Кафедра
Шрифт:
— Спасибо за предупреждение, Иван Игнатьевич, — я благодарно склонил голову. — Учту и расслабляться не буду.
— А вот это правильно, Булатов! Держи ухо востро! Профессор Знаменский хоть и опытный мужчина, только он больше учёный, а не вояка. Про остальных же ваших и говорить не хочется. Хотя грех новичков обзывать.Сам же когда-то таким был. Но ты-то, смотрю, ягодка с другого поля. Вроде и молод ещё, а такое ощущение, что с опытным бойцом разговариваю. Откуда такое?
— Как утверждают мои однокурсники, боязлив чрезмерно. Ну а страх заставляет больше работать над собой
— Не хочешь говорить? — не поверил мне есаул. — Ладно. Иди к своим, готовиться к завтрашнему выходу.
Ранним утром, позавтракав, мы выслушали очередную лекцию профессора Знаменского и двинулись под охраной пятерых солдат в сторону подземного города. Идти до него всего ничего, поэтому я заранее утеплился, накинув на себя кожаную, подбитую мехом куртку и вязаную шапочку, а под штаны надев толстые кальсоны.
Этим вызвал кучу насмешек со стороны студентов. Правда, они резко закончились, когда кураторы нашей группы тоже вышли из своей хибарки в чём-то подобном.
— Ученики, — оценив общий внешний облик, притворно нахмурился профессор, прекрасно знающий, что иного и быть не могло. — Вы на пляж собрались в своих шортах или в промозглые пещеры? Даю десять минут привести себя в более соответствующий месту практики вид!
Вскоре группа вновь построилась. Да… Нелегко им придётся. Все хоть и в штанах с лёгкими курточками, но они ребятишек не спасут. Интересно, а у профессора есть снадобья от простуды? Его много понадобится!
По утреннему холодку добрался до разлома в земле, почти не вспотев. Ну а дальше прогулка закончилась. Трое солдат, взяв ружья на изготовку, пошли впереди нашей группы, а двое остальных страховали студентов с тыла. По стёртым от времени каменным ступеням мы спустились в подземный город. Вначале шли по широкому коридору, с любопытством рассматривая старые пентаграммы Сущностей.
— Лингвисты, — неожиданно остановился профессор, выхватив лучом фонаря небольшую наскальную надпись. — Ваших знаний уже должно хватить, чтобы прочитать это незамысловатое послание. Ну? Кто порадует старика?
— Алаш маи ассаш шинеа, — первой произнесла вслух Алиса Владимирская и тут же дала перевод. — Я буду рвать души.
— Почти верно, — кивнул Знаменский в знак одобрения. — Только небольшая поправочка. Не «буду рвать души», а «вырву твою душу». Но для второго курса ты справилась прекрасно. Плюс один бал. Кстати, надпись достаточно новая. Два года назад её не было. Видимо, одна из мелких тварей оставила. Эти проказники любят подобный пафос.
Примерно через триста метров тоннель заметно сузился и разветвился на несколько ходов. Мы свернули в правый. Не пройдя по нему и с десятка шагов, услышали впереди пару выстрелов.
— Не волнуйтесь, — объяснил нам аспирант. — Это солдаты тварь какую-то подловили. Тут их сейчас должно хватать.
— А гарнизон их что, не зачищает? — нервно спросил один из историков.
— Нет, конечно. Только тем достаётся, кто из подземного города вырваться пытается. Специально для вас стараются, чтобы практика с пользой прошла.
— Так что, — закончил мысль своего ассистента Знаменский, — работа у нас с вами
После этих слов Михаил Владимирович показал на свой большой пистолет, а аспирант продемонстрировал в открытом виде двуствольный обрез с загнанными в него патронами.
— И ещё… — закончил свой спич профессор. — На время нахождения в подземном городе забываем про всю ту учтивость с манерами, которые в вас вбивали эти два года. Общаемся на ты, без всяких регалий. Это значительно сократит время. Оно особенно для нас важно при обнаружении опасности.
За первым же поворотом мы увидели на каменном полу две кучки пепла. Скорее всего, парные химеры попались на прицел солдатам. На меня останки не произвели никакого впечатления, а вот молодняк с огромным интересом рассматривал первых, пусть и развоплотившихся, тварей в своей жизни. Господи! И мне ещё два года терпеть этих салаг!
Вскоре мы оказались в достаточно приличной пещере с каменным очагом и грубо сколоченными двухъярусными кроватями. Одна из стен была полностью закрыта поленницей. Кажется, это и есть наша база.
— Располагайтесь! — подтвердил мои догадки профессор, первым раскрывая один из своих чемоданов и доставая из него спальный мешок.
— Это что? Мы тут жить будем? — простонала Хвостова. — А где бельё? Одеяла?
— Лидия, ну какие одеяла? Они тут за несколько месяцев отсыреют. Вы же знали, куда направляетесь, поэтому должны были озаботиться и этим вопросом. Ну, или хотя бы у меня заранее поинтересоваться. Ничего! Сейчас костерок разведём и заживём не хуже, чем в столичном отеле!
Оптимизм Знаменского никто не разделил, так как у всех студентов в их летних курточках давно зуб на зуб не попадал. Вру, не у всех. Мне очень комфортно, впрочем, как и аспиранту с солдатами, напялившим на себя шинели.
Заняв одну из лежанок под завистливыми взглядами однокурсников, я тоже достал из баула спальник. Потом посмотрел на красные носы девчонок и решил не устраивать им холодную ночь. Они и так уже осознали свою глобальную ошибку.
— Алиса, Лида, Ксения, — протянул я им свёрнутые в рулон дополнительные спальные мешки, которые несмотря на свою тонкость хорошо держали тепло. — Пользуйтесь.
— Господи! — аж подпрыгнула от радости Сурина. — Родя! Ты мой кумир! Уже второй раз выручаешь!
После её слов девчонки обступили меня и с благодарностью расцеловали в обе щёки.
— А для нас не будет? — с надеждой спросил один из парней.
— Извините, — развёл я руками. — Только на девочек взял. Ну не морозить же такую красоту?
— Ещё плюс один… Нет! Плюс три балла: по числу спасённых сокурсниц, — рассмеялся профессор, наблюдая эту картину. — Ну а вы, молодые люди, всё-таки сильный пол, поэтому тяготы и лишения должны воспринимать мужественно. Я бы даже сказал: с благодарностью! Итак! Кто покажет, как нужно правильно развести костёр?