Измена
Шрифт:
— Прости, Джози, что вырвал тебя в такую даль, но я не мог по-другому поступить. Чувствую себя ужасно перед тобой и Джеймсом, — опустив голову на плечо своей жены, причитал молодой мужчина.
— Господи! А я уже было подумала, что случилось что-то серьезное! — усмехнулась в ответ Джозефин. — Дэвид, послушай, — обхватив ладонями лицо мужа, продолжила свою мысль. — Я все это прекрасно понимаю. И я объясню нашему сыну, не переживай, пожалуйста, — поцеловала мужа нежно в губы, успокаивая тем самым.
— Правда? — горько, но с долей облегчения выдохнул
Джозефин забрала конверты, мысленно ликуя, что ее муж настолько заботливый и ей не придется лишний раз заниматься всей этой монотонной и скучной работой.
— Так… ты на целую неделю нас покидаешь? И когда самолет?
— Да, в девять часов, — с грустью ответил муж синеглазой девушки, провожая ее до такси, которое успел вызвать заранее. — Я буду скучать по тебе, любовь моя! — крепко обнял жену, не желая с ней расставаться ни на минуту.
— Я тоже! Позвони мне, когда приедешь в аэропорт и после прилета сразу же. Береги себя, Дэвид, — она провела нежно ладонью по щеке мужчины, тепло улыбаясь.
— Подожди, — остановил жену, которая уже собиралась сесть в прибывший автомобиль, перехватив ее за руку. — Я хочу кое-что сделать, — нежно взяв девушку за тонкую талию, Дэвид со всем трепетом поцеловал жену в губы, пробуя в очередной раз ее на вкус, который будоражил все его тело, при этом не вызывал никаких сексуальных ощущений у самой Джозефин.
Во время поцелуя с супругом она каждый раз чувствовала лишь твердую почву под ногами и ощущение домашнего, столь уютного тепла. В то время, когда с Хьюго же был полный мандраж вперемешку с опьянением, разливающимся по телу и самому разуму. А если говорить конкретнее, то это была самая настоящая неуверенность, которая сменялась раз за разом чувством предвкушения чего-то необузданного и неизбежного, дикого и страстного. Всепоглощающая страсть, словно молния среди ясного дня, пронизывающая все тело искрящим зарядом тока и порождающая истинное фатальное желание.
ДЖОЗЕФИН
— Как же мне хорошо с тобой, — стонет Хьюго прямо в мои губы, а затем лениво откинувшись на подушки, продолжает неистово покрывать мое тело жаркими поцелуями. — Ты такая вкусная, детка.
Оставаясь с Хьюго наедине, я прекрасно понимала, что нами движет лишь желание обладать друг другом. Но, как ни странно, именно в такие минуты, как сейчас, мне кажется, что во мне начинает что-то зарождаться. Нечто большее, чем просто влечение. Это не на шутку пугает, ведь все происходящее намного сильнее меня. Я была бы рада это контролировать, но, к сожалению, не могу… И это не оправдывает меня, знаю. Наваждение, одним словом. Все происходит против моей воли, полностью расходясь с ясностью разума. Слишком скоропостижно.
— Вообще-то, я не просто так пришла, Фолегар! А ты что устроил? Твоя пожилая соседка чуть свою вставную челюсть не уронила,
— Мы не виделись несколько дней, а довольствоваться одними лишь звонками мне мало. Недостаточно. Ты уверена, что нам стоит идти на выставку твоей подруги вместе? Даже если Адам что-то знает, то я готов к этому. Тебе не стоит переживать. Кстати, познакомишь меня с подружкой? Она ничего такая. Аппетитная, — ухмыляется, демонстрируя ямочки на лице.
— Да, мы идем вместе, но как коллеги. Ах да, ты можешь просто уйти к Хлое, я тебя не держу. Вообще без проблем. Она любит молодую кровь, — отворачиваюсь от него в поисках своей одежды.
— Чтобы потом ты меня сожгла в подворотне? Или облила серной кислотой такое прехорошенькое личико? Нет, спасибо. Проблема еще состоит в том, что я хочу только тебя. Слышишь, ревнивица? Мне нравится тебя дразнить.
— Я не ревную! — гордо отвечаю, на что он лишь закатывает глаза. — Слушай, нужно как-то убедить Дэвида, чтобы он отказался от похода на мероприятие Хлои, — переключаюсь, сменив тему. — Черт, Адам меня пугает не на шутку, но, безусловно, я сама виновата во всем. Чувствую себя падшей женщиной перед мужем, — закрываю лицо руками и издаю стон отчаяния.
— Посмотри на меня, детка, — убирает мои руки с лица, ласково заправив выбившуюся прядь волос за ухо. — Не переживай, слышишь? Считай, что я сам во всем виноват, потому что по большей части это так и есть. Я ни за что в данный момент не откажусь от тебя. — целует мои губы, покусывая их и оттягивая в свою сторону. — Кстати, сохраню у себя твой полароид. Буду следить за ним, как за зеницей око. Теперь ты не отвертишься от фотографий, — громко и заливисто смеется, вызывая в душе трепет от столь умилительной картины. Передо мной полностью обнаженный мужчина, делающий фотокарточки меня самой.
— Просто я хочу, чтобы эта памятная подаренная мне вещь хранилась у тебя. Мне нравится то, как ты снимаешь. А эти фотографии… Это скорее компромат на меня. Так что сожги снимки! Снимай лучше что-нибудь другое, пожалуйста.
— Ага, мечтай! Ты моя модель. Истрачу все кассеты и пленку для полароида и обвешаю всю квартиру твоими снимками. А сейчас иди ко мне, малыш, хочу ощутить твое тело снова, — не успеваю к нему приблизиться, как Хьюго переворачивает меня на спину, накрыв мое тело своим.
— Извращенец, — смеюсь я, пытаясь увернуться, но зеленоглазый не позволяет далеко ускользнуть от него, вновь даря свою ласку и нескончаемое удовольствие.
После столь бурной страсти пытаюсь отдышаться на измятых простынях в полном беспамятстве. Ко мне только сейчас постепенно начала возвращаться реальность, приводя в чувство, словно удар обухом по голове…
— Хьюго! Кошмар! Я, кажется, опоздала! — подскочив с места, в спешке собираю с пола свою одежду и, как можно скорее, натягиваю ее на себя. — У Джеймса уже закончилась тренировка. Я должна была его забрать вместо Дэвида. Что же я творю? — хватаюсь за голову, а этот нахал лишь широко улыбается.