Измена
Шрифт:
После последних событий, я постепенно прихожу в себя. Самое сложное это было отказаться от таблеток, но Егор настоял. Мы стали ходить к психотерапевту, как оказалось, по рекомендации знакомых.
Ходим мы вдвоем. Не сказать, что это не решает наши внутренние проблемы на самой консультации, но из плюсов — мы стали открыто обсуждать наши отношения. Приходим в наше любимое кафе, наедине обсуждаем волнующие нас вопросы, которые были подняты в разговоре со специалистом.
В этот раз жду Егора на ужин, он еще
Звонок в дверь. Иду открывать, я знаю, что это Егор. Пока иду, делаю пометку в голове не забыть сделать ему ключи, столько лет вместе, а он все звонит.
— Как хорошо, ты пораньше освободился, — Егор обнимает меня, снимает верхнюю одежду, вешает на крючок.
Он давно и довольно быстро освоился у меня в квартире.
Уверенно идет мыть руки, знает, что персонально для него я всегда вешаю третье полотенце.
Накладываю еду, ставлю только две тарелки, Егор удивленно уточняет:
— Андрей не будет ужинать? — он, как обычно, равнодушен к деталям. Ведь понятно, что коридоре нет куртки и ботинок сына, я все понимаю, он после работы, я думаю ему не до нюансов, хочется просто отдохнуть от тяжелого трудового дня.
Стараюсь угодить Егору, быстро достаю посуду из шкафчиков, говорю:
— Уехал к отцу, — раскладываю еду по тарелкам, вижу взгляд Егора напрягается, спрашивая:
— Его отец за ним сюда приезжал в мое отсутствие? — мотаю головой
— Нет, конечно, он уже взрослый, поедет на метро, к нему еще его одноклассница приехала, ходят словно "неразлучники" вместе, думаю проводит до дома Марию и поедет тогда, — сажусь напротив, подбираю ноги под себя.
Мне нравятся наши беседы, когда Егор после работы делится впечатлениями, рассказывает про новые проекты, дела. У нас все налаживается.
— Так сына не будет? — Егор отодвигает тарелку, подходит и наклоняясь целует шею, — я могу остаться? — не думала об этом, но почему нет? У нас давно не было близости, мы планировали совместные выходные.
— Конечно можешь, — немного нервничаю, потому что вспоминаю, что мы обещали быть честными друг с другом, оттого отчаянно гоню от себя мысли о том, что я не смогу получить нужное мне расслабление и придется говорить об этом.
Жмурюсь, чушь все это. Буду трогать себя, смогу расслабиться.
Самое лучшее, это не программировать себя на неудачу, у меня получится, мы давно изучили друг друга. Иногда же получалось расслабляться, надо вспомнить.
Тем боле, что сейчас нет напряжения после рабочего дня, когда я заставляла себя через «не хочу», подстраивалась под желания Егора. Сейчас все иначе: я дома, хоть у меня все еще выписан больничный листок, который постоянно продляется, чувствую себя хорошо, на работу не хожу.
Все под контролем. Мы справимся.
После ужина, отправляемся вместе в душ. Я уверена,
Скидываем одежду.
Стоя под теплыми струями воды, плотно прижимаясь к друг другу, целуемся.
Егор выдавливает на ладонь гель для душа, медленно и неторопливо скользит пальцами по моему телу, задирает одну ногу выше, что для устойчивости упираюсь в стену из кафеля, пытаясь поймать сохранить равновесие. Руки мужчины мнут грудь, спускаясь ниже к животу, затем ниже, касаясь промежности.
Окунаюсь в волны удовольствия, ловлю каждое его движение.
Егор отодвигает лейку, разворачивает спиной к себе, прижимая к телу вплотную, направляет острые струи воды ниже живота, создавая еще более приятно-ноющие ощущения.
— Дина, так нравится? — Егор много внимания уделяет предварительной подготовке, я его сама просила, когда мы обсуждали.
Он запомнил и все делает сейчас последовательно, никуда не торопится, водит пальцем по складкам промежности, чередуя со струями воды.
Волнительно, я полностью расслабляюсь, говорю:
— Очень, — подаюсь бедрами навстречу, стараюсь держать баланс, прислушиваясь к себе, своим ощущениям.
Егор возвращает душ на место, надавливает на плечи, просит:
— Дина встань на колени, — мы и эти моменты обговаривали, потому что Егору оказалось также как и мне было недостаточно предварительных ласк.
Опускаю глаза, убираю ногу с выступа, медленно опускаюсь до упора коленями в мокрый пол. Перед глазами вижу член, он упирался мне в губы. Пальцы Егора ложатся на подбородок, заставляя запрокинуть голову, большим пальцем надавливает на губу, проталкивая пальцы, я обхватываю их губами, сосу.
— Будь нежной и не забывай про язык, — он убирает пальцы от рта, а я не спеша скольжу губами вдоль основания, целую, облизываю, немного втягивая в себя
— Дина, не спеши, — исправляюсь, начинаю снова, Егор подсказывает, становится легче. Обвожу языком головку, медленно, осторожно, почти нежно.
Мы ранее не так заморачивались, почти исключали такие ласки, а теперь выяснили, что они нужны.
Мне не противно, присутствует легкое смущение. Скованности нет, скорее всего потому, потому что Егор не просил, чтобы я поднимала глаза и смотрела на него.
С закрытыми глазами проще, я подаюсь вперед, действую интуитивно, дразню языком углубление головки, облизываю по всей длине. По хриплым стонам знаю, что скорое приближение, потому что головка всегда увеличивается, сосать становилось сложнее.
Исходя из размера я так и не научилась втягивать его член полностью, всегда больше беру основание, потому что весь он не помещался у меня во рту больше чем наполовину. Оттого, наверное, часто помогаю себе рукой. Слыша каждый раз стоны одобрения, понимаю, что все делаю правильно.