Истории Руана
Шрифт:
Забыл о самой малости - вслед за бляхой и теплую зимнюю одежды сдать придется. Верные ботинки, вязаные перчатки, с нашитой плотной кожей... И летний комплект, и... половину вещей вообще! Надо прикинуть - как без штанов не остаться. И не метафорически, а в самом что ни на есть прямом смысле.
– Дорога ведет... не забывай ноги переставлять...
– прошелестел Смотритель, развернулся и поплыл.
А еще говорят, что ожившие не обладают чувством юмора. Что с советом делать? Намазать на хлеб и слопать? Или отослать извозчика, и пехом по ночному
А что? Прогуляюсь. Ночной тариф платить не придется, кину пару монет за пустое ожидание. Авось прохладный свежий воздух порядок в мыслях наведет...
***
Навел... Правда, отличный способ. Главное зубы не повредить, да за языком следить, дабы не оттяпать.
Сначала было прекрасно. Тихо, лишь изредка доносятся шаги ночной стражи, да вдалеке всхрапывает лошадь и стучат подковы. Пошел легкий снежок, отчего все вокруг приняло сказочный вид. Пятна света от фонарей, кружащиеся в них снежинки, легкое освежающее дуновение ветерка - благодать...
Потихоньку, крадучись, под одежду пробрался морозец. Одевался-то не на ночной патруль! Пришлось ускорить шаг. Снега стало больше, комья, неожиданно выстреливающие точно в лицо перестали радовать, шаги и цокот пропали.
Свободно бегающие мысли стали концентрироваться: "Какого крона извозчика отослал?", "Холодина, брр", " Не отморозить бы чего..."
Последние минут десять пути, когда я просто стал мечтать о нежданном переезде лавки ан Горна на пару улиц поближе, мысль осталась только одна: "Дубарь, тролльи пляски!"
Но сдержался - дошел сам. Вернее будет - добежал. Есть повод и возгордиться, когда отогреюсь, обсохну, и забуду прогулку как страшный сон...
Ввалившись в лавку ан Горна через черный ход, я в первом же зеркале себя не признал - заросшая седая харя в белом полушубке. Отряхнулся как следует: одежда приняла привычный вид, а щетину оттаивать придется...
– Раненько, - хмыкнул вынырнувший из темноты Лени.
– Зато вовремя. О! Самое верное - вовремя! Давай, скидывай одежонку, и ко мне. И в темпе Кирилл, в темпе!
В покоях Лени, ярко контрастируя со скромной обстановкой, оказался богато накрытый стол, в центре которого, как великая башня, воздвигся минимум ведерный бочонок. Потемневший от времени, богато украшенный резьбой. Солидный...
– Во!
– радостно провозгласил Лени полушепотом. Ночь, спят все поди...
– Коротышки под вечер приволокли, сказали - дар! Я как только разобрался в их рунах - сразу полянку нарисовал. Такой нектар...
– А кому дар-то?
– Тебе, - ничуть не смущаясь, признался Лени.
– Осилишь, а? Нет! Даже за пару годков... Помочь по дружбе решил. И без полянки оно не дело, понимаешь? Ко всему сопровождение правильное надо. Как Герцог со свитой...
– А продать?
– если напиток достойный, можно и монету хорошую выручить.
– А в рыло?
– хмыкнув, уточнил Лени.
– Да не от меня! Гномы обидятся... Видишь ли, не все, ими созданное, на продажу идет. Дары от души не оценишь
– Прямо сейчас?
– А чего не сейчас?
– несказанно удивился Лени.
– Чудная ночь, тебе вон согреться надо, стол накрыт, бочонок поставлен.
– Повода нет, - хмуро ввернул я.
– Повод для слабаков!
– махнув рукой, отрезал Лени.
– А мы орлы!
– Наливай...
Так, стоп. Я это сказал?
Лени мгновенно пристроил меня к столу, выудил из схрона под кроватью две пузатые, огромные, тяжелые на вид кружки. Быстро наполнил, подвинул ко мне тарелку с поджаренной мелкой рыбкой и поднял первый тост.
– За него!
– Кого?
– сразу уточнил я. Странный напиток - кружки пивные, а не пенится, темной густой волной плещется о бока. Что это за пойло?
– А не все ль равно?!
– философски ответил Лени, и чокнулся - я чуть не выронил тару из руки.
Лени присосался к кружке, опил половину и расслаблено откинулся на опасно скрипнувшем стуле.
– Прекрасно... великолепно... Пей давай.
– Да знаешь - проблем столько...
– Хэ! Завтра разберемся! А сегодня - отдых! Давай, не отлынивай.
– Гномы обидятся?
– Они тут причем? Поляна стынет.
Я вздохнул - не отвяжешься от прилипалы. Осторожно понюхал содержимое кружки: приятные тона. Травы. Гномы и травы? Непонятно. А, ладно, опробуем. Действительно - не пропадать же добру?
***
Хорош напиток гномов. Посидели, откушали, выпили - отлично. Пообщались... О чем? Не помню. Точно - не окосел. И все равно не помню.
Завершив утренний туалет, я, готовясь к худшему, съездил в Южно-третью управу. Боялся остаться без штанов, но, на удивление, взяли долговую расписку. С хорошо отдаленной датой закрытия оной. Монет заработаю да и заплачу, за хорошую одежку не жалко. Тем более, где подобную сыщешь-то?
Академия встретила спокойствием. Мелькают опаздывающие адепты, сонные попугаи провожают, кося глазом, и чем ближе подхожу к родным тенетам, тем меньше живого. Проклятое место? Темень, хоть глаза выколи, и никто не решается заглядывать сюда.
В маленьком холле около двери кафедры разве что пыль гостит, и еле тлеет фонарь на стене. В этом омуте света с трудом можно разобрать "КУЗЯ" на ржавой табличке, прибитой высоко и предельно косо. Рукастые мастера делали...
Дверь на знакомой аудитории закрыта, сидеть на продавленных и пыльных диванах желания не возникает. Я дернул ручку на двери кафедры - чисто для профилактики. Та неожиданно открылась.
Зашел внутрь и застыл на месте. Во-первых, комната будто из другого мира: большая, светлая, потолок где-то далеко вверху, вокруг шкафы, и книги, книги... Даже пару лестниц! А сколько фонарей, и все горят - светло как днем. В углу комнаты целый сад: каменная стена, удерживающая маленькую лужайку, на которой растут три деревца с длинными волнистыми листьями. И пару уютных диванчиков рядом, прямо вопящих: садись, отдохни.