Иуда Искариот
Шрифт:
Только они поженились с Леночкой Петровой - появилось свое жилье, когда люди голодали, стояли в очереди на получение квартиры. Стали рождаться дети, получал большие квартиры. Когда новый завод в Тольятти стал выпускать «Жигули», машину для народа, потому что «Волга» уже получила репутацию машины для руководителей, одним из первых обладателей белоснежной «копейки» стал Иван Егорович. Ему нравилось работать с людьми, быть на переднем рубеже всех дел. Все, что предписывали руководящие органы, беспрекословно выполнял, хотя бывали в душе сомнения о целесообразности каких-нибудь очередных сельхозпроектов, написанных кем-то за высокой
Но даже Ниночка вчера во время их встречи высказала все, что думала. Не всегда то, что принималось вверху, было нужно народу внизу и часто даже наоборот. И самое главное - о народе всегда упоминалось в общих фразах, как название книги, но конкретных шагов на улучшение жизни делалось очень мало. Дороги строились стратегические, связывающие города, а село оставалось в стороне от этих дорог. Строились нефте- и газопроводы, а села, стоящие на пути этих газопроводов, как и десятки лет назад, топили дровами и углем. Все откладывалось на потом, необходимо было в первую очередь большое, глобальное, а простой рабочий человек просто растворялся в этих огромных, как и сама страна, проблемах.
Домой ехать снова не хотелось. Иван Егорович позвонил жене, сообщил, что не приедет ночевать, дела в городе. Елена Владимировна приняла как должное, не спросив, какие у него вторую ночь подряд могут быть дела в городе. «Да, живем мы с Еленой Владимировной, как хорошие соседи. Хотя бы один раз сцену ревности для вида закатила. Разбила бы пару тарелок, но она скажет, посуда у нас чешская, и каждая тарелка – произведение искусства; и год выпуска, и цену назовет. Все у нас в семье имеет год выпуска и цену». Иван Егорович грустно улыбнулся, подошел к холодильнику, достал неоткрытую бутылку водки.
Глава 33
Два дня адвокат Митин Федор Федорович предпринимал невероятные усилия по розыску тела Новикова Владимира. Он подключил даже военного комиссара области, но КГБ в СССР выше обкома, не говоря о каких-то комитетах воинов-интернационалистов. Наконец, удалось напасть на след. Майор Новиков был уже захоронен на новом Лесном кладбище, там же, где хоронят всех умерших в заключении. Еще полдня ушло на разрешение посетить могилу. Здесь большую помощь Митину оказал тоже бывший воин-афганец, а сегодня успешный кооператор подполковник Глебов Олег Алексеевич. После выхода в отставку Глебов очень резво и успешно начал дело. Кооператив «Ореон» прибирал к себе все строительное оборудование, технику, основное направление кооператива – строительство. После того, как Олег Алексеевич съездил сам в «Серый дом» на Волгоградскую, было дано письменное разрешение побывать на могиле. Олег Алексеевич передал Митину листок с рядом цифр.
- По этим цифрам, Федор Федорович, найдете могилу, номер сектора вверху. Извините, у меня дела срочные. Сегодня я поехать туда не смогу, в другой раз.
В восемьдесят третьем они служили в одной части, но Олег не помнил майора Новикова в лицо.
- Я поговорил в «Сером доме», нам, Совету ветеранов, дали разрешение, через месяц установим гранитный памятник и крест, все, как положено. Возьмите только у родственников фотографию Володи, желательно военную.
«Да, - подумал
Конечно, Новиков совершил тяжкое преступление, но у него была и другая жизнь. Совсем другая жизнь. Почему даже мертвый он преступник, а не человек из той, другой жизни.
Поехали на Лесное кладбище. Наняли двух частников. Глебов дал денег, несмотря на протесты Нины Никаноровны. Двое с комитета воинов-интернационалистов, Митин Федор Федорович, Нина Никаноровна с сыном Петей и супруги Бойко - Сергей и Вера. Больше родных и знакомых в этом огромном миллионном городе у майора Новикова не было.
Сторож долго рассматривал бумагу – разрешение, утверждая, что первый раз такую видит, но получив от Нины десять рублей, даже вызвался проводить, показать три свежих могилы уголовников, похороненных вчера в самом углу сектора среди сосен. Пришли. Среди деревьев возвышалось много холмиков с табличками вместо крестов. На табличке - черной краской ряд цифр. Федор Федорович с листком в руке в расстегнутом пальто шел впереди. Вот и три совсем свежих, слегка присыпанных первым снегом. Федор Федорович остановился возле одного, еще раз посмотрел запись на листе.
- Вот могила Владимира…
Простой холмик рыжей глины, слегка засыпанный снегом. Когда они приехали на Лесное кладбище, пошел настоящий первый снег. Белые хлопья ложились на слегка подмерзшую землю быстрее и быстрее, словно накрывая белым покрывалом. Один из комитетчиков достал из портфеля бутылку, открыл.
- Давайте помянем новопреставленного Владимира Матвеевича, боевого десантника гвардии майора, - предложил он, налил один стаканчик, поставил на холмик рядом с табличкой. – Хозяину могилы первый по русскому обычаю. Пусть земля ему будет пухом.
- Эх, Вова! Вова – братик мой родненький. Служил ты, служил. Все здоровье свое отдал государству, а что заслужил у государства? Табличку с цифрами вместо креста, - проговорила Нина Никаноровна. Она уже не плакала. Все слезы выплакала за эти два дня поисков могилы, и теперь уставшая, разбитая, она словно была в другом измерении. Комитетчик налил ей в стаканчик.
- Помянем, Нина Никаноровна. Пусть земля ему будет пухом. Всю жизнь он мечтал о небе, а лежать нам всем в земле.
- В одном нас Господь уравнял, - добавил другой комитетчик, постарше, - и маршалам, и бездомным - всем лежать в земле. Из земли вышли, в землю и уйдем, - словами из Библии закончил он свою короткую речь.
Выпили, не стукаясь, по русскому христианскому обычаю. Подул ветер, снежинки закружились быстрее, словно танцуя под одну им слышанную музыку. Музыку наступившей зимы, а может музыку прощального марша, провожая в последний путь еще одного человека. Повторили еще по стаканчику. Комитетчики достали рулетку, замерили размеры для ограды, записали в своем блокноте. Вот и все, не стало еще одного человека на планете Земля. Жизнь продолжалась с ее проблемами, заботами, масштабными стройками. Где-то снова шли бои, и умирали люди, где-то рождались, и жизнь одного человека становилась такой маленькой в этом калейдоскопе дел, проблем, решений. И пройдя мимо могилы, кто-то остановится, прочитает цифры и подумает: «Кто он был, Новиков Владимир Матвеевич, 1948 года рождения, гвардии майор», мечтавший о профессии Родину защищать и лежащий теперь под этим холмом с серебристой табличкой и черными цифрами.