Избранная поневоле
Шрифт:
Но, очаровавшись в одной мгновенье, я тут же призвала на помощь здравый смысл. Если это и был рай, но совсем не земной и ко мне не имеющий никакого отношения. Да, красиво, но теперь я, как никогда прежде, понимала обманчивость этой красоты. Нельзя обольщаться и расслабляться, потому что пройти нужно было еще очень и очень много.
Рассмотрев открывшийся с вершины ландшафт, я медленно двинулась к востоку по гребню холма, вдоль диаметра северной и южной перспектив. По стволам деревьев, очень похожих на наши сосны, как живые ожерелья из изумрудов, носились крошечные ящерицы. Во все еще лучистой,
Спустя несколько минут я добралась до места, где поверхность земли шла под уклон, круто обрываясь к морю. Широкий залив устилали выгоревшие на солнце валуны. Галечный пляж вбивался в стеклянную гладь воды.
Постояла у западной кромки пляжа, где дно было ровнее. Спустилась к воде. Вдоль кромки прибоя в направлении города не было никого. Представила, как выгляжу со стороны: в прохладной голубой глади, одна-одинешенька. Такое раньше приходилось видеть только в кино, а сейчас я сама была как героиня мистерии, а окружающая красота пусть и на короткое время, но принадлежала только мне. Волны лениво толкались в берег, и весь мир замер в ожидании.
Так продолжалось довольно долго, и только тихое шуршание воды нарушало покой. Устав от ходьбы, я уселась на огромный валун, нагретый солнцем, погружая ноги в прибрежную пену.
Но мое умиротворение длилось недолго. Когда поднялась, чтобы двигаться дальше, пока еще не окончательно стемнело, показалось, что горы, расположенные уже довольно близко, внезапно ожили. И двинулись мне навстречу. Причем не просто двинулись, а рванули, с немыслимой, совершенно неконтролируемой силой. Черная громадина приближалась, а я застыла, как вкопанная, не в силах пошевелиться от шока.
В глазах был какой-то странный туман, не позволяющий почти ничего рассмотреть. Лишь видела, как эта чернота становится все ближе и ближе. И вот-вот готова меня поглотить.
Рот распахнулся сам собой, и я завизжала. Громко, пронзительно, пугаясь еще больше. И не подозревала, что умею издавать такие звуки. Но а что мне оставалось? Бежать не могла, да и не успела бы скрыться: темная масса двигалась намного быстрее.
Спустя несколько коротких и одновременно мучительно длинных мгновений стало ясно, что надвигается на меня вовсе не гора. Это была толпа. Людей или драконов – понять – непосильная для меня задача. Но они определенно выглядели крупнее и сильнее всех тех, кого я встречала в Аквитуме прежде. И еще у всех почему-то была очень смуглая, почти черная кожа, отчего на расстоянии эта спешащие ко мне существа и показались темной массой.
Кем они были я, разумеется, даже примерно не представляла. Но свирепые выражения лиц и агрессивные взмахи руками во время бега не оставляли надежду на лучшее. Вряд ли в этой местности так принято было встречать дорогих гостей. Скорее всего, меня ждал далеко не радушный прием.
В отчаянье обернулась по сторонам, пытаясь найти хоть какое-то укрытие. Уже успела пожалеть, что не послушалась князя. Все-таки стать любовницей одного-единственного, пусть и очень вредного дракона, лучше, чем оказаться растоптанной или растерзанной беснующейся толпой. То, что меня ждала какая-то подобная участь, сомнений оставалось
Эти черные жуткие существа с перекошенными от злости физиономиями были уже совсем близко. Земля, казалось, колыхалась от их шагов, а мое сердце от страха норовило выскочить из груди. Или остановиться. Дышать стало тяжело, внутри запеклась колючая боль. Ноги сделались ватными: теперь, даже если бы я и захотела, не смогла бы сделать ни шагу.
В глазах потемнело. Я понимала, что это последствия стресса и терять сознание ни в коем случае нельзя, но управить собственным состоянием уже не могла. Качнулась, беспомощно хватаясь руками за воздух, и начала медленно оседать. И последнее, что увидела, перед тем как провалиться в темноту, – распростертые над головой перепончатые крылья.
Глава 32. Неожиданное участие
Было ужасно холодно. Казалось, что этот холод не просто окружает со всех сторон, – проникает в каждую клеточку. Болезненные судороги то и дело дергали тело то в руках, то в ногах.
Я с трудом открыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь. От мокрой травы, на которой лежала, не спасала даже ткань какого-то покрывала, которое кто-то подстелил мне под спину. Сделала глубокий вдох, втягивая в легкие стылый сырой воздух – и сразу перехватило дыхание.
В сознании начали оживать воспоминания. Полет на драконе. Разговор Диллона со стариком-провидцем. Побег. Несущаяся ко мне темная масса не то людей, не то каких-то иных существ. Может, я просто слишком сильно ударилась головой и это все вообще привиделось?
Я всматривалась в темное ночное небо. Звезды сияли как-то неестественно ярко, а ветки деревьев угрюмо покачивались и скрипели, словно рассказывая мне о чем-то. На их кончиках подрагивали крошечные капли воды. Роса? Или, пока я находилась без сознания, прошел дождь? Очень похоже, особенно с учетом того, каким мокрым и холодным было все вокруг.
Надо было бы встать, иначе я рисковала совершенно закоченеть, но не осталось никаких сил даже просто пошевелиться. Видимо, ударилась слишком сильно. Чтобы сконцентрироваться, прикрыла ненадолго глаза. Надо что-то делать. Не лежать здесь, дожидаясь, пока случится еще что-то плохое, а двигаться. Непонятно, куда и как, но надо обязательно.
– Не так резко! – неожиданно раздался совсем рядом знакомый голос.
Разлепила глаза, стараясь сфокусировать взгляд там, откуда этот голос звучал. Окружающий мир постепенно обретал четкость, и одновременно в груди поднялась такая же отчетливая, как картинка перед глазами, волна страха. Рядом со мной находился дракон. Вернее, мужчина в человеческом облике, но сущность которого мне была хорошо известна. Князь Диллон Мириол.
Значит, не привиделось. Мозг, измученный пережитым, подсказывал, что случившееся – не галлюцинация. Не бред от усталости или удара. Все, что я видела, что произошло со мной, – было на самом деле.
– Как ты себя чувствуешь? – показалось, или в голосе мужчины проскользнула нотка беспокойства? Каждая наша с ним встреча, с самого начала до недавнего разговора у Саграна была ужасной. Он унижал меня, оскорблял, смеялся. Всем видом показывал, что не ставит ни во что. С чего бы теперь ему интересоваться моим самочувствием?