Каэхон
Шрифт:
Солдаты, наемники — они не были особо отягощены моралью. Я закрывал глаза на некоторые их деяния, требуя одного: никакого насилия и убийств. Но, насколько я знал, особо ретивые образчики воинственных романтиков добивались благосклонности северянок… Никого не убили, криков-визгов-жалоб не было, и хорошо.
Ширра, под пристальным наблюдением воинов, изобразил что-то интересное и красивое, судя по эмоциям. Главное, чтобы не перестарался — иначе не поверят. Впрочем, волновался я напрасно: наши девушки, Тифа и Тайсама, контролировали процесс!
Вскоре мы выдвинулись, осторожно следуя за Тифкой —
Разумеется, одиноко бредущую девушку тут же заметили. Окликнули. Тифка ответил женским голосом — это уже Ширра постарался. Мне стало интересно, о чем они говорят, но язык северян оставался для меня тайной. Главное и немного удивительное было то, что спустя буквально пару минут переговоров ворота скрипнули и начали медленно открываться. Когда они открылись достаточно широко, а харакорцы не поленились, мой отряд быстро проскользнул внутрь. Ширра был просто великолепен — нас не заметили… Тифку тем временем один из харакорцев попытался приобнять — за что схлопотал кокетливую, но весьма чувствительную пощечину.
Я осмотрелся. Хвала всем богам и демонам, долина оказалась ограждена стеной лишь с одной стороны, а не с двух, как я боялся. Сама долина была населена не слишком густо — обычная небольшая деревенька, разве что здесь обитали еще и воины, не только женщина да дети. Мне показалось, что я даже почувствовал одного слабого мага!
Наш бравый Тифка уболтал вконец стражников и пошел зачем-то в один из домов. Наверное, новости узнать… Интересно, это же какой хороший выговор должен быть, чтобы никто не заметил! Хотя, верно, заслуга в этом также принадлежала Ширре.
Чуть позже мы отошли подальше от деревушки, поднялись к горам. Наша разведка как раз обнаружила там небольшую пещерку. Ширра к этому времени уже выдохся и жаловался на головную боль: держать постоянно иллюзию на отряде и на Тифке было нелегко… Тем более, обе иллюзии были весьма и весьма сложными.
Тифка пришел к нам уже ночью, когда, как я полагаю, стемнело. Он сумел притащить немало еды — две большие корзины, набитые доверху. И, разумеется, парень не преминул похвастаться своим мастерством и умением. В ночи, у костра, он выпил немного местного хмельного меда и принялся за рассказ:
— Иллюзия Ширры была хороша, — доверительно сообщил он. — А уж вкупе с моим знанием языка северян вообще действовала безотказно: даже акцента не было. — Наш иллюзионист засмущался и, готов поспорить, покраснел. — В общем, сначала я поговорил со стражниками меня впустить. Мол, у меня там, за воротами, через два дня пути — бабушка. А ходила я к другой бабушке. Насколько я знаю, они тут родственников чтут… Рассказал слезливую историю, мол, дед, отец и пять братьев ушли воевать, я одна осталась — две бабки на мне висят, буквально. Засиделась я у той, что ближе к границе, проводила своих родных… В общем, меня впустили. Один поприставать хотел, я его отшил ласково, ну все видели? Потом немного посидел я в их длинном доме, меня угостили, я что-то наплел про родственников. Потом красиво оскорбился — вроде того: "Как, вы не знаете Брунгильду,
— Негодник, — усмехнулся я добродушно. — Молодец, Тифка. Так ведь тебя звать?
— Ну, можно называть меня Тифус Трандельт, — скромно заметил он. — Но можно и Тифка.
Я кинул ему монету. Кружок металла быстро исчез в руке воина — как не бывало. Мои соратники тем временем отдыхали и веселились, пока могли себе это позволить. Ширра поставил скромную иллюзию на проход, что не потребовало от него больших усилий, и завалился подремать. Великий мастер будет — в полусне держать морок не так просто! Я расслабился. Поход казался полной ерундой: пойди туда, не знаю куда, убей то, не знаю что. Рядом присела Тайсама, буквально улегшись на меня: настроение ее было очень похожим.
— Что мы здесь делаем, Кай? — Спросила она. — Почему мы занимаемся делами людей, вместо того, чтобы заниматься нашими делами? Абатта не восстанет из-за того, что Радория переживет нашествие Харакора… Может, эту войну и не стоит останавливать?
— Может. Может, Тай, — я вздохнул и легко провел пальцами по знакомому лицу — и обнаружил маску. — Я не знаю. Мы — кхае. Наши солдаты если не знают, то многие догадываются, несмотря на все эти иллюзии. Это чувствуется… Но о предательстве не помышляют. Абатта… Им нет дела до нашего города, но они почему-то идут за нами. А где кхае?
— Выжидают, — улыбнулась Тайсама. — Все еще выжидают. Наш друг из Горок — трясется за свой город… Остальные — пытаются спасти как можно больше кхае, потом — спрятаться, скрыться.
— И некому строить новую Абатту. Но знаешь, хоть я и не слишком люблю людей — фиолетовоглазые для меня так же далеки. Мне важен не цвет глаз. Мне важна ты, Тай. Мне важны Ширра и Тифа. Киран и Алвар. Все наши наемники, что сейчас отдыхают — даже они важнее, чем далекие чужие кхае…
— Но? — Вопросительно глянула на меня Тай.
— Но Абатта все же тянет меня. Наверное, это и есть наше отличие от людей — где бы мы не были, что бы ни делали — Абатта, несуществующий остров, будет нас притягивать. Это проклятие нашего бога. Когда-то, верно, оно было благословением, сплачивало кхае лучше любых слов и призывов.
— Наверное, ты прав. Давай спать. Сон по два часа в день — хорошо, но дальше путь будет становиться лишь сложнее. — Тайсама сладко потянулась, настроение ее немного изменилось. Появилась мысль попросить Ширру состряпать на ночь иллюзию, чтобы укрыться от взглядов наемников…
Но я лишь кивнул, с сожалением, нащупал поблизости чей-то мягкий мешок и завалился набок. Сон пришел мгновенно. Знакомое ничто, ощущение чьего-то присутствия… Даже не чьего-то, а моего бога. С этим дурацким именем, Мурре. Как так можно бога называть?
— Да, я в курсе, что совсем забыл про Абатту, и прочая, прочая, — начал было я, но тут же был прерван.
— В курсе, не спорю, — смешок. — Но я уже смирился с тем, что возродишь Абатту явно не ты. Ошибся в тебе, бывает. Не первый раз ошибаюсь. Разве мы еще не решили этот вопрос? Впрочем, не важно! Вы близки к цели. И мне самому интересно, что же там кроется. Ничего не бойся, Каэхон, и просто иди вперед!