Испытание верностью
Шрифт:
— Да подожди, ты, ненормальная. Дай сказать хоть слово! — Я схватила её за вечернеё, усыпанное паетками платье и пару раз хорошенько тряхнула. — Лида, да угомонись. Ты ему не для секса нужна.
Я замерла, а потом оттолкнула Тимохину от себя, расправив рукава блузки:
— А для чего тогда нужна?
— Не знаю. Но точно не для секса. Он не из тех, кто быстро бросает свои игрушки. А игрушка у него сейчас, поверь, весьма аппетитная куколка. Да он в неё сколько бабла зафигачил, что тебе и не снилось. Будь спокойна.
Мне от подобного заверения не стало легче. С какого-то перепугу мной заинтересовался мужчина,
— Ты вообще собиралась сказать, или я потом бы всё узнала? — подняла опрокинутую бутылку и принялась пить из горла. После такого стоило напиться. Илонка вырвала из рук бутылку и приложилась следом.
— А ты думаешь вино зачем? Конечно, рассказала бы. Лид, он единственный, кто поможет Дане. Ты ведь сама сказала, что ради него готова на всё. Лечь можно под любого, а вот того, кто действительно всевластен, найти ой как трудно. Будь бы у моего Гришки связи в суде, мы бы и париться не стали. Думаешь, стоит махнуть трусами и перед тобой лес рук выстроится. Ага. Разбежалась. Да среди них знаешь, сколько моделей вращается? Они могут себе позволить любую девственницу. Стоит только захотеть. И те, кому выпала такая честь, с радостью бросятся выполнять любое желание. Не задумываясь.
— Тогда что ему от меня понадобилось? — недоумевая, плюхнулась на диван, поправляя волосы.
— Хрен его знает. Только, Лидок, ты не в курсе его пристрастия. Не дай Бог он вкурит, что ты в теме. Сначала тебе придет кырдык, а потом и мне.
Я снова потянулась к бутылке, наплевав на бокал, и сделала внушительный такой глоток:
— Ну, спасибо, Тимохина. Большое тебе спасибо. Удружила, так удружила.
Илонка поправила выбившиеся из прически пряди.
— Всегда пожалуйста, Матвеева. Обращайся, если что.
Одно дело – дружить с Илонкой вне её мира, и совсем другое – увидеть собственными глазами ареал её обитания. Я, конечно, не сахарная девочка и тоже кое-что повидала, но… в те места, куда была вхожа Тимохина, никогда не заглядывала.
Взять хотя бы ресторан «Транзит». С коллегами по работе мы держались от него подальше, потому что цены там были кусающие до безобразия, поэтому выбирали себе маленькие, уютные кафешки с небольшими барами в углу. Сама я редко где бывала. С Тимохиной пару раз наведывались на студенческие дискотеки и вечеринки. Но чтобы шастать по таким ресторанам, как «Транзит» и ему подобным, нужно иметь если не покровителя, то хотя бы весьма высокую зарплату.
В общем, заявились мы туда на веселее и мягко говоря, слегка потрёпанные. Пока выясняли отношения и разбирались, кто из нас какая подруга, время пролетело незаметно и теперь, толкаясь у зеркала в фойе, пытались в спешке накрасить губы.
— Я сразу предупреждаю, — пихнула я бедром Тимохину, дабы разглядеть себя во весь рост. Дома ведь такого большого зеркала нет. — Пускай только зацепит меня пальцем – выцарапаю глазища.
Тимохина только сокрушительно вздыхала. Ну а что? Себе, значит, нарыла плюшевого мишку, а мне подсунула какого-то черта. Да меня уже трясло. Кто знает, что у него на уме.
Не успела я спрятать помаду, как нам на встречу, по широкой лестнице, спустился недовольный, упитанный Илонкин папик.
— Солнце, сколько можно ждать? — поворот в мою сторону и легкий кивок вместо приветствия. И вам не хворать.
—
— Я же говорил: в таких случаях бери Бондаренко. Такого человека заставляем ждать. Не красиво.
— Мы сейчас всё исправим. Правда, Лидочка? — засуетилась вокруг Колобка, не забыв при этом выразительно посмотреть на меня.
— Угу. Исправим.
Вся моя, как говорит Тимохина, бравада, действительно помахала рукой, стоило только войти в шикарное помещение, заставленное симметрически расположенными квадратными столами. Посетителей было предостаточно, так что никто меня тут зверски насиловать не рискнет. Расслабилась. Пока шли к нужному столику, ловила на себе заинтересованные взгляды. Половина присутствующих здесь мужчин сидела в компании таких же, как я и Илонка спутниц. Стало не по себе. Таких девушек сразу выдавал весьма юный возраст и модельная внешность. Тимохина была права: чтобы на меня обратили внимание – пришлось бы изрядно попотеть. Теперь понятно, почему она уцепилась в Колобка, как вошь за кожух. Попробуй выстоять среди подобной конкуренции. Стоило гордо выпятить грудь и задрать голову от подобного внимания к своей скромной персоне. Только… совсем не до этого. Был даже момент, когда, замыкая шествие, обернулась к выходу. Ещё не поздно вернуться к прежней жизни. Однако постоянно всплывающее перед глазами побитое лицо Дани заставляло переставлять ноги, приближаясь к поставленной цели.
По пути в ресторан занимала себя тем, что представляла Тимура. Воображение, приправленное мало обнадеживающими подробностями рисовало его таким себе Гришуней номер два. Но каково же было мое удивление, когда из-за стола поднялся высокий мужчина с довольно подтянутой внешностью и умным взглядом. Помня о предостережении Тимохиной, постаралась придать лицу непринужденный вид.
Тимур посмотрел на меня оценивающе и услужливо отодвинул стул.
— Тимур Аркадиевич, прошу любить и жаловать, моя подруга, Лида Матвеева, — принялась знакомить нас Илонка, а я едва не бросилась наутек от одного только слова «любить». Как представлю… — Мы непозволительно опоздали…
— … Ничего страшного, — поспешил успокоить, обращаясь ко всем сразу, а потом легкий наклон головы в моем направлении: — Приятно познакомится, Лида.
Он протянул руку, и я заторможено вложила в неё свою. Не удержавшись, вздрогнула.
— Взаимно.
Тимохина принялась строить рожицы, напоминая о контроле эмоций. Поздно. Раньше надо было думать.
Расселись. Я чувствовала себя словно на углях. Тимур пристально наблюдал за каждым моим движением, и я не могла избавиться ощущения, что нахожусь под микроскопом.
Первые десять минут общей темой для обсуждения были вечерние пробки и аномальная жара. Потом переключились на политику. Эм… не особо мой конёк. Вообще не в курсе, кто там кого собирается подвинуть на осенних выборах. До сегодняшнего дня была далека от подобной сферы. Знаю только, что в городе популярны две партии и что они конкурируют между собой. Черт, что там Илонка ещё говорила: Тимур заседает в горсовете и является советником мэра. Бл*ха-муха. Во что я вляпалась?
Украдкой посмотрела на своего будущего покровителя. Массивный подбородок, рыжеватый оттенок волос. Редкие залысины. Глаза не только умные, но и хищные. Руки ухоженные. Пальцы чересчур тонкие. Музыкальные.