Избранная поневоле
Шрифт:
Его красивые губы дрогнули в чуть заметной усмешке. Не ехидной, не надменной, как прежде, а как будто теплой даже. И я затаила дыхание, пытаясь осознать, что беззастенчиво пялюсь на эти самые губы. Не просто пялюсь, а еще и дала им такую оценку. Красивые? Серьезно? С каких пор меня стала привлекать эта часть мужского тела? Раньше ведь в целом оценивала, да и не считала никогда, что для мужчины хоть сколько-нибудь важна внешняя привлекательность. А теперь залипла. На лице и – что еще хуже! – на губах! Более того, не просто любовалась, представляла…
От
– Спасибо, что помог, но я в состоянии идти сама! – и припустила по тропинке, стараясь не думать о том, что он, следуя за мной, смотрит в спину. И КАК смотрит.
Глава 34. Магические руны
Несколько часов спустя
– Начинаем испытание! – возгласила Арата так громко, что несмотря на расстояние до нее, у меня зазвенело в ушах.
Я огляделась по сторонам, поискала глазами князя, но обнаружив на дальнем ложе, тут же почему-то смутилась. Воспоминания о сильных руках, поддерживающих меня, и участливом взгляде по-прежнему не вписывались в ставшую привычной схему восприятия этого мужчины. Я привыкла злиться на него, спорить, грубить. Но не волноваться, как девчонка перед свиданием с мужчиной, который ей нравится.
Он не мог нравиться. Никак, не при каких обстоятельствах. Наглый, беспринципный тип. Нас с ним вообще ничто не могло связывать. А то, о чем потом, уже в замке, успела рассказать мне Белла, только смущало и запутывало еще больше.
Торопливо отведя глаза, я стала прислушиваться к тому, что говорила Арата.
– Всех вас, – та обратилась к участницам, – ждет испытание рунами. Древними знаками, оставленными нашими прародителями. В ходе этого испытания станет ясно, кто из вас двинется дальше как потенциальная невеста князя, а кто – выбывает из-за своей несостоятельности.
Я подавила улыбку. Эта женщина, как и большинство других здесь, была прямо-таки источником, провоцирующим возникновение комплексов у других. То и дело подчеркивалось, какие мы все здесь никчемные. Какая великая честь оказана одним только приглашением на отбор.
– Петрос, твой выход! – между тем продолжила Арата, и в зале появился еще достаточно молодой дракон с довольно жесткими чертами лица.
Я мысленно поставила себе высший балл: на этот раз совершенно точно угадала, что передо мной не человек. В его осанке, движениях, взгляде было что-то звериное, а желтоватые вытянутые зрачки только подтверждали мои догадки.
Мужчина прошел через зал, останавливаясь прямо перед нами. В его руках был поднос с увесистой, глубокой чашей.
– Каждая из вас знает, как появились эти руны, – он достал из чаши небольшой камешек и продемонстрировал участницам.
Я снова усмехнулась: возражать не имело смысла, тем более что все остальные девушки, кроме меня, похоже, на самом деле были прекрасно осведомлены
– Сподвижники Великой Алалы, наделяя нашу землю щедротами и породив источник аквитонита, создали еще и эти удивительные знаки.
Что удивительного было в обычных, на первый взгляд, камешках, я не понимала, но решила слушать дальше.
– Сегодня особенный день. Луна развернулась к земле так, что ее свет проникает сквозь толщи земной коры. И наделяет руны особенной силой. Они укажут на тех из вас, кто может стать достойной парой для нашего правителя. И именно эти избранные продолжат участие в отборе.
Раньше эти россказни вызвали бы у меня смех, но время, проведенное в Аруме, научило тому, что удивляться не стоит ничему. Как и отрицать. Вполне возможно, что у этих камешков уже мгновенье спустя вырастут крошечные ножки или крылья, или произойдет что-то еще, из ряда вон выходящее.
– Каждая из вас, не глядя, должна опустить руку в чашу, – продолжил Петрос. – И выбрать одну из священных рун. – Его взгляд остановился на моем лице, и мужчина поморщился. Тоже, в общем-то, не удивительно. Скорее, я бы изумилась, если бы понравилась кому-то из организаторов отбора. А так все они видели во мне лишь досадную преграду.
Дракон широкими шагами подошел к краю шеренги участниц, останавливаясь перед первой из девушек.
– Лайла Денерит, тебе выпадает честь тянуть руну первой! – возгласил он, придвигая чашу ближе к участнице.
Та расширила глаза и побледнела, будто ей предстояло вытянуть не камень, а, по меньшей мере, змею. Опустила руку в чашу, пошарила там какое-то время, а затем с еще большей опаской стала рассматривать то, что оказалось в ее пальцах.
– Пролиа!
Я ничего не поняла из его торжествующего крика, но толпа и девушек, и зрителей одновременно восторженного загудела.
Участница, названная Лайлой, вскинула к небу глаза с благодарной улыбкой. Что же, это, получается, и был ответ: подобная реакция говорила, по всей видимости, о том, что Лайла и дальше остается в отборе.
– Пролиа – это древний знак, который использовался в подготовке к свадьбе, неожиданно прошептала мне на ухо стоящая рядом девушка. – Эти руны содержат в себе частицы аквитонита, потому могут изменяться в зависимости от обстоятельств. Посмотри, камень в ее руках уже не белый, он светится золотым. Нити именно такого цвета вплетают в пояс невесты.
Все это напоминало какую-то фантасмагорию. Руны, частицы, нити. И совершенно счастливое лицо выбранной девушки. Но я понимала, что смеяться нельзя, если не хочу навлечь на себя еще большую нелюбовь окружающих.
Петрос двинулся дальше, и сцена повторилась почти со стопроцентной точностью. Вторая участница вознесла руки в благодарности, чуть не плача от радости.
Я отвернулась, чтобы не смотреть на все это. Трудно было понять такой восторг участниц. Каждая из них мечтала стать невестой князя, а я-то, наоборот, думала лишь о том, как избежать этой участи. Вернее, думала так до вчерашнего дня.