Истории Сантея
Шрифт:
– В те времена, когда Сантей был лишь жалкой рыбацкой деревушкой, появился странник, человек средних лет. Три дюжины домов людишек, два подворья орков и три семейства гоблинов встретили чужака с недоверием, ибо всякий, приняв в жалкой питейной хибарке три кувшина медовухи, норовит красным словцом приукрасить грязную с дороги рожу пред младыми девицами. Стал быть, крепкий рабочий люд, наслушавшись сказаний о великих подвигах пришлого мужичка, решил оного проучить. Скупать в ближайшей канаве, все одно грязную одежу не замарать… Плесни, клыкастый, пересохло горло-то!
Галл налил Скелету,
Выпили (орк догадался мне горячего отвару плеснуть), куснули, что под руку попалось, и приготовились слушать, чем вызвали явное неудовольствие, промелькнувшее на лице Скелета. А вот нечего дармовщинку-то жрать в три горла!
Старик ловко подцепил кусок соленой рыбы с блюда, кинул на краюху хлеба, присыпав свежим лучком, и сладко захрумтел, выдерживая долгую паузу.
– Не томи уж! – невежливо намекнул я.
Артефактор довольно осклабился:
– И вот гость отправился до ветру, покачиваясь и оступаясь на каждом шагу… Крепкие парни встретили странника у двери и, посмеиваясь, предложили принять участие в молодецкой забаве. Согласия, стал быть, не дожидаясь, один из них засветил гостю прямо в глаз, второй в ухо, а третий так и вовсе приложил коленом ниже спины… И гость, ведомый некой силой, ухнул прямехонько в сточную канавку-то!
– Утоп болезный? – хмыкнул я. Забавы деревенских парней, подогретых настойками и пивом, редко для приезжих заканчиваются без последствий. Никакого порядка!
– Если бы! – гулко расхохотался артефактор. – Пяток минут побулькав, с трудом поднялся и, сквернословя, пообещал местным: «Сгниют ваши подворья, приползете прощение вымаливать».
– А Бешеный где? – хмуро уточил я. Похоже, артефактор очередную байку травит под видом древней легенды. Потешается, видать.
– Торопишься? – ощерился Скелет. – Проклятие той дивной ночи не сбылось, но чужак, устав бродить по бескрайним землям, построив избушку где-то далеко в горах, стал наведываться в деревню за разносолами и рыбой. И вот однажды в деревушку пришла беда: наследник ясновельможного турионского князя с дружиной в гости заглянул, устроив для своей свиты развлечения. Воины побили парней, потом, для услады, девок гонять стали… Пришел, стал быть, за рыбкой, странник-то. А провианту нету, рыбаки отлеживаются опосля побоев, да разносолы свита доедает. Обозлился чужак, князю дерзить начавши. А тот…
– Приказал вздернуть наглеца, – заполнил я выверенную паузу. Хороший рассказчик артефактор-то! Прям за душу берет мерный голос, так и представляется бедная деревушка, десяток-другой крепких воинов, с гоготом гоняющих местных парней и зажимающих девок по укромным местам. И яркой вспышкой предстает перед глазами крепкий мужчина в годах, с усмешкой наблюдающий за верной дружиной.
– Верно, – кивнул Скелет, – приказал магу-охраннику виртуозно наказать наглеца. И вот, стихийник, призвав силу, натравил духов на чужака в лохмотьях, заросшего аки горный дух, уготовив лютую смертушку. Но случилось невиданное! Вызванные духи, увидав жертву, мгновенно ретировались, удивив опытного придворного мага, а странник,
У меня отвисла челюсть. Основатель империи Рно, бывший в младых годах наследником княжества Турион и до седин сумевший покорить племена варваров по ту сторону гор, сдружившись с эльфами и гиранами, своей находчивостью и силой духа поражал не только современников, но и до наших дней слыл самым удачливым правителем. И именно его профиль, с явно скошенным от перелома носом, везунчики видят на старинных полновесных двойных золотых и вполне современных выкупных векселях Империи Рно!
– И после этого…
– Дружина с князем, стал быть, шустро умчала из неприветливой деревушки. И, видя на челе наследника следы потери достоинства, Грозный Дотейни Рно изгнал сына из княжеского дому, наказав не возвращаться без достойных свершений.
Я запустил пятерню в прическу. Вот же жили люди! Странник бьет морду наследнику княжеского рода, а тот, будучи разобиженным на собственную семью, создает государство, размерами и силой значительно превзошедшее все достижения предков. Судьба…
– А что странник?
– Забрал пару парней из деревушки, наказав жителям работать не покладая рук, дабы превратить сие красивейшее место в достойный город. И пообещал: взовьется в неприступных горах башня Древнего Храма, и ученики, постигшие сложную науку жизни, будут хранить покой Сантея.
– Пятерка, – прогудел Галл, намекая на продолжение легенды.
Скелет вздохнул:
– Неведомо сие, ребята. Легенда, стал быть, записана всего в двух источниках, хотя любой житель Сантея помнит про обещание странника. А имена учеников, неведомой пятерки, упоминаются в «Сказаниях Мельки Пуста», – хитро блеснул глазами артефактор. Недоговаривает, поди…
– С этих сказаний списаны статуты! – пискнул Турни.
Точно! Помню, на лекции в Академии седобородый историк вещал о мудрости мелкого купчишки Омельки, со слов коего мальчишка-писец и накропал сказания. Огроменный талмуд о двенадцати книгах, легших в основу всех известных статутов…
– Получается, неведомый странник пообещал невесть что сотни лет назад, имена его учеников записаны со слов бедного купчишки, коий за всю свою торговую деятельность только на бумагу денег и скопил. Но кто такой Бешеный и все остальные?
Скелет пожал плечами и улыбнулся:
– Легенде без малого три тыщи лет, а Омелько две тыщи тому преставился. Померли болезные …
Может быть, книге пара тысяч лет? Вполне. Какая же это ценность тогда… И Смотритель так спокойно ее дал для изучения?
– Вспомнил! – заверещал Турни и принялся взахлеб пищать: – В Турионе, после Турнира, маг-победитель из Найорми вместе со своей командой и друзьями гуляли на постоялом дворе. «Черный гигант», как прозвали сильнейшего участника состязаний, похвалялся перед людом, выгоняя из огромного зала лучшей ресторации простолюдинов. И степенного господина из Сантея попытался выпихнуть… Случилась большая свара, ресторацию разобрали по кусочкам, но господин накостылял «Черному гиганту» и еще двадцати магам из Найорми! Вот его за буйный нрав и прозвали Бешеным!