Измена

Барлоу Линда

— Знаю, — мрачно сказал он.

— Извини, но я боюсь, что у тебя опять начнутся неприятности.

— Ты в этом не виновата. Убийца, похоже, ходит за мной по пятам в последнее время. Как бич.

Восемнадцатая глава

В то утро в офисе Сэма проходило бурное собрание с участием всех, кто работал когда-либо на строительстве собора, включая Сэма, Дарси, Энни, пару строительных инженеров из «Броди Ассошиэйтс», Джека Флетчера и Паула Мак-Энерни, генерального

подрядчика.

Энни еще никогда не видела Сэма в таком воинственном настроении. Он вскользь заметил ей перед началом собрания, что чем больше он размышляет над случившимся, тем больше все это его злит.

— Послушай, Паул, — говорил он теперь, — ты уверял меня, что соблюдаются все меры предосторожности, говорил, что никаких неприятностей не будет. А теперь мы видим человека, который упал и разбился насмерть! Стройка кишит газетчиками, которые набрасываются на всех, как стая саранчи.

— Успокойся, Сэм, — сказал Мак-Энерни. — Сядь. Ты дерьмово выглядишь.

— Я дерьмово себя чувствую. Я с шести утра отвечаю на вопросы полицейских и прессы. Уже вышли бульварные газетенки, где написано, что эта стройка проклята, и дьявол решил во что бы то ни стало разрушить творение Господнее.

— Да, прямо словесная баталия, — хмыкнул Мак-Энерни. — Не волнуйся, Сэм. Бог в таких случаях всегда побеждает.

Сэм покачал головой.

— Послушай! Человек, хороший человек, мастер, чья работа признана во всем мире, убит во время работы над моим проектом. Я хочу знать, почему, в частности, хочу выяснить, не связано ли это с профсоюзными проблемами.

— Ты хочешь сказать, что из-за того, что Джузеппе не был членом профсоюза? Сомневаюсь. Все профсоюзники знают, что мы вынуждены нанимать этих парней для такой тонкой работы, как облицовка мрамором и установка витражей. — Мак-Энерни взглянул на Флетчера и добавил: — Мой прораб не замечал никаких конфликтов по поводу профсоюзных дел, ведь правда, Джек?

— Точно.

Сэм обернулся к Энни:

— Ты с этим согласна, Энни? Ты замечала какие-нибудь признаки профсоюзных разногласий на стройке?

Она покачала головой.

— У нас было много субподрядчиков на стройке. У каждого рабочего свои способности, и, на мой взгляд, все относились друг к другу с уважением. Джузеппе и его люди держались вместе, и я никогда не замечала каких-то трений.

— Если не считать его племянника, — вставил Флетчер. — Вико и его дядя сидели друг у друга в глотках.

— Так что подозрения в основном на парне? — спросил Мак-Энерни.

— Все идет к тому, — неохотно сказала Энни. — Но, по правде говоря, мне трудно представить, чтобы Вико убил своего дядю.

Мак-Энерни пожал плечами.

— Может быть, он требовал денег, а его дядя отказался их ему дать, и они подрались — кто знает? По каким дурацким причинам люди только не убивают друг друга.

Сэм взъерошил рукой свои волосы, и Энни почувствовала прилив симпатии к нему. Это убийство никого не оставило равнодушным.

Всякий раз, когда она думала о семье Джузеппе, у нее сжималось сердце.

— Все, что мне известно, — это то, что полицейские прочесывают город в поисках парня, — сказал Сэм. — И я надеюсь, они найдут его с Божьей помощью, и очень скоро.

— А есть другие подозреваемые? Могли же быть какие-то другие причины, по которым кто-то хотел смерти Джузеппе? — в первый раз подала голос Дарси.

Ее взгляд пересекся со взглядом Сэма.

— Мне о таких ничего не известно, — ответил он и бросил взгляд на Мак-Энерни. — Я очень надеюсь, что в конце концов не окажется, что это убийство связано с работой.

— Ты все это слишком близко принимаешь к сердцу, Сэм, — сказал Мак-Энерни.

Сэм тяжело вздохнул.

— Кто-то же должен побеспокоиться обо всем. Кстати, полиция хочет снять отпечатки пальцев у всех, кто работает на месте происшествия или хотя бы появлялся там в последние две недели. Видимо, они сейчас заняты участком, где полно отпечатков пальцев, и если там есть отпечатки убийцы, они хотят отыскать их.

— Там будут отпечатки пальцев всех нас, Сэм, — сказала Энни.

— Конечно. Но это не значит, что кого-то из нас подозревают. Просто они хотят идентифицировать все, что можно, и посмотреть, что останется.

Не означает, что кого-то из нас подозревают.

«Может, и так, — подумала Энни. — Но если не Вико убил своего дядю, тогда кто же?»

В тот вечер Энни, как обычно, отправилась в молодежный центр на добровольное дежурство. Так непривычно было, находясь столь близко от собора, не иметь возможности зайти на стройку. Желтая полицейская заградительная лента все еще опоясывала ее по периметру.

Впервые ни один человек не пришел за советом. Как предположила Барбара Рэй, все старались держаться подальше из-за того, что поблизости хозяйничает полиция. Энни не стала задерживаться, поскольку Барбара Рэй была занята подготовкой поминальной речи, предназначенной для заупокойной службы по Джузеппе.

Энни оставила свою машину рядом с трейлерами на строительной площадке возле собора. Там все еще стояли две полицейские машины, позади собора горели огни, а восточная часть здания была огорожена полицейской лентой. Однако у западного края было темно и тихо. Ни полиции, ни ленты. Вся активность была была сосредоточена внизу у алтаря.

Поэтому Энни была поражена, когда заметила очертания хрупкой фигуры, крадущейся в тени у западного входа в собор. Она мельком заметила длинные белокурые волосы, когда фигура проскользнула через западный вход в строящееся здание.

Паулина. Девушка Вико. Что она здесь делает? Ищет Барбару Рэй? Идет тайком помолиться о своем утерянном любовнике и еще нерожденном дитяти? Она, конечно, должна знать, что собор закрыт как место преступления. Должна знать и то, что дядя Вико мертв, а самого Вико разыскивают, чтобы допросить по поводу убийства.