Кафедра
Шрифт:
— Родька…э-э-э… Родион Иванович, ты… вы как ребёнок. Даже если я вашу хату быстро нашёл, то остальные и подавно смогут.
— Логично, — кивнул я. — Подожди здесь пару минут, пока оденусь. Лично хочу твоего дружка опросить. И учти! Если сопрёшь что в моё отсутствие, то мигом руки с ногами местами поменяю.
— Да я чё?! — оскорбился Витёк. — Совсем без понятий, что ли? Зачем так палиться? Враз же на меня подумаешь, а мне и прошлого раза хватило.
Быстро облачившись в уличную одежду, подошёл к входной двери. При моём
— Это Циркуль, — представил Витёк товарища по преступному бизнесу.
— Что видел, Циркуль? — сразу же поинтересовался я, достав деньги.
— Чуть больше двух недель назад я променад около Измайловского моста совершал. Не фартовый вечер был: ни пьяных, ни лохов на улице не видно. Будто вымерли все! Гляжу — старуха с дедом под ручку фланируют. Хотел их потрясти немного, но тут конный патруль легавых нарисовался. Я прикинулся ветошью за первым удобным углом. К моему удивлению, старики то же самое сделали. Прикинь?!
— Прикинул. Дальше что?
— Ну а дальше я смекнул, что эта парочка рухлядей тут неспроста. Не будут обыкновенные гуляки так делать! Значит, что? На промысел вышли. Но хари у обоих незнакомые. В церковь не ходи, крысы залётные! Я наших всех в лицо помню!
Ну, тихонечко «сел им на пятки». Они в один двор вошли и пропали. Решил подождать.
Не прошло и нескольких минут, как эти вылетели со двора и разбежались в разные стороны. Старичьё старичьём, а неслись так, что и на коне не догонишь! Видать, не бабка с дедом, а молодняк под них замаскировался.
Ну, я дальше пасти их не стал и сам слинял от греха подальше. Явно ведь неспроста такие рывки. Но вечерок реально не фартовый был. Думал одного выпивоху пощипать, а он из вояк оказался. Морду набил, скрутил и к легавым припёр. Герой, мать его…
— Описать этих можешь?
— А то! В моём деле внимательность — штука ценная! Но вначале «хрусты» давай.
Спорить с ним не стал и протянул деньги со словами:
— Тут немного больше. Водки дома нет, поэтому накинул на пару-тройку пузырей.
После этого Циркуль очень точно описал портреты странных людей. И они полностью совпали с физиономиями Мамуевой и Тимура. Значит, всё-таки мои химеры пытались убить Веру… Ох, зря сам их сразу при знакомстве не уничтожил! Не позарился бы на комфорт, глядишь, и девушка была бы цела.
От этих рассуждений впервые за многие десятилетия испытал чувство вины. Оказывается, основательно забыл, насколько оно может быть мерзким, разъедающим всё нутро. Взяв себя в руки, с трудом отогнал непрошенные эмоции и задал последние вопросы Циркулю, чтобы быть полностью уверенным в выводах.
— Опиши дом, откуда чужаки выбежали? И не заметил ли случайно: никто больше не заходил в тот двор?
— Заходила одна цыпа. Как раз вслед
— Можешь не описывать, — прервал я. — Синий и с квадратной клумбой во дворе? В ней ещё цветочки жёлтые.
— Верняк. А ты откуда знаешь? Я, кажись, про это ещё никому не трепал.
— И не надо. Ты в кутузке все новости проспал. Твари то были, а не люди. И они почти убили Веру. Дам бесплатный совет: больше никому не рассказывай, что видел тем вечером. Моментально начнут не только легавые, но и жандармы тебя крутить. Всю душу вынут. И своим дружкам тоже ни слова. Сдаст кто по пьяни или чтобы срок скостить — снова неприятностей огребёшь. А от себя за молчание ещё деньжат подкину.
— Тридцатка! Нет! Полтинник! — моментально оживился Циркуль, почувствовав выгоду.
Не стал с ним торговаться и выдал требуемые деньги. Как только мелкий вор исчез, обратился уже к Витьку.
— Я обещал премию за быструю работу. Ты её заслужил. Вот твоя двадцатка, а сверху ещё одна.
— Спасибо, Родион Иванович, — не веря, что ему вообще хоть что-то обломится, довольно проговорил парень.
— Что? И даже за молчание ничего просить не будешь?
— Нет, — отрицательно помотал головой он. — Тут расклад простой. Если я рот раскрою, тогда либо ты… вы до горла доберётесь, либо Циркуль перо в бок засунет.
— Верно, — улыбнулся я. — Держи дополнительную двадцатку за нежадность и зачатки разума.
— Что-то вы легко деньжищами раскидываетесь, — настороженно поинтересовался Витёк. — Странно… А странностей я не люблю.
— Боишься, что прикопаю, деньги отобрав? Зря. Пойми, Витя! Самое ценное — это информация. На ней можно такие «бабки» заработать, с которыми ни один украденный кошелёк не сравнится. Так что, если что-то интересное узнаешь, можешь смело обращаться ко мне. Больше всего интересуют твари и всякие личности, якшающиеся с ними. Но и другое могу оценить по достоинству.
— Раз не кинули и по понятиям целковые отстёгиваете, то могу. Но это между нами. Не хочу, чтобы другие знали.
— Снова угадал! Не стоит посвящать посторонних в наши отношения. И последнее… Каждый день, проходя мимо моего дома, смотри на окна. Если будешь нужен, то увидишь на одном из них прикреплённый белый лист бумаги. Сразу стучись. Естественно, не на чай звать буду, а денежную работёнку предлагать.
— Денежную я люблю! — разулыбался Витёк.
— Тогда не смею больше задерживать.