Избранное
Шрифт:
Резко отталкивает ее. Оба стоят молча и смотрят друг на друга. Потом возникает медленное сближение. Генрих страстно целует Анну. В глубине сцены возникает человек. Генрих резко оборачивается.
Генрих. Кто там?
Кромвель (оставаясь на месте, тихо). Я, сир.
Генрих. Имя?
Кромвель. Я – Кромвель.
Генрих. Зачем вернулись?
Кромвель. Полагал, что мог бы пригодиться.
Генрих.
Кромвель. Раздавите гадину!
Генрих. О ком вы говорите?
Кромвель. О церкви, государь, которой я служу!
Генрих. Вон!!
Кромвель. Повинуюсь!
Отходит на несколько шагов.
Но передумаете вдруг – я буду рядом.
Генрих. Подойдите!
Кромвель возвращается.
Кромвель. Вы легко могли бы получить развод и сделать леди Анну королевой. Ребенка вашего – наследником престола. Я знаю этот путь. Он справедлив, но требуется особая отвага и твердость, поскольку церковь нашу придется изменить!
Генрих. Убирайтесь!
Кромвель снова отходит; но замирает на месте и стоит, не оборачиваясь.
Анна. Раз римский папа не дает развода, а Кромвель знает, как его добиться, то пусть научит. Быть может, это наша последняя надежда…
Генрих (после паузы). Вернитесь, Кромвель. Выкладывайте все, что копошится в вашей голове.
Кромвель. Утверждать, что римский папа выше нашего монарха, – уже преступление. Есть закон. Он гласит: «Любой, кто ставит чью-то власть над волей короля, повинен в государственной измене». Стало быть, все наши епископы и монахи – государственные преступники. Они достойны смерти! Им пора об этом напомнить!
Генрих. Папа отлучит меня от святой церкви. Наша держава будет им проклята.
Кромвель. Пусть! Англия – превыше всего. Неполная свобода ее унижает! Возглавьте нашу церковь лично! Это даст вам свободу поступков и в один день сделает одним из самых богатых властителей в Европе. Все деньги церквей перейдут в королевскую собственность…
Генрих (внимательно оглядев его). Вы – человек без совести?
Кромвель (невозмутимо). Я начисто лишен ее, милорд.
Генрих. Я не хочу вас видеть!
Кромвель. Хорошо. Но буду рядом.
Отходит на несколько шагов.
Анна. Колеблешься? Дрожишь от страха?
Генрих. Дура! Ты знаешь, чем грозит раскол церквей? Меня возненавидит мой народ, как и тебя… уже сейчас!
Анна (искренне). Меня не любят в Англии?
Генрих (усмехнулся).
Анна. Я жду ребенка!
Генрих. Он не родился, а его ты любишь уже сильней меня…
Анна. Ты хочешь, чтоб тебя любила всем сердцем и душой?
Генрих. Мечтаю, Анна…
Анна (неожиданно властно). Тогда… вернитесь, Кромвель!
Кромвель, снисходительно улыбаясь, возвращается.
У вас имеются доверенные лица? Помощники?.. Ну, в общем, люди, готовые идти за вами?
Кромвель (усмехнулся). За мной?.. Кто я? Ничтожный писарь… Идти за короля! За королеву Анну! За независимость от Рима! Вот высший смысл. И тут немало будет помощников… Их надо лишь возглавить!..
Анна. Вот и возглавьте!.. А пока – сюда пришлите всех гостей… и кардинала!.. (Кромвель тихо двинулся к выходу.) С Богом! Я верю в вас!
Неожиданно Кромвель издал странный победный вопль. Затем, дергаясь в каком-то странном танце, исчез. Анна подходит к Генриху, обнимает его.
Анна. Генрих, я тебя люблю!
Генрих (он подавлен). Я не смогу… Скажи все им сама!
Анна (целуя его). Сможешь! Ты – король! Теперь ты – пастырь англиканской церкви…
Генрих. Какой я пастырь? Я молитв не знаю! Латынь не знаю… Я – язычник, Анна! Молюсь одной тебе… (Падает перед ней на колени.) Будь добрым божеством! Смирись и отпусти меня…
Анна (нежно). Я отпускаю, милый… Но там, внутри меня, кричит твой сын! (Прижимает голову короля к своему животу.) Девятый Генрих Генриха Восьмого, рыдая, молит о своей судьбе! Услышь и этот крик! В нем – голоса всех тех, кому лишь предстоит рождаться… от этой ночи! Помнишь ли ее? Ту, первую?! Когда земля и небо перемешались?.. И мы летели где-то между звезд?! Когда бы Бог был против этой ночи, зачем бы Он соединял нас вместе… в ребенке нашем?! Ну?! Ответь!
Генрих внимательно смотрит на Анну.
Генрих. Не знаю, кто сейчас в тебе – Бог или Дьявол?… Но спорить не берусь! Устал! Пусть будет так как будет!.. (Встает с колен.) Теперь молчи, жена! Я должен все продумать! И подобрать слова… (Поднял брошенное папское послание, молча читает.)
Анна. Мне, может быть, уйти?
Генрих. Стой и молчи!
Анна (опустив голову, как бы сама себе). Я и молчу… Как будто у меня есть право произнести хоть слово в этом доме…