, но не грузный и не долговязый, его телосложение словно представляло собой образец с идеальными пропорциями. Блестящие каштановые волосы мягкими волнами обрамляли его высокие скулы и идеальную линию челюсти. Его лицо могло принадлежать архангелу. Но кричащий розовый жилет говорил о том, что он совершенно точно не имеет отношения к небесным созданиям. Если присмотреться, цвет жилета был пурпурным.