Измены
Шрифт:
Гриффин выступил вперед.
— Спасибо вам, леди и джентльмены, но я считаю, что уже достаточно снимков для этого вечера. Настало время торжества.
Лестер Латин, известный общественный деятель и сегодняшний распорядитель торжества, поняв намек, хлопнул в ладоши, и из гостиной донеслись зазывающие веселые ритмы мелодии «День и ночь». Послышались хлопки пробок, вылетающих из бутылок шампанского. Официанты в ливреях засновали вокруг праздничного стола, длиной с городской квартал.
Пока Гриф обменивался любезностями с майором,
— А Кэла все еще нет, — сказала она, отведя подругу в сторону. — Ты уверена, что он обещал приехать?
— Да, сначала он очень удивился, что его пригласили, но потом согласился.
Пат сделала глоток из бокала, вспоминая его слова, сказанные по телефону: «Я ни за что не пропущу такое».
— Он опаздывает уже больше чем на час.
Лара в нетерпении переминалась с ноги на ногу.
— Может быть, он передумал?
В душе, тайно, Пат надеялась на это.
— Или, может быть, его жена опять тайно спрятала ключи от машины?
Лара засмеялась, хотя Пат совершенно не думала шутить.
— Пат, это моя любимая мелодия. — Она вскинула голову. — По-моему, вечеринка имеет огромный успех, не правда ли?
Это было больше утверждением, чем вопросом. Глаза Лары горели, оглядывая зрелище.
Действительно, её глаза были неестественно блестящими. Пат это заметила. И некоторая несогласованность в движениях Лары, когда она, допив свое шампанское, взяла с серебряного подноса другой бокал, которыйпринес ей один из официантов в ливрее, и когда она махнула рукой Халу Приенсу, поймав его взгляд, хотя не была с ним знакома.
Вспоминая, как ярко всегда блистала Лара, Пат поняла, что слава дала ей ту уверенность в себе, которой ей так не хватало, однако видела за ее веселостью нетерпение и волнение.
«Она все еще его любит, — подумала с тоской Пат, — И, может быть, сама даже не знает об этом».
— Надеюсь, вы не будете против, если я вас немного побеспокою? — спросил любезный голос.
Они обернулись и увидели темноволосого мужчину; его аккуратно постриженная бородка была с проседью, глаза глубоко посажены и смотрели с проницательностью.
Лара сразу же узнала его.
— Совсем нет. Я очень рада, что появилась возможность поговорить с вами, мне так нравятся ваши работы. Я не пропустила ни одного вашего фильма.
Мартин Стаей всегда смущался, слыша фальшь в комплиментах себе. А искренние, хотя это и парадоксально, вызывали у него непроизвольную улыбку. Сейчас известный режиссер улыбнулся.
— Можно нам совсем немного поговорить о деле, миссис Лайтон?
Лара уже давно поняла, что основные киносделки происходят во время приемов и такого рода вечеринок.
— Да, но только если вы будете называть меня просто Ларой.
Пат поняла намек, что ей бы неплохо было пойти за новой порцией шампанского.
— Как вы, наверное, уже слышали, я ставлю свой новый фильм. Главную мужскую
— Заинтересовало? Я бы работала с вами, даже если бы вы собирались снимать телефонный справочник!
Стаей снова заулыбался. Неподдельная искренность Лары в сочетании с ее образом светловолосой секс-бомбы, потрясла его при просмотре «Экстаза»: и откровенная тоска в глазах, и трогательная ранимость.
— Тогда, может, мы проведем кинопробу?
— Звездам обычно не требуется кинопробы, — легко вмешался Гриффин, неожиданно оказавшийся рядом с Ларой. — Ты должен понимать это, Марти.
— Если бы у меня были какие-то сомнения относительно вашего таланта, — сказал Стаей Ларе, — я бы не решился пригласить вас на эту роль, но это не совсем романтическая роль. Проблема заключается в том, чтобы она вам подошла.
— Я бы хотела попробовать, — искренне согласилась Лара, не обратив внимания на хищнический взгляд мужа.
— Я пришлю почтой вашему агенту копию сценария.
— У меня нет агента.
Режиссер опешил. Было неслыханным, чтобы профессиональная актриса не имела агента.
— Моя жена заключила эксклюзивный договор со мной, — пояснил Гриф. — Ей не требуется агент. Я лично отбираю все сценарии и обеспечиваю гарантию защиты ее интересов.
«Он собирается защищать ее от многообещающей карьеры», — подумал Стаей.
В Голливуде такое уже было не в первый раз. Несмотря на это, перед уходом он согласился прислать сценарий на имя Гриффина и через две недели провести с ним «совещание» в Голливуде.
Он надеялся, что на этот раз интуиция подведет его.
Глаза Лары сверкали уже не от поддельного восторга: кокаин, который она вдохнула до прихода гостей, быстро выветривался.
— Гриф, я бы продала душу за эту роль.
У нее появился шанс оторваться от своего имиджа секс-богини и сыграть серьезную роль. Однако Ларе никогда не приходило в голову, что она уже больше не принадлежит себе. Ее настоящий владелец успокаивающе улыбнулся:
— Если это так важно для тебя, Лара, я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты получила ее, — сказал Гриф, — но это будет зависеть от меня, а не от него.
— Что ты имеешь в виду?
— Попозже поговорим об этом. Мы не очень внимательны к своим гостям.
Взяв ее за руку, он подвел ее к рядом стоящей группе, где были Майк Николс, Сидней Ламет и Мэрил Стрип, актриса, которую она боготворила.
Обычно, для того чтобы вступить в разговор с такими известными людьми, Ларе потребовалось бы принять дополнительную порцию кокаина, но неожиданная встреча с Мартином Стаей придала так недостающей ей уверенности. Вскоре она обнаружила себя, обсуждающей с Мэрил Стрип различие техники игры на сцене и перед камерой. К изумлению Лары, та разговаривала с ней как с равной. Для полного счастья в этот вечер ей недоставало только Кэла.