Избранница
Шрифт:
– Да, представь себе, спасибо! – Она наклонилась и подхватила с ковра его футболку. – Тебе тоже стоит привести себя в должный вид.
– Как скажешь. – Берни наскоро оделся. – Теперь я могу продолжать?
– Давай, но покороче. – Джессика села на диван. – Мне пора уходить.
Сложив за спиной руки, Берни принялся ходить из угла в угол.
– Что ж, покороче так покороче. Предупреждаю тебя, Джессика Лейн.
– Извини?
– Одна ночь с тобой меня не устраивает. Так же как и две, и сорок две… Даже самый дикий,
– Послушай, никто не намеревался…
– Более того, прежде чем заняться диким, необузданным сексом, – а я надеюсь это очень скоро произойдет, поскольку долго мне не выдержать, – мы дадим друг другу клятву, что претворим его в дело всей своей жизни и будем ему верны до конца наших дней. – Он остановился для драматической паузы.
– Берни, я…
Он поднял ладонь, призывая ее к молчанию.
– Извини, если я увлек тебя своими чарами, заставив потерять голову. Но я не позволю никому использовать меня в качестве сексуального объекта для удовлетворения всевозможных развращенных нужд. Я не из той породы!…
Джессика слушала, разинув рот, глядя на него во все глаза и не находя слов. И вдруг расхохоталась до слез. Лишь спустя какое-то время, чуть успокоившись, смогла произнести:
– Ты разыграл меня, как наивную девчонку. Берни, ты неисправим!
– А теперь серьезно. Ты должна знать.
– Что?
– Я не привык слышать «нет» в качестве ответа.
***
Не постучавшись, Берни распахнул дверь кабинета Софи и с угрюмым видом, молча, уселся на стул напротив нее. Она удивленно вскинула брови.
– Эй, в чем дело, братишка? Тяжелый день?
– Хуже. Нам надо поговорить.
– Серьезное заявление. И о чем же?
– Не знаешь ли ты случайно верного рецепта приворотного зелья или магического любовного заклинания? – с надеждой спросил он.
– Извини, это никогда не входило в сферу моих интересов. – Она закатила глаза, делая вид, что размышляет о чем-то. – Но я узнала новый рецепт потрясающего французского соуса.
Берни даже не улыбнулся, давая понять, что не в настроении реагировать на ее остроты.
– Я понимаю, что мне сможет помочь только волшебство, но не откажусь и от дружеского совета.
Софи сделала серьезное лицо и сложила перед собой руки.
– Доктор Питерс к вашим услугам. Так в чем проблема?
– Уже весна.
Софи посмотрела в окно.
– И это так тебя пугает?
– Да. Потому что срок контракта Джессики заканчивается и совсем скоро она уедет из Ишбери. У меня остались считанные дни на то, чтобы убедить ее остаться. Иначе моя жизнь рухнет ко всем чертям.
– И-ха! Выходит, горожанка успешно отбила неотразимое прайдовское очарование стальным щитом благоразумия.
Берн и взглянул на сестру исподлобья,
– Сначала все шло как по маслу. Я это чувствовал. Мы общались, делились мыслями, идеями, болтали обо всем на свете. У нас даже произошло небольшое рандеву в ванной. Она не могла остаться безучастной. Мой план работал…
– И что же случилось?
– Не знаю. Я пригласил Джессику к себе на ужин. Мы отмечали ее день рождения. Было здорово, все наслаждались и веселились.
– Звучит многообещающе.
– Но именно после того вечера она стала избегать меня. Мы не разговариваем и не встречаемся вне редакции газеты даже в присутствии Луиса. Джессика держится со мной так, словно я просто ее коллега. Не понимаю, что происходит… Мы же великолепно провели праздничный вечер.
– О, нет! – Лицо Софи стало испуганным. – Ты ведь не сделал этого? Нет? Пожалуйста, скажи, не скрывай от меня.
Он уставился на сестру.
– Не сделал чего?
– Сам знаешь, Берни. Хорошо… ты ведь не признался Джессике в любви?
– Ну да, я сказал, что люблю ее. Что в этом ужасного? Я действительно никого не любил так, как ее.
Софи застонала.
– А также ты рассказал ей об ураганных романах Прайдов, ставших традицией по мужской линии, да?
Берни кивнул, не понимая, куда она клонит.
– На что ты намекаешь?
Софи подскочила.
– Психолог! Ха. Такому человеку, как она, нельзя с бухты-барахты признаваться в своих чувствах. Не через пару месяцев знакомства, по крайней мере.
– Но почему? – Берни смутился. Он не сомневался, что все сделал правильно. Ведь они с этой женщиной были созданы друг для друга. И вот теперь его проницательная сестра заявляет, что ему следовало хранить при себе свои чувства. Что за бред?
– Неужели ты так глуп? Ведь ты просто испугал ее. Нет, это слабо сказано. Вселил в нее ужас!
– Испугал? Но чем? Что во мне такого страшного? А тем более – ужасающего?
– Ты почти идеален, – ответила Софи. – Именно это способно насторожить и оттолкнуть такую женщину, как Джесс. Понимаешь, Берни Прайд как-то уж слишком, неправдоподобно хорош, чтобы можно было ему безоглядно доверять.
– Я смущен.
– Серьезно. – Софи грустно улыбнулась. – Даже я так думаю, мой любезный братец. Хоть и знавала тебя еще маленьким тощим сопляком, который вырос на моих глазах и превратился в замечательного человека. Мне иногда кажется, что ты – лучший экспонат музея человеческих добродетелей.
Он задумчиво провел ладонью по лицу и усмехнулся.
– Боже, я и представить себе не мог, что быть нормальным парнем так невыгодно для любви.
– Не шути. Сейчас все объясню. – Софи взяла обе его руки и сжала в своих ладошках. – Хочешь знать, в чем проблема?