Итоги № 29 (2013)
Шрифт:
Балет «Онегин» — знаменательнАЯ премьера во многих отношениях. Он не только завершил трудный сезон Большого театра, отмеченный скандалами и трагедиями, но стал последним спектаклем эпохи гендиректора Анатолия Иксанова, получившего отставку накануне премьеры. Постановка ожидалась с любопытством, ведь «Онегин» обошел многие сцены мира, без памяти любим многими балеринами. За разрешение от Фонда Крэнко осуществить спектакль 1965 года руководство Большого билось много лет, и результат был достигнут лишь благодаря дипломатическому дару Сергея Филина. Взглянуть, как выглядит долгожданная
Открывшийся занавес явил залитую солнцем усадьбу с березками и милым домиком в английском стиле (художник Юрген Розе): резвушка Ольга с мамой и няней собственноручно шьет платье, Татьяна, натурально, с книжкой. Кстати, отчего бы не погадать чудесным летним днем при помощи зеркала (даром, что для этой затеи более подходят ночи святочной недели)? Пришедшие в гости подружки (дворянки?) остаются на сцене в течение всей первой картины и бодро пляшут с крепостной дворней, аккуратными балетными мужичками в косоворотках и коротких штанишках. У них есть и собственный танцвыход — что-то среднее между балканскими и кавказскими плясками. Объяснение Онегина с Татьяной происходит на балу, причем девушка выглядит жутко назойливой, чем раздражает скучающего денди. Стукнув кулаком по столу, тот начинает лихо приударять за ее сестрой. Из-за кокетки Ольги друзья ссорятся, и в весьма бурной форме: Ленский хлещет Онегина по щекам!.. Поединок идет без секундантов, зато в присутствии обеих сестер, заранее одевших вдовьи черные платки. Последнее действие происходит в особняке Гремина, хотя сам генерал, отчего-то временами забывающий надеть сапоги, впервые появляется уже на ларинском балу...
Честно говоря, относиться ко всему этому серьезно можно, только обладая безбрежной толерантностью.
Балетное название в сравнении с первоисточником усечено — «Онегин», и точка. Чтобы не путали с оперой, музыки которой вы не услышите. Хотя именно опера (а не «роман Пушкина», как декларирует афиша в фойе Большого) лежит в сценарной основе: те же 3 акта и та же последовательность картин (за исключением 3-й). Вряд ли у создателей балета была задача дискредитировать Чайковского как композитора, но им это почти удалось. Музыкальная окрошка, настроганная из не слишком репрезентативных сочинений Петра Ильича (в том числе отдельные фортепьянные пьесы и малоудачные «Черевички»), царапает слух. Великий композитор-драматург выглядит почти салонным графоманом, а музыка выполняет функцию незатейливого фона. И как тут не вспомнить непримиримую реакцию Баланчина и Стравинского, невзлюбивших балет Крэнко. Мощь настоящего Чайковского включается только в финальном дуэте, когда звучит фрагмент из «Франчески да Римини». Но и в смысле хореографии — это лучший кусок спектакля, недаром он так часто исполняется отдельно.
Между тем у автора балета Джона Крэнко репутация одного из крупнейших хореографов XX века. Он возглавлял знаменитый балет Штутгарта, из недр которого вышли Ноймайер, Килиан, Форсайт. Еще в 1956 году Крэнко и его младший коллега Кеннет Макмиллан оказались раз и навсегда очарованы «Ромео и Джульеттой» Леонида Лавровского, увиденной на гастролях Большого театра в Лондоне. С тех пор на Западе развилось повальное увлечение хореодрамой: стремление к бытовому правдоподобию, костюмной достоверности и главное — к сюжетности. Тем временем, у нас в ту пору драмбалет был уже пройденным этапом, главенствовал хореографический симфонизм. В творчестве советских балетмейстеров 60—70-х поиски балетом идентичности и собственных возможностей уже стояли на повестке дня, многие хореографы догадались, что, пересказывая сюжеты великой литературы и не добавляя к этому ничего нового, балет всегда будет выглядеть иллюстрацией, дайджестом, почти комиксом.
В 1972 году Штутгартский балет побывал у нас на гастролях, и с балетом «Онегин» познакомилась российская публика. Тогда в зале откровенно смеялись, а советская критика высказалась весьма жестко. И вот 40 лет
Будем справедливы, в изрядном успехе «Онегина» замешан еще один, вполне позитивный фактор. Это собственно труппа Большого театра, и прежде всего ее солисты. Два первых дня премьеру танцевали два состава (приготовлено еще больше), не посрамившие чести театра. Артисты сумели абстрагироваться от всех нелепостей и получить удовольствие от особого вида хореографии — танца в образе. И выяснилось, что главное, на чем сосредоточен Крэнко, — это любовная история, которая, конечно же, выглядит сущей мелодрамой, но, наполненная личным отношением, все же способна вызвать искреннее сочувствие.
Чисто по Фрейду / Искусство и культура / Художественный дневник / Выставка
Чисто по Фрейду
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Выставка
Выставка «Помыслы и поступки» скульптора и медальера Джейн Макадам Фрейд открылась в Отделе личных коллекций ГМИИ имени А. С. Пушкина
На первый взгляд самое интересное в этой экспозиции, на которой представлены исключительно художественные медали, это сама художница. Джейн Макадам Фрейд — правнучка легендарного основателя школы психоанализа Зигмунда Фрейда и дочь классика современного искусства Люсьена Фрейда. И это в значительной мере определяет концепцию ее работ. «Медаль — отличная площадка для использования символов. У нее две стороны — и это напоминает об идеях Фрейда: сознательное и бессознательное», — говорит сама Джейн.
В небольшом зале музея 21 медаль, ни на одной из них, впрочем, нет изображения знаменитого прадеда, зато отцу художницы посвящены сразу две работы. «Истина» и «Другой» — эти слова на обороте медалей, по мысли автора, должны говорить об авторитете, таланте и неординарности Люсьена Фрейда.
Незримо присутствуют на выставке и другие персонажи, не связанные с семейством Фрейд родственными узами. Так, например, на одной из медалей изображен Пабло Пикассо — за эту работу художница получила награду Королевского общества искусств. А вдохновила серию философия рационального индивидуализма Айн Рэнд, автора известной книги «Атлант расправил плечи» — библии для отчаянных либералов и символа капиталистического бессердечия для противников либерализма. Главная идея всей серии — сущность творца, человека, который стремится к счастью и достигает его исключительно благодаря своему таланту.
Талант необходим и посетителю этой выставки — для того, чтобы разглядеть среди всех этих замысловатых форм идею и постараться если не понять, что хотел сказать автор, то хотя бы придумать свой вариант. Помощь можно найти в названиях и описаниях объектов, которые можно использовать как путеводитель. Например, то ли цветок, то ли взрыв на медали «Минута молчания» приобретает смысл, когда понимаешь, что это — произведение в память о жертвах террористического акта в США 11 сентября 2001 года...