Извек
Шрифт:
— Найдёшь. — успокоил Извек. — Надо найти. Очень надо.
Он поторопил Ворона. Шайтан заспешил следом. На мордах обоих скакунов было написано большое сомнение.
Скоро дорога сузилась ещё больше и, коням пришлось двигаться друг за другом. Ворон меланхолично рассматривал хвост Шайтана. Козлорогий же, при каждом бульканьи болотных газов, испуганно таращился по сторонам.
Перед самым островом проехали между двух камней, похожих на основания колонн, будто кто—то решил поставить в воде ворота, да бросил дело в самом начале. Когда копыта затопали по твёрдой земле, неподалёку снова вспучились огромные пузыри и над болотом
Извек оглянулся на уходящую от острова гать. Прикидывал сколько пройдено, если место последней стычки скрылось в висящей над топями дымке. Пробежав глазами по острову, убедился, что кроме почерневшей сушины и разлапистой коряги на этом затерянном клочке земли нет ничего, что могло бы пригодиться для перекрытия дороги. Заметил тревожные взгляды спутников, уселся на камень.
— Надо бы что—то придумать, на случай, если опять наши друзья появятся. Они, небось, тоже знают, что здесь тупик.
— Должны знать, — согласился Микишка. — Только, скорее всего, будут собирать ватагу побольше и дожидаться пока мы вернёмся. А для спокойствия можно дорожку по камешку растащить, саженей на пяток. По воде, думаю не двинут.
Сотник прищурился на узкую тропу, покачал головой.
— Не пойдёт! Пяти саженей мало будет, а больше мы и за седьмицу вдвоём не переворочаем.
Дарька подошла к тропе, померила расстояние между камнями. Вышло три длины посоха. Оглянувшись на мужчин, грустно вздохнула.
— Ещё бы хоть что—то из наговоренных вещей… жалко нож оставили.
Извек хлопнул себя по лбу, потянул с пояса скрыньку.
— На вот, погляди, это не пойдёт?
Дарька вытрясла на ладонь костяной оберег, повертела в руках, с сожалением вернула Сотнику.
— Не то. К посоху нужен камень, либо металл. Кость с деревом не возьмётся.
Металл? — встрепенулся Микишка. — На ко погляди.
Он торопливо запустил руку за ворот и вытянул плоское колесо с шестью перекладинами. Едва не содрав себе уши, сдёрнул с шеи шнурок. Глаза Дарьки вспыхнули радостью. Едва не вырвала кругляшку из рук ополченца.
— По—моему то что нужно! Отойдите—ка подальше.
Алтын с Извеком опасливо попятились. Коней ухватили за уздечки, дабы не помешали. Дарька отвернулась, вытянула руку с посохом. Осторожно, отклонив голову назад, чиркнула оберегом по набалдашнику. Треснуло, будто сломали пучок лучин и внучку волхва осыпало искрами. Тряхнув волосами, девчонка сдвинула руку пониже и чуть наклонила посох. Ухватив оберег за краешек, ударила посильней и отвела руку в сторону. Затрещало громче, огненная полоса прочертила воздух, соединив вершину посоха и Микишкин оберег. Дарька взвизгнула и выронила шнурок.
— Эй, осторожней! — воскликнул Алтын. — Cмотри, спалишься.
Извек тряхнул его за плечо, знаком показал, чтоб не лез под руку. С третьего раза огонь продержался дольше. Девчонка вовремя отпустила колесо и оно повисло на шнурке, покачиваясь от бьющего в него пламени. Двигая посох Дарька выгнула поток дугой, но не удержала древко и огонь вновь потух. Несмотря на это она подпрыгнула от радости..
— Всё! — она счастливо глянула на спутников. — Могу и знаю! Идите сюда.
Едва ладони отпустили коней, те спешно подались назад. Животным
— Смотрите, — заговорила Дарька. — Как только стукну по дереву, один берёт посох и, не поворачивая никуда, идёт к левому камню. Другой осторожно несёт шнурок к правому, а я помогу закрепить так как надо.
Оба с готовностью кивнули и растопырили ладони, будто собрались на лету курей ловить. Девчонка улыбнулась их позам, но тут же посерьёзнела. Руки двинулись, щёлкнуло, и в лица дохнуло теплом. Извек прищурившись вцепился в древко и замер, дожидаясь когда Микишка двинется к своему камню. Огненная дуга с каждым шагом росла и, к тому моменту, как оба замерли на местах, пламя гудело над самой тропой. Дарька подскочила к Извеку, поправила посох, чтобы огнь проходил над водой и накрывал участок гати. Кивнув Сотнику, чтобы придавил древко камнем, поспешила к Микишке. Тот стоял с округлившимися глазами, оберег держал двумя пальцами и жалел, что у него короткие руки. Облегчённо вздохнул, когда пальчики Дарьки потянули шнурок и пристроили колесо на втором каменном пне. Послушно ухватив булыжник поувесистей, придавил им шнурок и удовлетворённо отряхнул руки.
Теперь их охранял высокий огненный плетень, пролезть через который не захочет ни одна тварь. Дарька сияла, глядя на довольного ополченца. Извек же подобрал пару камешков, бросил, наблюдая как их отбрасывает от огненной стены и только тогда подошёл к спутникам.
— И сколько так полыхать будет?
Дарька пожала плечами.
— Пока не остановим. Думаю долго.
— Тогда давайте поищем родничок. — Кивнул Сотник. — Здешней водой умываться не тянет.
Лица друзей вдруг омрачились. Они озадаченно переглянулись, а Микишка развёл руками.
— А воды тут и не было никогда. Да и откуда ей взяться посреди болот.
— Так, — протянул дружинник. — Тогда по чарке и на поиски дороги.
Услышав голос хозяина, подковылял Ворон, подставил бок, где висела сума. С завистью поглазев как люди утоляют жажду, оглянулся на Шайтана. Козлорогий подступил к берегу, несколько раз нюхнул воду, но пить не стал.
— Погодь маленько, может к вечеру выберемся, тогда и напьёшься.
Чернеющая посреди острова сушина, неохотно рассталась с тремя нижними сучьями. Слеги получились не особо ровными, но достаточно длинными и лёгкими. До темноты все трое бродили вдоль берега, тыкали жердями в чёрную воду и всё больше смурнели. Изредка поглядывали на пылающий заслон и уходящую вдаль тропу, но на гати никого видно не было. Дарька несколько раз отходила к полыхающему концу тропы, закрывала глаза, вспоминала где было продолжение дороги. Однако, всякий раз подходя к выбранному месту, чувствовала под слегой лишь бездонную пустоту.
Солнце, тем временем, потускнело, незаметно подкралось к окоёму и постепенно растаяло в неподвижной дымке, висящей над далёким краем топи. Сотник окликнул замученную Дарьку, махнул рукой Микишке и принялся разводить костёр. Когда спутники подошли, указал им на камни.
— Хватит на сегодня, сядьте, передохните.
Уселись. Невесело посмотрели на унылых коников. Бедные животные несколько раз подходили к воде, но так и стали пить тёмную нездоровую жижу. Мучимые жаждой, даже не глянули на печенье. Микишка не находил себе места. Отложив недоеденный кусок, покачал головой.