Кафе после заката

Панин Иван

– Это было колесо фортуны? – спросила она у него.

– Да, Амброуз сказал применить его.

– Сколько они уже выпили?

– Мне пришлось третью бутылку открыть, – признался Зигмунд, наблюдая за девушками.

Две разговаривали, а третья опустошила бокал за несколько секунд.

– Интересно, ей повезет? – сказала Матильда, которая тоже смотрела на них.

– Мы этого можем даже не узнать, – напомнил Зигмунд.

– Официант! – крикнула на весь зал одна из девушек.

– Я пошла, – тихо произнесла Матильда, вставая с высокого стула.

Она сделала несколько шагов до стола, за которым сидели

девушки, а Зигмунд теперь наблюдал за тем, как вилял ее хвост. Матильда сделала заказ и поспешила на кухню, судя по ее лицу, они заказали что-то этакое.

– Я все правильно понял? – спросил у нее Эдан, когда она вошла на кухню. – Два стейка с картошкой и лосось?

– А они, кажется, здесь еще долго будут сидеть? – предположил Гэлл.

– Да, – подтвердила Матильда. – Два стейка с картошкой и лосось.

– Может, еще взять по десерту, – послышалось сверху.

– Странно? Пришли ночью животы набивать, – произнес Гэлл.

– Ничего, я их немного приведу в чувства, чтобы они еще заказали выпить, – сказал Эдан.

– Кстати, им подсыпали колесо фортуны, – сообщила Матильда и поторопилась назад в зал.

– Если всем трем, то это даже интересно, – заметил Гэлл.

– Надеюсь, если что-то и произойдет, то подальше отсюда, – недовольно произнес Эдан и приступил к приготовлению.

Его внешность тоже изменилась, днем он выглядел, как мужчина тридцати-сорока лет среднего роста и телосложения с крупными глазами, которые у него были карими и крупными, на его лице проступала щетина, на фоне которой выделялись усы и небольшая борода. Эдан был явно старше Гэлла, который был выше него на голову, но на его лицо было приятно смотреть, а также на нем читалась уверенность. Только она и оставалась в его уже черных глазах, когда наступала ночь. Его короткие черные волосы, которые были немного взъерошены, горели языками пламени, а кожа была темно-красной. Вместо аккуратных ногтей у него теперь были когти, на голове выросло два рога, а чуть ниже спины – длинный хвост с кисточкой, похожей на наконечник стрелы. И она, как и весь его волосяной покров, пылала адским пламенем.

Эдан и был когда-то обитателем ада, он был огнебогом, который теперь работал на одной кухне с падшим ангелом. Он прекрасно ладил с плитой, ладил с огнем, он был его источником. Он взял две сковороды, поместил в них мясо и рыбу, и его пламя все сделало за него. Стейки и лосось идеально прожарились за считанные секунды, а потом отдельно был приготовлен картофель. Когда Матильда вернулась на кухню, на столе уже стояли три тарелки, которые оставалось только отнести.

– Я отойду ненадолго, – сказал Гэлл Эдану.

– Я черного уже покормил, – сообщил Эдан.

– Когда?

– Когда выходил покурить, я дал ему немного рыбы из Цезаря.

– Хорошо, что не сам салат, – сказал Гэлл, который уже не собирался никуда идти.

– Ну, я же не изверг, – продолжил Эдан.

И правда, никто из работников Арахиса не желал мне ничего плохого. Вот только некоторая еда с их кухни делала что-то со мной. И хорошо, что я оказался недалеко от воды, когда мои задние лапы начали исчезать. Я вечером ел рыбу, которую приготовил Эдан, она была вкусной, вот только через несколько часов у меня вырос хвост, который покрылся серебристой чешуей. Но передние лапы успели донести меня до реки, и я прыгнул с набережной вниз, полагаясь на новые инстинкты.

В

ту ночь я стал первым котом, который мог плавать под водой. У меня появились жабры и перепонки на лапах, я поплыл как рыба, даже не догадываясь, что со мной что-то не так. Мне было интересно, что находится на дне, для меня это было очередным приключением, а когда я оказался далеко от берега, то встретил рыб, которые совсем меня не боялись. Обычно, я бы был рад ими полакомиться, но почему-то мне этого совсем не хотелось. Я продолжил плавать вместе с ними, пока на горизонте не показалось солнце. Пришлось возвращаться на сушу, пока мое кошачье тело не пришло в норму. Я успел, а когда вылез из воды, моя шерсть мгновенно высохла, хвост исчез, и я поторопился в кафе.

Не было и шести, но было открыто, посетителей не было, и работники отдыхали на заднем дворе. Первым меня заметил Гэлл.

– Черный пришел, – сказал он.

– А что у него с хвостом? – спросила Агнесс.

Я не знал, что ее удивило, но, как оказалось, весь мой хвост был в чешуе. Это заметили и остальные, когда я подбежал ближе.

– А на людей наша еда никак не действует, – заметил Эдан. – Чтобы ему еще скормить?

– Я принесу сливок, – сказал Зигмунд и поспешил к барной стойке.

Там у него был небольшой холодильник, из которого он достал почти опустевшую коробку и вернулся с ней назад. Он разорвал ее и поставил на землю передо мной. Я принюхался, пахло хорошо. Как только я проглотил немного, чешуя с моего хвоста осыпалась и растворилась в воздухе.

– Надо же? – удивился Амброуз, когда увидел это. – Больше не буду пить кофе со сливками.

– Снова водки? – спросил Зигмунд, глядя на меня.

– Да, – сказал Амброуз и отправился в свой кабинет.

Был вторник, у Дамианы был выходной, но она пришла через пару часов, чтобы купить кофе. Как только она зашла в кафе, Зигмунд ее заметил и улыбнулся. Одета она была более повседневно чем обычно, на ней были голубые брюки и кожаная куртка, но выглядела она как всегда прекрасно.

– Доброе утро, Латте, пожалуйста, – сказала она, когда подошла ее очередь.

– Доброе утро, – сказал ей Зигмунд. – Я вижу у кого-то сегодня планы.

– Да, у меня большие планы на этот день.

Ждать свой кофе ей долго не пришлось, Зигмунд сделал все быстро и добавил в него маленькую щепотку удачи.

– Пожалуйста, – сказал он, поставив картонный стакан перед Дамианой.

– Спасибо, – сказала она и отправилась к выходу.

А после того, как она вышла, в кафе появилась девушка, которая приходила ночью с двумя красивыми подругами. Выглядела она немного иначе, одежда на ней была той же, но что-то определенно изменилось. Она улыбалась, а сопровождал ее парень, который сидел за соседним столиком. Матильда заметила их и поспешила к столику, за который они сели.

– Вот кому колесо фортуны принесло счастье, – подумал Зигмунд, тоже заметив их. – Интересно, что с остальными?

Он продолжил варить кофе, а Матильда продолжила обслуживать посетителей. День только начался, работа на кухне кипела, а Амброуз мог не скрывать свой истинный облик. Он плавал в своем кабинете в гигантском аквариуме, куда Зигмунд вылил бутылку водки. Можно было не переживать, что Дамиана случайно могла войти, ведь она была единственным человеком в его странной команде.

Глава 2. Курица.