Измена
Шрифт:
— Уверяю вас, на прошлой выставке мы сделали акцент на искусстве начала и середины двадцатого столетия. Аукцион прошел очень даже неплохо. По нашим меркам, — посмеивается миссис Баклэнд. — По-моему, если не ошибаюсь, то из ста пятидесяти представленных предметов искусства удалось продать в самом начале мероприятия только тридцать. Но мы не упустили и такую возможность. Уже на вторых торгах у нас было девяносто процентов продаж. Мой бизнес достиг твердых позиций на арт-рынке, — уверенно подкрепляет свои слова статистикой. — Но предстоящая выставка несколько отличается от предыдущих своим масштабом.
— Да.
— Что же происходит после всех торгов? — задает вполне себе уместный вопрос Хьюго.
— Ну, здесь всего два варианта развития событий, — решаюсь сама ответить на его вопрос. — Если ваш лот будет продан, вы получите деньги. — намеренно снова перехожу на «вы». — Безусловно, с учетом вычета всех комиссий. Но, если лот не будет продан, тогда мы вполне сможем с вами договориться о его повторном размещении. Если опять же вы захотите сами.
— Да уж… Мы с вами обязательно договоримся, Джозефин, — двусмысленно отвечает и делает акцент на имени, поглаживая мою ладонь своим большим пальцем.
— Я думаю, все у нас получится и сложится удачно, — привносит в наш разговор позитив мистер Холд. — Я в этом просто уверен. У меня очень хорошая интуиция, знаете ли. Возможно, вся эта процедура покажется вам сложной, Хьюго, дорогой и неудобной. Однако, если ваш лот заинтересует клиентов, будьте уверены, что он будет продан дорого и быстро. Без каких-либо сомнений. Я прав, миссис Баклэнд?
— Абсолютно, — улыбается, пристально глядя в глаза Хьюго.
Далее, изучив подробно все оставшиеся пункты договора, стандартный комиссионный процент, страховку и даже пункт о проведении расчета после самого аукциона, мы наконец-то подписали все документы. Потратили на все про все несколько часов, так и продолжая сидеть, держась за руки. Я думала о том, чтобы наша встреча как можно скорее закончилась. Имею в виду… не только переговоры. Я слишком измотана всей этой подготовкой. У меня слишком много работы перед предстоящим аукционом, а еще сегодня нужно подготовить презентацию лота Хьюго для мероприятия.
— Не забывайте, что после столь выгодных, надеюсь, торгов состоится мероприятие. Что-то на вроде фуршета. Жду вас, партнеры. Присутствие каждого обязательно. Доведем дело до конца качественно и красиво, — ох, не нравится мне то, с какой интонацией она это озвучила. — Он состоится прямо в нашем аукционном доме. Организацией занялся мистер Холд лично, — одаривает Адама своей фирменной улыбкой. — До скорого. И… добро пожаловать в наш «мир», мистер Маршалл, — этот «воспитанный мачо» снова целует ее руку, освободив, наконец, из оков мою. Затем пожимает ладонь Адама в знак того, что нам пора бы уже откланяться. Когда Адам оставляет невесомый поцелуй на моей ладони, Хьюго буквально силой схватив меня, потащил в сторону выхода. Не успев отойти и пары метров от кабинета начальницы, мы одновременно задаем друг другу один и тот же вопрос.
— Какого чёрта?
— Ты… — переводит дыхание. Вот-вот и пар из ноздрей повалит от злобы. Напыщенный индюк. — Какого рожна такая верная из себя
— Слушай, дружок, ты палку-то не перегибай и не борзей. Сам только что на моих глазах облизывал руку начальницы. Но даже не это главное. Что это было в кабинете? Там… под столом? Тебе не кажется, что так «друзья» не поступают, а?
— Дружок в штанах у этого усатого кретина, который глаз с тебя не сводил. Ах да! Как я мог забыть? — переходит черту, повышая на меня голос. — Мы ведь друзья! Прости, иногда вылетает из головы. Так вот! — тычет в меня пальцем. — Если бы мне казалось, я бы перекрестился. Подумаешь, поцеловал руку той стервы. Хочешь, и тебя оближу? — снова усмехается надо мной эта сволочь.
— Не смей больше так делать, понял меня? — повышаю голос. — И не приближайся, не разговаривай со мной.
— Иначе что? — на минуту я даже теряюсь.
— Всего доброго! Выход сам найдешь. Приглашение на аукцион вышлю по почте, — разворачиваюсь и делаю уверенные шаги в сторону своего кабинета.
— Не ревнуй, малыш, ты мне нравишься больше. Кстати, можешь привезти приглашение лично, детка. Или я сам могу приехать… — услышав его слова, разворачиваюсь и показываю средний палец. — Нахалка! — шлет в ответ воздушный поцелуй. Придурок!
ГЛАВА 14
ХЬЮГО
Люблю Бостон не только за музеи и выставки, но и за тусовочную жизнь. Ночные клубы здесь — это отдельный мир, живущий по своим правилам, по своим законам. Royale — одно из таких популярных мест. Эксклюзивный, роскошный, недоступный. Клуб гарантирует незабываемую ночь с известными диджеями, лучшими стриптизершами и незабываемой ночью.
Свет, яркие огни, слишком громкая музыка. В голове отдаются, как будто, эхом биты очередного трека «Tash — Bordertown», который будоражит все тело. В этом клубе очень жарко в прямом и переносном смысле. Повсюду люди, всячески развлекающие себя и других своими развратными нарядами. Все присматриваются друг к другу, разогреваются алкоголем, травкой, легкими наркотиками.
Два больших танцпола, окруженные тремя ярусами лож. Здесь можно разместиться с коктейлем, кальяном и несколькими девицами в придачу. Главный танцпол и сцена просматриваются практически из каждой ложи. Гости страстно танцуют. Музыканты выступают, разогревая свою публику. Бармен проделывает очередные фокусы с алкогольными коктейлями, привлекая все больше внимания тех, кто готов платить снова и снова. Стриптизерши снуют по залу и танцполу, бесстыдно предлагая свои услуги. Большой зал. Удобные диванчики. Уникальная сцена. Великолепное оборудование. Здесь есть все для того, чтобы окружить всех и каждого своей атмосферой для настоящего отрыва.
На сцене начинается слишком провокационная шоу-программа. По тускло освещенным залам небольшими компаниями бродят люди. Кто-то исключительно в стильных, развратных и модных нарядах, а кто-то практически голый. Красивые девушки в стильных вечерних платьях с атрибутикой «БДСМ». Слишком развратные и привлекательные. Ни капли стеснения, ни капли приличия. Стриптизерши в кружевном белье плавно, словно кошки, играют своими телами, демонстрируя похотливым взорам мужчин танцы томительного обнажения.