Испытание огнем
Шрифт:
– Что это?
– Малиновка, сэр.
– Она вроде бы зеленая.
– Зеленая, но зовут ее малиновкой. Тварь беззлобная, и заставить ее напасть довольно сложно, однако случается – ее придавливают.
– И что тогда?
– Противоядия против нее нет.
– Спасибо, что предупредил.
– Мы можем идти, сэр! – сообщил Кавендиш подрагивающим от собственного героизма голосом. Найттатчеры стояли молча, опустив к земле стволы роторных пулеметов. На ссутуленных спинах висели патронные короба, из которых тянулись блестевшие от смазки пулеметные ленты.
– Идите за мной и не отставайте.
Пока вышли к намеченной точке, группа дважды подвергалась бомбардировке ядовитыми слизнями. Те обрушивались неожиданно, словно крупные капли тропического ливня, переходящего в водопад. После второй такой атаки все, включая найттатчеров, выглядели так, будто побывали в выгребной яме.
Майор достал из вещмешка баллон со специальной аэрозолью, которая гарантированно уничтожала любую живность, оставаясь безвредной для человека. На мгновение у него появилось сомнение – а не угробит ли он аэрозолем найттатчеров, однако те, кто давал ему снаряжение, ни о чем таком не предупреждали.
Обработав кусты и некоторую площадь и израсходовав весь баллон, майор разрешил становиться на ночлег. Из рюкзаков достали спальные мешки, изготовленные из плотной ткани, которую не могли взять ни жала шипохвостов, ни хелицеры пауков-мышеловов. Для дыхания и вентиляции в мешках были предусмотрены фильтры.
Разложив мешки, Кавендиш и Панфейн сняли показания с найттатчеров, после этого все легли спать, договорившись, что первым будет бодрствовать Вагнер, за ним – Бойл. С рассветом, до которого оставалось часов шесть, предполагалось отправиться в сторону базы.
53
Найттатчеры не снимали патронных коробов и долго ворочались, что-то бубня себе под нос. Потом поочередно пили воду, причмокивая и рыгая.
Вагнер вспомнил экскурсию с профессором Померанцем и всю цепочку превращения обычных людей в ссутуленных монстров, на которых огнестрельные раны затягивались в течение минуты. Будь у его солдат тогда, на Чаккере, такие способности, он бы не потерял весельчака Таккера, близнецов Сарландов и Бони Ливенгука, которому осколком вспороло живот. Бони умирал двенадцать часов, и никто не мог ему помочь, партизаны зажали их у скалистых гор и регулярно атаковали, патроны заканчивались, и никто не знал, прибудет ли помощь. Когда наконец высадился десант, Бони был мертв, сгнив заживо за эти двенадцать часов под палящим солнцем.
Вагнер лежал под защитой плотной ткани, не двигаясь, стараясь дышать ровно, чтобы не слишком потеть. По его спальному мешку кто-то полз.
«Вот сволочи, ничто их не берет», – подумал майор и попытался стряхнуть нахала. Где-то крикнула ночная птица, протяжно и тоскливо. Он вспомнил Йожуча и разговор с Апдайком. Тот нес какую-то ахинею насчет болезни, от которой изменяется восприятие к гравитационной постоянной. Он что, в школе не учился?
«Что за «йожучи» завелись в Свазиленде? – подумал майор и тут же одернул себя: – А тебе не все равно? Деньги платят, о чем беспокоиться?»
Вагнер
«Если б в меня, прошла бы насквозь», – машинально отметил Вагнер и тотчас вернулся к мыслям о Йожуче. Кто он? Что он такое, в конце концов? В голову лезли какие-то дурацкие байки про инопланетян. Путешествуя по отдаленным районам федерации, Вагнер выслушал их сотни, даже от людей, слову которых доверял как своему собственному.
Случалось, пропадали разведчики, но все списывали на партизан, хотя это была натяжка – разведчики пропадали в районах, где о партизанах и не слышали, а космические группировки часто преследовали летательные аппараты неизвестной принадлежности и даже сбивали их. Тогда в дело вступал секретный отдел Управления службы безопасности, и все накрывалось медным тазом, в смысле вся информация всасывалась без остатка и разговорчики пресекались старшими офицерами, в свою очередь получавшими втык от шишек из УСБ.
«Кто же вы, мистер Йожуч?»
Можно было, конечно, поговорить об этом с Дюрексом, однако это могло окончиться как поощрением за бдительность, так и пулей в затылок.
«Лучше сидеть тихо, – сделал вывод Вагнер. – А если запахнет паленым – действовать по обстоятельствам».
Через два часа после начала дежурства негромко просигналили его часы.
– Сэр? – это был Бойл.
– Ну?
– Я уже проснулся – можете отдыхать.
– Хорошо.
Майор улегся поудобнее и, прогнав прочь тревожные мысли, погрузился в крепкий солдатский сон.
54
Пробуждение было тяжелым, должно быть, сказались мерзкие мысли во время дежурства. Вагнер открыл глаза и секунду спустя понял, что его разбудил Бойл.
– Да, я слышу, приятель, – хрипло отозвался майор, затем взглянул на светящийся циферблат часов: половина седьмого. Что ж, самое время подниматься, если верить прочитанному наставлению, светает здесь как раз в эти минуты.
Несколько раз встряхнув мешок, майор расстегнул тугую «молнию» и осторожно высунулся, готовый к любым сюрпризам со стороны ядовитых тварей.
Сюрпризы были, все пространство вокруг его мешка оказалось усеяно насекомыми, которые копошились в траве и время от времени вступали в схватки. Пауки, шипохвосты, жемчужные жуки и тараканы – всех их Вагнер узнавал по фотографиям из руководства по подготовке.
Брезгливо морщась, Вагнер принялся давить ядовитых гадов толстыми подошвами армейских ботинок. Очистив местность вокруг своего мешка, он вместе с Бойлом освободил от насекомых спальные мешки Кавендиша и Панфейна. К найттатчерам подходить не стали – это была забота лаборантов. Вагнер не испытывал ни малейшего желания общаться с монстрами.