Измена
Шрифт:
– Да, матушка старательно боролась и с теми, и с другими.
– Граф произнес это с непонятным гостям сарказмом.
– Так почему же вы не хотите последовать ее примеру? Разве так уж трудно вывести отсюда эту нечисть?
– Потому что не хочу закончить свою жизнь так, как она.
С этими странными словами он пошел вперед, а пораженные гости, недоуменно переглянувшись, двинулись за ним.
Поравнявшись с прихрамывающим лэрдом, маркиз подхватил его под руку и негромко спросил:
–
Лэрд озадаченно покрутил головой.
– Представления не имею. Знаю только, что она скончалась в своей постели в расцвете лет. Но ничего более конкретного.
Они вошли в полукруглый зал с выходящими на восток высокими стрельчатыми окнами. На стенах висели побитые молью старинные гобелены, выцветшие настолько, что сюжет на них едва-едва угадывался, стены подпирали набитые соломой ржавые доспехи рыцарей, которые не чистили, наверное, лет сто.
Посредине зала стоял большой овальный стол из потемневшего от времени красного дерева на восьми ножках в виде лап какого-то мифического чудища. На голой столешнице, занимая весь левый край, высился подробный макет королевства Терминус с окрестными землями. Макет был настолько правдоподобно сделан, что неугомонный Фугит склонился над ним и принялся выискивать поместье отца.
– А, вот оно!
– он ткнул пальцем в небольшое здание возле длинного озера в форме буквы J|.
– Я его по озеру узнал!
– Вы правы, о кладезь учености!
– саркастично согласился с ним граф.
– Это и в самом деле владение вашего отца, уважаемого сэра Пакката.
– Но давайте присядем!
И граф взмахом длиннопалой руки пригласил гостей занять свои места. Они устроились за столом на противоположной от макета стороне. По правую руку от хозяина горделиво сел нескио, утвердив свое главенство. Сердито сверкнув на него глазами, по левую неохотно уселся маркиз. Тонко усмехаясь, лэрд устроился рядом с маркизом, и Фугиту пришлось сесть со страшащим его нескио. Он был недоволен и обеспокоен таким соседством, опасаясь обещанной оплеухи, но слова графа его отвлекли:
– Мой любезный родственник, как ваши дела? Надеюсь, с вашей дорогой матушкой все в порядке?
– Вполне. Она благоденствует.
– Фугит был на редкость краток, он не любил вспоминать мать с ее вечно дурным настроением и мерзкими капризами.
Граф с тонкой иронией подметил:
– О да, она же находится в лучшем женском монастыре королевства, среди вполне достойных дам. А если учесть, что для нее учинить скандал то же, что для менее возбудимых людей выпить бокал хорошего вина, то не стоит сомневаться, что она и впрямь благоденствует.
– О, аббатисой там досточтимая Фелиция, сестра нашего многоуважаемого
– Говоря это, маркиз внимательно следил за реакцией графа, но тот и глазом не моргнул.
– О, я в этом не сомневаюсь. Фелиция всегда была в высшей степени достойной дамой.
Маркиз случайно опустил взгляд вниз, к коленям графа, и заметил, как под столом рука Контрарио судорожно сжала рукоять висевшего на поясе небольшого кинжала, да так, что побелели костяшки пальцев.
Ага!
– пронеслось в мозгу маркиза, - похоже, наш друг Контрарио так и не забыл свою юношескую страсть. Интересно, на что он способен ради нее?
Разочарованный Фугит в отместку задал графу чрезвычайно неприятный, на его взгляд, вопрос:
– А что произошло с вашей матушкой, граф? Мы были уверены, что она почила в бозе на своей собственной постели.
В это время дверь открылась, и граф произнес:
– Заходи, Агнесса.
– В ответ на заинтересованные взгляды гостей пояснил: - Это моя экономка.
Вошла красивая молодая женщина с серебряным подносом в руках. Гости понятливо переглянулись. Агнесса явно служила здесь не только экономкой. На ней было слишком дорогое для простой служанки шелковое платье с золотой вышивкой, стройную белую шею обвивали длинные бусы из крупного ровного жемчуга. На голове красовалась искусная диадема с таким же жемчугом явно из фамильных драгоценностей графа.
Робко глядя вниз, Агнесс торопливо составила на стол запыленные бутылки с вином и золотые кубки, украшенные крупными рубинами. Присев в низком реверансе, спросила у графа:
– Что-нибудь прикажете еще?
Тот ответил каким-то слишком ласковым голосом:
– Нет, моя милая, можешь идти.
Она чуть не бегом выскочила из комнаты, подхватив подол длинной юбки. Нескио удивленно посмотрел ей вслед. Вела себя она вовсе не как фаворитка графа. Уж скорее как запуганная служанка.
Контрарио взял в руки зеленую кривоватую бутылку, и предложил:
– Одно из лучших вин моего подвала. Мадера столетней выдержки. Не желаете?
Фугит тут же протянул руку за кубком. Немного поколебавшись, нескио присоединился к нему. Лэрд отказался, сославшись на слабое здоровье. Маркиз тоже, соврав, что не пьет мадеру.
– Тогда, может быть, бургундское?
– граф был сама любезность.
– Его заложил еще мой дед, так что оно вполне достойно благородного рода маркизов Пульшир.
Маркизу ничего не оставалось, как согласиться.
Вино разлили по драгоценным кубкам. Граф тоже налил себе мадеры и отпил. Его примеру последовали остальные. Нескио одобрительно крякнул.