Изменить будущее
Шрифт:
– Саша, – сказал он в селектор, – вызови срочно начальника пятого управления.
Абрамов вошёл тихо. По сложившейся в комитете "традиции", руководитель, вызываемый к "первому", не мог прийти с пустыми руками. В руках Иван Павлович держал кожаную сумку с отчётами и планами.
Поздоровались.
– Я ознакомился с вашими последними отчётами, Иван Павлович, и вот какие у меня имеются замечания. Вы перечисляете события и мероприятия по пресечению акций идеологических диверсий, но не предлагаете альтернатив, превентивных мероприятий. И я не имею ввиду устранение источников диверсий. Вы понимаете меня?
– Если
– А по-моему, вы не дорабатываете именно в этом направлении. На пятое управление возложена функция изучать процессы, могущие быть использованными противником в целях идеологической диверсии. И вы их изучаете, но не с целью изменить нашу систему так, чтобы они сами исчезли, а для того, чтобы привлечь, как можно больше граждан по "вашим" статьям уголовного кодекса. У вас и в отчёте: "привлечено столько-то, разобщено столько-то".
– А как надо? – Едва не с вызовом спросил Абрамов.
Юрий Иванович с интересом посмотрел на начальника идеологической контрразведки и спокойно сказал.
– Сейчас нормой "выработки" вашего управления станет иной показатель: сколько вы создали альтернативных идеологических центров. И сколько подрывных центров, находящихся на территории СССР, закрылись самостоятельно.
Абрамов в задумчивости нахмурился.
– А посадки?
– Посадки приветствуются, но не обязательны. Не мне вас учить, что люди аккумулируются вокруг ярких и сильных личностей, а посадка на короткие сроки только придаёт идеологическому лидеру харизмы. Знаете, что означает это слово?
Абрамов отрицательно мотнул головой.
– Харизма – это способность притягивать к себе внимание. В христианстве обозначает "дар Бога". То есть, у наших противников уже есть этот "дар Бога", а мы им ещё добавляем притягательности. Пусть себе проповедуют. Надо вводить в такие группы грамотных идеологических конкурентов…
– Мы вводим и вводили, – перебил начальника Абрамов. – Агентов избивают.
Дроздов посмотрел на Абрамова, чуть склонив голову на бок, и улыбнулся.
– Я не сомневаюсь, что вы это делали, но противоречить лидеру в таких группах, смертоубийственно. Всегда есть несколько фанатичных адептов, готовых разорвать оппонента в клочья. Я вижу задачу наших агентов именно в том, чтобы вещать с их трибун практически то же самое, и даже с большим пафосом. Гипертрофируя идеи. Ну и отрывать группы от заграничных кураторов.
– Так никто из них и не афиширует свои связи с резидентурой ЦРУ или МИ.
– А вот это надо вскрывать для общественности. Аккуратно и документально. Подумайте над моим предложением и скорректируйте план работы на этот год. И ещё…
Начальник КГБ вздохнул.
– Харизма – это незаслуженный дар, который Бог даёт человеку, надеясь, что человек проявит его во благо… Но человек по-разному понимает "благо". Тем более, что многие у нас не верят в Бога. Но ведь Бог всё равно даёт некоторым людям свои дары. Я прошу вас разработать программу выявления таких людей и подготовки из них так необходимых нам соратников.
Дроздов помолчал.
– Интересно, в вашем "идеологическом" управлении есть такие? Способные зажечь массы и повести за собой на баррикады?
– Найдутся, –
– Когда дело дойдёт до баррикад? – Усмехнулся Дроздов. – Между прочим… Задача вашего управления – чтобы не дошло. Готовьте предложения к коллегии, Иван Павлович. И, пожалуйста, не воспринимайте мои слова буквально и не делайте преждевременные выводы. Поймите наши цели и правильно сформулируйте задачи. И я не буду торопиться с выводами.
Бобкова Юрий Иванович знал с пятидесятых годов лично. Филипп Денисович долгое время руководил пятым управлением, а сейчас являлся заместителем председателя и курировал пятый и шестой отделы.
Дроздов, ожидая, пока зам разместится на стуле, постукивал пальцами правой руки по одной из лежащих на столе папок. По его лицу невозможно было понять его отношения к содержимому и Бобков внутренне напрягся.
– Я изучил предложения аналитиков шестого управления, Филипп Денисович и во многом их поддерживаю.
Куратор шестёрки очень медленно и тихо выдохнул.
– Однако, считаю, что план необходимо существенно доработать… В таком виде предлагать его к реализации нельзя.
Бобков снова напрягся.
– Полагаю, здесь не до конца проработан аспект правового и законодательного сопровождения предлагаемых нами мероприятий. Например, "Закон о кооперации"… Я категорически против распространения закона на все производственные и социальные сферы. В первую очередь кооперативы должны возникнуть в стратегически важных для государства областях: пищевая и лёгкая промышленность, животноводство, птицеводство, но ни в коем случае не в сфере развлекательных услуг, таких, как кино и видеопрокат, например. Театральная и концертная деятельность пусть уходят в кооперативы. Они и так "мышкуют" с билетами. Пусть платят налоги…
Дроздов перевёл дыхание и встал из-за стола. Он любил двигаться, когда долго говорил.
Бобков снова расслабился и, поймав паузу, спросил:
– Разрешите? – И увидев кивок, продолжил, – Нашу аналитическую группу расформировали… Когда Юрий Владимирович умер… План недоработан, но черновики остались. Позвольте доработать?
– Не позволяю, а приказываю доработать и переработать, – продолжил мягкий разнос Дроздов.
– Откровенно говоря, это, – он ткнул пальцем в направлении стола. – Это не план перестройки СССР, а план разрушения СССР. Благими намерениями помните куда устлана дорога? Зачем здесь ссылки на опыт США и Европы? Зачем нам венчурные фонды и коммерческие банки? Вы не помните, что стало с Россией, после появления коммерческих банков? Если нет, то я вам советую углубиться в вопрос. Та "перестройка" для России закончилась февральским переворотом и только большевики удержали её от полного развала. Кто сейчас будет удерживать СССР от распада? Какая партия? ЦРУ СССР?
Юрий Иванович понял, что несколько "завёлся".
На удивление Бобков на "сдулся". Чуть подняв руку в просьбе и получив кивок, он спросил:
– А такая есть? Партия ЦРУ СССР?
Дроздов ухмыльнулся.
– А это вы мне должны ответить, Филипп Денисович. Как куратор Идеологической и промышленно-экономической контрразведок. Есть в Советском Союзе альтернативная КПСС партия, или нет? И нужно ли нам её создавать, как прописано у вас в докладе, и для каких целей?