Испытание огнём
Шрифт:
– Вот ракушка и летит вдоль следа, а не бок о бок с «Элидгеном», - страж щёлкнул клешнёй. Эти алайналь… они, и верно, ополоумели! Пока нас не было, пошли прямо через реку. С Текк’тами, без договора… верно, те змеи изнутри уже мертвы, раз не воспротивились…
Он склонил голову, сцепляя пальцы в странном жесте, - такой Джейн уже видела, когда рассказывала о дяде Джеке, Себастьене и прорыве ксенофауны.
– Надо напрочь ума лишиться, чтобы такое учудить! Селасси и посейчас ещё в ярости – Мин даже ракушку поднял выше, когда летел над той рекой…
– А со станцией что? – быстро спросила Джейн. – Перешла реку-то?
Хассинельг уставился на неё и почти секунду молчал.
– Против воли Селасси?!
Он тяжело вздохнул и протянул Джейн бурдюк с отваром курруи.
– Попей сейчас и после еды – а рядом с Джагулами не доставай. Для них эта штука – что для тебя куджагла.
Джейн вспыхнула.
– Серьёзно?! И никто ведь не сказал…
Страж понурился.
– Наставник из меня… в общем, ещё скажу – пища сарматов для всех на Равнине страшно воняет и на вкус очень противна. Джагулы ели ради договора, - не яд, но такая гадость! А вот курруи – яд для всех нергонов. Так что им ни отвар, ни ягоды под нос не пихай!
«Тут в реках есть существа, способные вышвырнуть атомный крейсер и поломать обшивку. Если бы что-то не так с реакторами… нет, Зелёные Пожиратели поняли бы, - у них на ирренций нюх. Значит, станция почти цела,» - думала Джейн за едой, рассеянно слушая, как переговариваются Джагулки. Слышала и о том, как Кьюген полез в реку – даже не самую большую, какой-то приток, и о том, как умны эшку-тэй, натасканные сарматами, и о том, что конец месяца близится – и ведёт с собой много «плохих дней»… О передвижении войск, или о попытках хоть кого-то задержать ползущий «Элидген», или о Кьюссах и их священном городе не было ни слова. До Айена было ещё далеко – и Джагулам, и (что хорошо) «каравану» с атомной станцией, и (что совсем не хорошо) силам, собранным в столице… если там вообще собрались какие-то силы. «Может, у местных и есть план на такой вот поганый случай. Но – похоже, это как у нас со Стардрайвером. Вроде и ясно, что его надо нейтрализовать, но за что хвататься… И я не знаю, и местные не знают. Может, подорвать как-то этот Айен? Если его один раз кто-то развалил – можно дело закончить? Я вот живой бластер… и как-то уже взорвала изнутри какие-то «магические» штуки. Вдруг с руинами получится так же?»
… - Хассек, а Хассек! – поднялась она из спальной ниши навстречу стражу; упражнения в письме были полезны для руки и памяти, но не давали ответа на один важный вопрос. – Если направляешь лучи на что-то… вот на огненный камень или Кьюсские цацки – когда оно только усилится, а когда взорвётся?
– Для каждой вещи – своя мера силы, - Хассинельг удивился вопросу, но с ответом медлить не стал. – Чем больше в ней Живого Металла, тем она сильнее – и тем меньше ей нужно извне. И если влить без меры, будет сильный взрыв! Потому по магам и бьют широким лучом – хоть какую-то штуковину да зацепишь, вдруг да взорвётся…
– Ага! – Джейн довольно ухмыльнулась; что-то такое про ирренций и излучение рассказывали и на естественных науках. – А если такой широкий луч, чтоб весь Айен накрыло… там же явно какие-то штуки – или уже в городе, или их притащат для ритуала… их ведь тоже можно так взорвать? Там иррен… Живого Металла должны быть тон… сотни мешков!
Страж махнул хвостом, едва не уронив со стены умывальник.
– Такой луч… это разве что юное Пламя могло бы создать! Или Куэнны, или сам повелитель всех лучей… даже Дуунгуа, даже Кемагвен, живущий в недрах Пламени, не потянули бы!
