Изгой
Шрифт:
— А как возникли мы?
Ну вот, пожалуйста, прямой вопрос по запретной теме.
В следующий раз, играя с Длиннолапом в карты, они разговорились о поместье, которым обзаведутся после завоевания Мира Людей. Джотока интересовали леса Земли.
— Любопытно, насколько они отличаются от хссинских? — размышлял Наставник. Где-то у него тут был трефовый туз…
— Завоеватели выжгут их дотла?
Хоть стой, хоть падай. Вот и военной стратегией уже интересуются! Разговоры всегда, так или иначе, подходили вплотную к запрещенной информации.
Глава 17
(2404–2409 н. э.)
Годы шли, Хромфи тщательно укреплял вверенное ему подразделение. Переполненные верфи Змеиного Клубка работали на пределе возможностей. Мало-помалу Третий Черный Прайд обзаводился необходимыми для полного комплекта кораблями и техникой. Грраф командовал так, как если бы уже занял стратегическую позицию у человеческого Солнца Может, его Герои, шутки ради, и вели скрытое наблюдение за Адмиралтейством Дивной Тверди, но перебиваемые шумами сообщения об успехах Четвертой флотилии слушали со всей серьезностью.
С тех пор как у Прайда появился самоходный док, обязанности Наставника-Рабов значительно расширились. Рабочим бригадам приматов в таком серьезном деле, как техническое обслуживание корабля и боевых систем, Хромфи не доверял. Его собственный персонал проверял все досконально, при необходимости перебирая блоки заново, до полного соответствия жестким требованиям командора. Подобный рабочий режим оказался слишком изматывающим. Приходилось углубляться в тонкости судостроения. Поэтому Наставник нашел другой способ: обучил большее количество джотоков мастерству ремонта и переборки механизмов, так что со всем управлялись рабы.
Случалось, впрочем, что работы не было. Тогда он писал отчеты или резался в карты с Длиннолапом. И не забывал нюхать воздух на предмет опасности. Во время одного такого затишья он взял да научился управлять «Рыком воздаяния». Оказалось, это гораздо безопаснее, чем помышлять о гареме Хромфи. Кстати, мысли о толпах прекрасных кзинррет стали посещать его гораздо чаще. Порой он вспоминал свое детство в доме Чиир-Нига, голову матери на коленях. Наставник уже раскаялся, что продал неутомимую демоницу Гриинх.
Естественное желание для кзина — обзавестись большим количеством домочадцев и жилищем-крепостью. Но Наставник никак не мог взять в толк, с чего это ему самому хочется иметь сыновей? Уж точно не оттого, что приходится учить ужасных котят Хромфи. Трус не имеет права давать жизнь потомству; это опозорит Патриархат. Но все же ему ужасно хотелось иметь котят. Поэтому Наставник представлял, что рабы-джотоки — это его дети, раз уж из переходной стадии они выходили, абсолютно уверенные, что он — их родитель.
Однажды сыновья вызывают отцов на поединок. Многочисленные дети-джотоки делали, по сути, то же самое, только иначе. Неутолимое любопытство подопечных требовало от Наставника постоянно расширять
А все Длиннолап виноват, однажды рассказавший юным подмастерьям о черном карлике Р'хшссире. О том, что звезда будет сжиматься бесконечно, не используя водородных запасов, поскольку обладает лишь семью восьмыми массы, необходимой для термоядерной реакции. Тем не менее Р'хшссира не лишится конечного радиуса, хотя всякое давление себя уже исчерпало.
Длиннолап вместе с Ползуном обучали механике гравитационных поляризаторов четырех юных джотоков. В сумме это двадцать невероятно любопытных мозговых центров, по пять на каждого. Чтобы перебрать и настроить поляризатор, не требовалось в совершенстве знать единую теорию поля, но разве это останавливало гиперактивных ювенилов переходной стадии?
«Жуткая четверка» в перерывах между работой провела приблизительные расчеты минимального, взятого за функцию массы диаметра белого карлика. Они не совершили открытия — их умственные способности этого еще не позволяли, но они действительно определили критические массу и размер, необходимые для жизни нейтронной звезды.
С образованиями, крупными настолько, что их сжатие происходило бы за световым барьером, пришлось повозиться. Прежде чем приступить к вычислениям их параметров, один мозг заразил остальные крайне важным вопросом: «Если Вселенная подвергнется коллапсу, то каков будет минимальный конечный диаметр?»
Мягкий-Желтый попытался ответить так, как ответил бы любой кзин:
— Вселенная расширяется.
Но четверка, возопив в двадцать легочных щелей, не желала довольствоваться малым. Настройка поляризаторов — это сухая практика. А тут вопрос для радости ума! Что, если Вселенная все-таки сжимается?
Следовало и данные о природе гравитации сделать недоступными. Да еще и поляризаторы из себя все такие изящные! А вот бы снабдить их масляными факелами да формой, как у деревянных головоломок В'ккая. Чтобы джотоки из сил выбились такое строить и было им не до полетов буйной фантазии!
Но нет! Стоило только опрометчиво упомянуть, что поляризатор использует отрицательные искривления космического пространства, как четверка тут же пустилась в лихорадочные вычисления. Только спятивших рабов еще не хватало! «А чем отличается отрицательное искривление от положительного? Если положительное искривление в порядке вещей и это значит, что все притягивает все остальное, почему не сворачивается Вселенная? Когда она начнет сворачиваться? А если она свернется, насколько маленькой она станет? Скажи нам, Мягкий-Желтый!»