Каинова печать
Шрифт:
— Не может быть, чтобы ты организовал эту катастрофу!
Наслаждаясь яростью Карлы, Кларк улыбался, потирал руки... и молчал.
— Да как ты смел позволить всем считать, что это ты лежишь в больнице без сознания? Ты, который сам все подстроил! — Она бешено замотала головой. — Ты никогда не любил меня, Кларк, иначе не подпустил бы меня к своему брату на пушечный выстрел!
На его губах мелькнула еще одна улыбочка, которую Карла начинала ненавидеть.
— Интересная мысль, детка. — Он повел свободной рукой. — Впрочем, особого выбора у меня не было, не так ли? — Когда Карла нахмурилась, он объяснил: Посмотри
Карлу тошнило все сильнее.
— Ты... ты заставил Марка заплатить за какой-то твой поступок? — Подозрения — это одно, а признание самого Кларка — другое. — Что же ты такого натворил?
— Успокойся, детка. Я все объясню. — Кларк наслаждался растерянностью Карлы. Гордясь собственным хитроумием, он начал: — Я люблю азартные игры.
— Знаю.
— Тебе Элтон сказал? — Он пожал плечами. — Этот доверчивый идиот решил, что я выбросил игру из головы, когда встретил тебя. — Кларк усмехнулся. — Даже Марк попался на эту удочку... Господи, они такие дураки, что просто жуть берет.
— Это твоя семья!
— Да, но моя дорогая семейка в последнее время и знать не желала, что мне нужны деньги, пинок им в задницу!
Карла проглотила слюну, борясь со спазмом в желудке.
— Они заботились о тебе! — бросилась она в атаку. — Мы все чуть не умерли с горя, думая, что это ты лежишь на больничной койке!
— Ах, как трогательно, детка! — Кларк пожал плечами, давая понять, что ему плевать на это, и тут Карла впервые поняла, что он действительно равнодушен ко всему и вся. Он любил только всласть поиграть и хорошо провести время... за чужой счет. Но кто бы устоял перед его очарованием и красотой?
Немногие. Те, кто мог заглянуть поглубже.
— Я не верю, что это ты подстроил аварию. — Карла решила сыграть на самолюбии Кларка и заставить его проговориться. — Такое просто невозможно.
В его глазах мелькнула досада и сразу погасла.
— Маленькая штучка под названием «капсюль детонатора» — и все в порядке.
— Что?
— Кап-сюль де-то-на-то-ра. Очень просто. Когда давление в шине падает — хотя бы чуть-чуть, — эта шина нагревается сильнее остальных. Внутри скапливается масло, а потом — трах! — Он ударил кулаком по столу, заставив Карлу подпрыгнуть. — И Марк попался! Он не должен был пережить взрыв.
— Знаешь, может быть, полиция уже разобралась, что Марк тут ни при чем. Не надо быть гением, чтобы понять, что в аварии пострадал именно он. Об этом говорят его шрамы!
— На случай, если он отвертится от обвинения в покушении на убийство и краже груза, я принял свои меры. Ни один коп не пройдет мимо улик, которые я оставил у его порога!
— Что ты сделал? Кларк покачал головой.
— Детка, тебе не обязательно знать об этом.
— Почему ты поступил так с родным братом? За все время, которое я провела с ним, он не сказал о тебе ни одного плохого слова!
— Ты тоже молодец. В твоем дневнике обо мне сказано много хорошего.
— Нет, я... — Она запнулась. Неужели ее дневник в руках полиции?
—
— Да.
— Она краденая.
О Господи! А она так восхищалась этим кольцом! После этого она влюбилась в Кларка еще больше, думая, как много ему пришлось работать сверхурочно, чтобы купить такую дорогую вещь...
— Ты сам его украл?
— Нет, выиграл в покер у Ника. Беда в том, что камушек оказался горячим: мужик, который его спер, любил побаловаться с ружьишком. — Он провел пальцем по шее.
Если после этого я буду знать покой, то разве чудом, подумала Карла. Но следующие слова Кларка вновь заставили ее навострить уши.
— Оружие, использованное в этом мокром деле, так и не нашли. — Кларк нехорошо улыбнулся. — Но теперь оно обнаружилось в квартире Марка. — Он почти ласково потянул Карлу за прядь волос. — На эту мысль меня натолкнула ты. Когда Ник вырвал у тебя сумочку, мы нашли кольцо и решили оставить его там. У нас родился план. — Он дернул плечом. — Работали как черти. В этот момент копы как раз обыскивали квартиру Марка. Было достаточно запустить легкий слушок,
что честный Кларк купил кольцо у своего хитрого братца Марка. Слушок сработал, ведь Марк-то был в бегах!
Как она могла думать, что Кларк — самый чудесный человек на свете! Как он умудрился задурить ей голову? Но тут в ее мозгу со скоростью света пронеслась другая, еще более зловещая мысль. Если он рассказывает ей такие вещи, это значит, что...
Она обернулась к Кларку и почти спокойно спросила:
— Ты мне не доверял и поэтому заглушил мотор «рейнджровера»?
— Детка, сначала я надеялся, что смогу доверять тебе. Но, увы... Понимаешь, такой человек, как я, нуждается в свободе. Будь ты дурочкой, другое дело. А машина... Есть одно маленькое приспособленьице. Прячешь его под капот, и все в ажуре!
— Ты собираешься избавиться от меня, верно? — с трудом промолвила Карла.
— Пока не знаю. — Он пожал плечами. — В зависимости от того, насколько ты окажешься мне полезной, детка. — Карла лишилась дара речи. — Во-первых, тебе придется признать, что я твой муж... — В воздухе повисло не произнесенное им слово «иначе». Мозг Карлы лихорадочно искал соломинку, за которую можно было бы ухватиться.
Но тут Кларк добавил кое-что еще, и Карла поняла, что он знает всю ее жизнь.
— Я женился на дочери очень богатой певицы. Это ведь Франческа Лайл, так? — Он задумчиво потеребил нижнюю губу, словно только сейчас осознал всю важность своей женитьбы. — Если с тобой что-нибудь случится, твоим наследником буду я. — Он на секунду умолк, а затем продолжил: — Я разумный человек, Карла. Я с удовольствием поделюсь с тобой. Денег хватит нам обоим.
— Ты потерял меня, — задохнулась она. — О чем ты говоришь?
— Бедная детка... Я говорю о том, что мы можем немного подождать, затем развестись и поделить имущество. Либо я заберу все. — Объяснять было нечего; она и так все поняла.
— Почему ты не хочешь зарабатывать себе на жизнь как все? — вырвалось у Карлы. Ее мать упорно работала, чтобы получить эти деньги. Работала до самой смерти.
— Как Марк? — Он покачал головой. — Нет, спасибо.
— Я говорила о моей матери.