К северу от Чернобыля

Лабунский Станислав

Ствол выплюнул пустую ленту и лязгнул затвором, ожидая добавки. Стали слышны слова:

— За все, твари, заплатите! Такого парня убили!

— Лично всех убью за Сотника!

Приятно, когда у тебя есть друзья. Это примиряет с сухим пайком на завтрак.

— Спокойно, парни.

Меня смело второй раз за утро.

— Спокойно, черти, броню помнете! — заорал я.

Меня тискали еще секунд тридцать, пока короткая очередь Зомби не вернула нас обратно. На войну.

— Слухи о моей смерти несколько преувеличены, — повторил вслед за великим американцем. — Им придется сделать еще попытку. Умник, давай связь на общем канале. Нам нужен план.

Просто учитывай, что противник будет знать, что мы собираемся делать. Не страшно. Основное они и так знали. Мы придем сюда и будем их убивать. Остальное ненужные подробности.

Замечательно, когда рядом есть генерал. Планы рождаются мгновенно, приказы сыпятся, как конфетти на карнавале. Он тоже был рад, что я выжил. Замысел был прост и понятен. Изящен как лом и так же неотразим.

Пулеметчики, я и дядька Семен играем в прятки с тем снайпером, который недавно был на верхнем этаже главного здания. Игра без правил.

Зомби и Фанат идут вокруг забора, слева и справа, зажимая стрелка с импульсной винтовкой в клещи.

Здесь есть один нюанс. Сектор обстрела. Выстрелить можно только в то, что видишь. А если ты его видишь, то и он тебя. И начнет такую пальбу, что небо с овчинку покажется. Тем более что ствол у него мощный, как все наши, вместе взятые. Против этого есть способ. Один из наших стрелков, медленно продвигаясь вперед, рано или поздно увидит торчащую на фоне неба руку или ногу. Ее надо отстрелить и мы победим. Не вообще и не всех, но здесь и этого убийцу канистр.

У вражеского стрелка тоже есть шансы. Он же там не гвоздями прибит. Бегает по площадке или болтается на альпинистской обвязке. От одного края к другому. Увидит нашего стрелка первым, выстрелит, а канистра у нас на всех была одна. Потом свалит второго и примется за нас. Собьет вертолет по прибытии. Тут нас будет ждать печальный вариант судьбы.

Еще противник может скользнуть по веревке и начать все сначала. Это вряд ли. Не то у него оружие, чтобы бегать по коридорам. Короткий скорострельный автомат сделает из него решето, пока он будет целиться. Сидеть бы ему на горе Арарат, где растет виноград, был бы он король. А тут он будущий покойник.

В это время наш партнер по игре начал метаться от окна к окну. Волк и Микола выбивали основной ритм на РПК. Мы с дядькой Семеном поддерживали их короткими вставочками для бодрости духа. Если был бы наглым, то снимал бы девок, если был бы черным, любил бы блюз, если б был трусливей, свалил бы к черту, если бы был смелым, сказал бы «Не боюсь». Солнце начинало припекать не на шутку, несмотря на привычные серые облака. Дождик, где ты? Реактор, помоги детям своих создателей. Это ты для Плаксы Темная звезда, а для меня ты четвертый блок.

Торопись, кричал внутренний голос, вам слишком долго везло. Так не бывает. За все придется заплатить.

Позавтракали плотно, неизвестно придется ли обедать. С утра все кажется, совсем не так уж плохо. С утра веришь в сказки с хорошим концом.

Малыш внимательно смотрел на Фунтика. Лидер комплекса после утреннего туалета не стал надевать плащ и связка ключей, болтавшаяся у него на груди, позволила выпускнику военно-дипломатической академии оценить размеры богатства сталкера.

Каждый банковский ключ, как видел лейтенант Цзюань, открывал личную секцию в подвалах банка. Просьба не путать с той маленькой ячейкой, которую может арендовать любой желающий. Это собственный бункер и что там люди могут хранить, потомственный мандарин и торговец прекрасно представлял. Его семья хранила в подобном

сейфе золотые слитки. Наметанным взглядом он попытался сосчитать ключи, но понял только одно — их больше десяти. Он склонился перед Фунтиком в почтительном поклоне.

— Да, ладно, Малыш, — сказал молодой мастер, — оставь эти китайские церемонии. Мы здесь все равны.

— Только некоторые равнее, — хохотнул Епископ. — А скажи честно приятно, да?

Фунтик смущенно улыбнулся.

— Ты знаешь, очень.

В поток новостей, посвященных в основном уточнению кто и где кого ждет и куда они потом пойдут, вплелся диалог группы Сотника. Все навострили уши.

— Вертолета не бронированная, пока не покончат со снайперами, лететь нельзя, — выступил с деловым замечанием Коротышка. Глаза его горели, и пальцы сами сплетали сложные узоры разминочной каты. Его место было там, где стреляло новое не известное ему оружие. Здесь на задворках Европы испытывали импульсную винтовку.

Сама идея ему понравилась. Идеальный полигон. Никаких разрешений, никаких ограничений. В любом случае, осваиваться здесь надо было в серьез и надолго.

— Кабан, как твоя нога, раненый ты наш?

— Годен к строевой без ограничений.

Кабан снял с плеча винтовку и лихо прошелся в присядку вокруг костра. В конце круга нога все-таки подвернулась, и он кувыркнулся через голову.

— И что характерно, подвернулась-то здоровая, — смущенно сказал он.

— Все, медкомиссию прошел, — согласился с приятелем Епископ. — Пошли вертолет грузить.

— А чем?

— Едой!

— Патроны не забудьте, жрецы, — съязвил Фунтик. — Леха, конечно, парень обстоятельный, но как все военные абсолютно безынициативный. Сказали ему лабораторию разгромить, будь уверен, от нее камня на камне не останется. Но спуститься на этаж ниже и кровососов извести, он и шагу не сделает.

— Ну, и правильно, чего напрягаться раз приказа не было, — поддержал неведомого ему Леху Кабан.

— Ты про армию забудь. Ты сейчас сталкер и делать надо то, что надо, а не то, что прикажут. Я когда в тайник Паука лазил, видел лифтовую шахту, там еще этажа два есть. Совсем этим нам и придется разбираться, а то оттуда что-нибудь вылезет и разберется с нами.

— Ты, Мастер, не прав. Военные сильные, хитрые, смелые и очень инициативные, — заступился за касту майор Линг, известный у этого костра как Коротышка.

— Это у вас в Китае, где все сержанты учат наизусть «Искусство войны». Когда ваш маршал Чан Кай Ши поссорился с генералиссимусом Мао, он оттяпал себе остров Тайвань и зажил там счастливо. А у нас этих маршалов под белы руки, в подвал и пулю в затылок. И никто не пикнул. Безынициативный народишко.

Протии такого довода, отражавшего реальную суть вещей, Коротышке возразить было нечего.

ПДА выдал план ликвидации снайпера с импульсной винтовкой. Из пяти сидевших у костра трое были профессиональными военными. Епископ имел большой практический опыт, а Фунтик являлся природным самородком. Недостатки и достоинства затеи Зомби все оценили практически одновременно.

— Бросит позицию, уйдет в холмы, и будет вести огонь с дальней дистанции, — предложил возможный ответ врага Малыш.

Более опытные Кабан и Коротышка отрицательно замотали головой.

— Снайперская дуэль. У него два козыря — мощный ствол и хорошая позиция. Он наверху, наверняка, есть упоры для винтовки. А наши парни целятся вверх, солнце в оптике зайчики пускает, слепит. Руки от тяжести ходуном ходят. Нет, он встретит их на своей позиции.