Избранные
Шрифт:
– Это-то меня и заботит, Селеста. Мы вполне можем сочинить парочку нелепых баек и тайно переправить тебя домой. Но что будет дальше?
Я похолодела. В отчаянии я сжала пальцами простыни и смотрела на его отрешенный профиль. Никогда в жизни бы не подумала, что меня так напугает перспектива этого разговора.
– О чем ты?
Габриэль вздохнул и закрыл глаза.
– Лакнесов не любят в Стейси. Наш брак лишь поставит тебя под удар - а ты постоянно должна будешь находиться на публике. Как бы ты ни была сильна, сколько бы охраны я к тебе не приставил, я всегда буду волноваться за твою безопасность. Возможно, было бы
Сердце стучит у меня в горле. Ну, вот и все, момент, которого я так долго ждала - Габриэль разрывает нашу помолвку. Я свободна в своем выборе. Теперь я могу выйти замуж разве что за наследного принца Бишопа, но, судя по слухам, он уже помолвлен с сестрой Кристины Кравер. Да и к тому же, Бишоп считается самым бедным регионом Ламантры, и, несмотря на свою собственную женитьбу, отец никогда не позволит потомку Лакнеса править там.
Получается, я могу вообще не выходить замуж. Почему же я не чувствую ничего, кроме щемящего чувства пустоты, как будто мне показали что-то особенное и в ту же секунду этого лишили?
Мужчина, стоящий передо мной - резко очерченный профиль, широкие плечи, пронзительный взгляд добрых глаз...если бы кто-то несколько месяцев назад сказал мне, что я буду бояться его потерять, я бы рассмеялась этому человеку в лицо.
Я никогда не думала, что Габриэль станет мне близок. Он стал моим другом, моей опорой - а я в жизни бы не призналась, что мне нужно чье-то плечо. Я теряла что-то в эту секунду. То, что почему-то уже по праву считала своим.
– Я хочу быть твоей королевой, - тихо говорю я с колотящимся сердцем.
Габриэль поворачивает голову и недоверчиво смотрит в мою сторону.
– Это же клетка, Селеста. Та самая, от которой ты всегда бежала.
Он был прав. Трон, корона - это антонимы свободы. Мне претит мысль о существовании в стенах замка, показательных казнях и фальшивых приемах. Но есть ли у меня альтернатива? Что лучше - остаться в четырех стенах Лакнеса, где я смогу медленно задыхаться, или разделить скомканное, затворническое существование с ним?
Я не могу произнести вслух то, что хочу. Слова стискивают мне горло, и впервые я понимаю, как физически тяжело становиться уязвимой.
Габриэль взволнованно подходит ближе, садится рядом со мной на кровать и берет меня за руку. Его глаза пылают тем самым огнем, увидеть который я боялась больше всего.
– Неужели...- шепчет он, пристально глядя мне в глаза, - что-то изменилось?
Я знаю, каких слов он ждет от меня. Но буду ли я честна с ним, если произнесу их вслух? В конце концов, я никогда не знала, что такое любовь. Возможно, я просто смирилась с мыслью, что не способна любить, а значит - и быть любимой. Вечность с Габриэлем всегда казалась мне вынужденной мерой, тем, что мне придется перетерпеть. Так что же такое свобода: быть в плену своих чувств рядом с ним или быть вольной птицей в Лакнесе, в котором мне все стоит поперек горла?
Господи, я так запуталась.
Он проводит пальцами по моей ладони и мое сердце начинает стучать так громко, что я слышу его отголоски в своих ушах. Это чувство почти напоминает дикий ужас, смешиваемый с легким привкусом возбуждения.
Возможно, будь я кем-то другим, все было бы проще. Я смотрю в его взволнованные глаза и понимаю, что его королевой меня толкают стать вовсе не нежные чувства,
– Я приму корону Стейси и стану служить региону и своим поданным, как и завещали мне мои родители. И если мне придется сложить голову за свой долг, то так тому и быть.
Мне казалось, что эти слова произношу не я. Селеста Лакнес, охотница и стрелок, боец и бунтарка так легко отдается во власть королевства. Последние двадцать четыре часа изменили меня. Я впервые поняла, как мало моя жизнь стоит на самом деле - и насколько меньше стоит моя свобода. У меня никогда не было цели, мечты или идеи, за которую мне хотелось бы сражаться - лишь вынужденное сопротивление против навязанных мне идеалов. Впервые мне захотелось наполнить свое заранее обреченное существование смыслом.
Габриэль зарывается носом в мою руку, но я успеваю заметить отблеск разочарования в его глазах.
– Я понимаю, - наконец, произносит он, - ты хочешь сделать это ради верности своей семье, и я не смею требовать от тебя большего. Ты станешь удивительной королевой, Селеста. Королевой, иметь которую я и не мог бы мечтать. Но все же, - он медлит, - подумай над моим предложением. Я сделаю все, чтобы обеспечить твою безопасность, но это не та цена, которую ты должна платить.
– Любая цена будет слишком дорога, - произношу я, проведя рукой по его спутанным волосам, - вопрос лишь в том, почему я готова ее платить.
Мы сталкиваемся глазами, и нас обоих пронзает отчаяние:
– Ты же понимаешь, я не могу поступить иначе.
Я никогда не думала, что принятие короны принесет нам с Габриэлем такую боль. Он тяжело вздыхает:
– Для меня трон всегда был...чем-то разумеющимся. Моей единственной дорогой. Наследный принц, старший ребенок - у меня никогда не было выбора. Со временем я даже убедил себя, что это именно то, чего я хочу на самом деле. И знаешь, я чертовски тебе завидую, Селеста. У тебя были мечты, выходящие за пределы того, что тебе навязала Ламантра. У меня их никогда не было. Я просто последователь чужих убеждений. Я сам превратил себя в пешку не в моей игре. И сейчас я начинаю думать, что, возможно, эгоизм - это не так уж и плохо. Может, тебе действительно стоит поступить так, как того хочешь ты, и если тебе не нужна корона...Посмотри, что она уже с тобой сделала, - он нежно проводит пальцами по синякам на моей руке.
– Я отказывалась от своего долга, потому что так было лучше для меня, - произношу я.
– Но я - часть семьи Лакнеса. Я не имею права подводить своих родителей, свою сестру и своего брата. Я уже сделала свой выбор. Моя жизнь не принадлежит мне, Габриэль. Она принадлежит Ламантре. И я готова принять ответственность за свое решение.
Удивительно, как некоторые происшествия меняют нас. Нападение на мою сестру, попытка убить меня...все это научило меня тому, как легко может оборваться наша жизнь. И что бы я оставила после себя? Несколько несбывшихся надежд, неосуществленных планов, самодельный лук и пошлые легенды о великой охотнице Селесте.