– Хм… - Джейн было так просто не остановить. – А если взрывать не весь город? Найти ключевые точки, соединить на них лучи… Мы с тобой взорвали туун-шу, - может, и с артефактом справимся?
Хассек встряхнулся всем телом.
– Джейн. Лучи… нельзя их скрещивать. Будет совсем-совсем худо. В такой глупости я тебе не помощник!
Джейн фыркнула.
– А если ничего не делать – хорошо будет, что ли?!
Страж промолчал, только помрачнел и уставился на темнеющее навершие посоха.
32 день Камня месяца Камня. Равнина, «передвижной лагерь» племени Хеллуг – небесная лаборатория Вепуата
«Палуба» под дремлющей Джейн содрогнулась, и девушка, на ходу затягивая ремешки на одежде, ракетой вылетела из спального кокона. Зверь, под панцирем которого они ехали, двигался и днём, и ночью, останавливаясь – и то условно – только для еды, а спал, кажется, «по частям», - тряска была привычна… но вот этот толчок, волной прошедший по телу, внезапно напугал Джейн. Хассинельг, сев среди раскиданных шкур спального гнезда, смотрел на «палубу» сквозь навершие посоха. Пелена, затянувшая костяное кольцо, была изжелта-зелёной, - но внутри сходились и расходились, содрогаясь, пёстрые осколки. Вот они врезались друг в друга – и в костях Джейн снова отдался неприятный пугающий толчок.
– Землетрясение, - коротко пояснил страж и потянулся за верхней одеждой. – День Камня в месяце Камня, да ещё сильный… Ха-арх! Сильный! Будь Дом Пламени в руках сарматов, земля бы и не шелохнулась.
Джейн скрыла невесёлую ухмылку. «Атомная станция – это зашибись. Но его послушать, так на ней вся Равнина вертелась!»
«Палуба» мягко, привычно покачивалась, гигантский зверь шёл вперёд – но даже изнутри, без окон, было заметно, что его движения замедлились, и он временами останавливается. Именно эти остановки и совпадали с очередным толчком, будто сааг-туул чуял их заранее. Местные, судя по звукам из-за кожаных занавесок, занимались своими делами – Джейн слышала обрывок разговора о промывке вымоченных шкур, кто-то нёс заготовки для костяных орудий, кузнец Эджерех спорил с местными камнерезами о качестве фрагмента для какой-то вставки… Подземные толчки были редкими, но постепенно учащались. Очередной выплеснул часть воды из умывальника на одежду Джейн.
– Слей в бурдюк, - Хассек протянул ей мешок из чьего-то внутреннего пузыря… точно не из кожи – швов не было – и не из местного «скирлина» - растягиваться в десять раз эта штука не собиралась. – Эррх… Так ведь и будет потряхивать до вечера. Опасности никакой – если что, сааг-туул заляжет, а потом выкопается. Но…
Он покосился на слабо светящиеся пальцы Джейн – излучение пока что терпело и не выжигало кости, но намекало, что пора бы «размяться».
– Переберёмся-ка на ракушку. Оставлю записку Джагулам… - он уже выводил беглые знаки на обрезке древесного листа. – Эрррх, не люблю я перемещаться в такие дни…
…Даже Джейн чувствовала, как вокруг неё, зажмурившей глаза, пространство уплотнилось, - они с Хассеком не пролетали сквозь воздух, воду или желе, как ей мерещилось в иные дни, а будто шли сквозь ком пластилина – и на той стороне страж шумно выдохнул. Джейн открыла глаза, ощутив под ногами привычные уступы, пустоты и сухие стебли – и, схватив его за руку, шарахнулась под «козырёк» - выступ раковины.
– Кьюссы!
Сдёрнуть стража с места ей, впрочем, не удалось – к «переборке» прижалась она одна. Хассек удивлённо смотрел на неё, стоя на открытой местности – в считанных метрах от пролетающего над (или под?) ракушкой гигантского «трилобита». На тёмно-красном брюхе туун-шу, прямо поверх пластин, виднелся ярко-жёлтый радиационный «трилистник». На боку – и Джейн ошалело встряхнула головой, сообразив, что именно видит – были начерчены шесть непонятных знаков, дефис и две вполне земные цифры – «01».