Кафедра
Шрифт:
— Готово! Фора есть! — крикнул казакам.
— Зверюга! — одобрительно оттопырив большой палец, прокомментировал случившееся один из солдат. — Думал уже, что тут и останемся! Ещё гранаты имеются?
— В жилой пещере. Там и все остальные боеприпасы нашей группы лежат. Поэтому предлагаю потерять пару минут, чтобы их забрать. Уверен, того, что на нас сейчас, для полноценного боя у входа не хватит.
— Дело говоришь! Побежали!
К счастью, вход в нашу пещерку не обвалился. Поэтому мы быстро похватали цинки с патронами и, навьюченные, словно караван верблюдов, ломанулись к выходу.
— Вот и славно! — довольно произнёс Знаменский. — И сами целы, и даже подарочки с собой принесли. А то я тут переживал, что больше саблями, чем стволами орудовать придётся.
— Что с гонцами? — спросил я.
— Отправились, Родион. Девчонок всех послал и контуженного камнем парня. От них в беге будет больше пользы, чем в бою. Но… Надежд мало. У входа должен быть казачий пост, только мы его не нашли. Лишь несколько пятен крови и стреляные гильзы. Видимо, его уничтожила какая-то группа тварей, которая пряталась на поверхности ещё до размытия Границы. Хорошо подготовились, сволочи! Грамотно! Теперь остаётся лишь богу молиться, чтобы наши гонцы на тварей не напоролись.
— Мы не молиться, а стрелять будем! Всё остальное потом. Прячьтесь за камнями. Я и солдаты будем на входе месилово устраивать, а вы добивайте прорвавшихся тварей.
— Лучше ты прячься вместе с остальными студентами, — возразим профессор. — Ну а я с казачками вместе повоюю. Боевой опыт же имею приличный, не в пример твоему.
— Не обсуждается, профф. Наши ребята привыкли слушаться тебя, так что будут приказы выполнять беспрекословно.
— Родька пусть лучше с нами остаётся, — поддержал меня один из солдат. — Парень грамотный, уже проверенный. Не подведёт.
Михаил Владимирович спорить не стал. Лишь хлопнул меня по плечу и начал абсолютно не профессорскими матюками давать ценные указания студентам. Те уложились вовремя.
Не прошло и пяти минут, как твари по остальным не заблокированным тоннелям добрались до входа. Свирепая волна, состоящая из различных существ, почти выбралась на поверхность, но слаженный залп нашего оружия заставил их приостановиться. А потом сработала растяжка с гранатой. Она хоть и не смогла обрушить достаточно широкий вход, но камни на крутой лестнице значительно снизили продвижение Сущностей.
Маленькая передышка дала нам возможность перезарядиться. А дальше начался настоящий ад. Твари пёрли сплошной стеной, не считаясь с потерями. Может некоторые из них и хотели отступить, но приказа, намертво вбитого высшими демонами, низшим ослушаться невозможно.
Последними двумя гранатами я на некоторое время разрядил вокруг нас пространство, снова выиграв время на перезарядку. Но этого оказалось недостаточно для долгого дистанционного боя. Пришло время рукопашной.
Достав из ножен свой Таракан, я встал плечом к плечу с казаками, оголившими шашки в длинной арке входа. Сверхбыстрый упырь, вырвавшийся вперёд, был моментально изрублен на куски. Ну а дальше я уже не понимал того, что происходит вокруг меня. Рыла, хвосты, оскаленные пасти, когти. Смертельная карусель из них заставляла работать на пределе ускорения. Ещё
Слышны непрекращающиеся выстрелы. Значит, студенты ещё держат оборону. Это радует. А вот то, что меня почти выдавили из узкого пространства проёма — абсолютно нет. Неожиданно напор Сущностей стал ослабевать. Неужели из гарнизона подмога подоспела? К сожалению, я ошибся.
Внезапно по спине пробежал знакомый холодок. Он всегда бывает, когда кто-то рядом применяет мощный Дар. Яркая вспышка света заставила резко зажмуриться. Чисто на рефлексах, с закрытыми глазами я вспорол брюхо минотавру, одновременно ставя внутреннюю защиту от магической атаки. Вовремя. Следом за вспышкой пришёл жар, превративший стоящих рядом со мной тварей в пепел. Промедли я с защитой хотя бы на одну десятую доли секунды, и самого можно было в ритуальную урну засыпать.
Но ныть времени нет. Я быстро выскочил на улицу, чтобы глотнуть воздуха, которого абсолютно не стало после огненной волны в арке.
— Живой? — слышу за спиной хриплый голос профессора.
В тот момент он больше напоминал не человека, а упыря. Ссохшийся старик с серой кожей, синюшными губами и чёрными кругами вокруг глаз.
— Не на меня пялься! — зло прорычал Знаменский. — Сейчас опять попрут! Слушай внимательно! Видишь пентаграмму?
— Да, — кинув взгляд на землю, подтвердил я.
— Она из запрещённых. Высасывает активировавшего её полностью, вместе с душой. Я почти все свои силы потратил на огненный вал: нужно было без помех закончить эту чёртову схему. Судя по Дару, ты тоже можешь напитать пентаграмму. Булатов, иного шанса остановить тварей у нас не будет! У меня всего трое студентов в живых, а твои казаки все полегли! Сколько тебе нужно времени?
— Минута максимум, — внимательно присмотревшись к рисунку профессора, ответил я.
— Отлично. Ученики! Занимаем оборону в арке! Сейчас опять твари полезут. Родя, ни на что не отвлекайся! Просто сделай всё возможное, чтобы как можно быстрее активировать схему!
Глава 12
Оставшись один, я внимательно посмотрел на пентаграмму профессора. Действительно, эта хрень — одна из запрещённых. После её срабатывания образуется магическая аномалия радиусом метров в пятьсот. Будет действовать примерно минут тридцать. И все оказавшиеся в зоне поражения погибнут не только телом, но и душой. Поэтому подобные рисунки и запрещены.
Но в нашем случае это выход. Полностью пожертвовав собой, мы временно запечатаем выход из подземного города, дав возможность нашим гонцам добраться до есаула Кудрявого и сообщить тому о полном размытии Границы на этом участке.
Единственное, в мои планы не входит так быстро окочуриться в новом мире. Имея опыт и знания Ликвидатора Сидо, подобное будет верхом глупости. Схему необходимо немного переделать.
Несколько штрихов и дополнительных символов дадут возможность пентаграмме сделать выброс искажённой энергии не по окружности, а направленно: в одну необходимую мне сторону. Так и нас не заденет, и сил на активацию меньше потрачу. Именно для этого изменения схемы я и запросил одну минуту. Ну, а активировать её хватить и пяти секунд.