Испытание любви

Ховард Линда

– А ты где родилась? – поинтересовался пилот.

– В Канзасе. Правда, где я только не жила с тех пор. В Огайо, в Калифорнии, в Орегоне, Мэриленде, Айове…

– Вот это список! И это все в детстве? Или уже в сознательном возрасте?

– В детстве. Когда я окончила колледж, то первым делом нашла себе постоянное место проживания. – Бейли, которая с рождения была вынуждена кочевать, больше любила стабильность.

– А мои родители всю жизнь прожили в Киллине.

– Это где?

– А что, ни в одной из твоих многочисленных школ не преподавали географию? Это между Далласом и Сан-Антонио.

– Прости,

но это все равно ничего мне не говорит. – Бейли закатила глаза. – Подробная география Техаса не входит в курс средней школы.

– Да, современные школы выпускают неучей, – посетовал Камерон шутливо. – География Техаса – это же такой важный предмет.

– Пора менять курс обучения. Так ты вырос в этом Киллине?

– Угу. Мои родители по-прежнему живут в том доме, где я рос. У меня есть брат и две сестры, и мы все ходили в одну школу, к одним и тем же учителям. Разъезды начались во время военной службы. Я состоял в воздушных силах, и только благодаря этому смог увидеть новые города и новых людей. Впрочем, мне больше нравится оседлая жизнь, постоянные разъезды мне не по душе. – Камерон помолчал. – А почему твоя семья так много переезжала?

– Родители развелись, потом новый брак матери, затем еще один, а дети пожинали плоды.

– Тяжелая участь… Ты сказала «дети». У тебя есть братья и сестры?

– О, превеликое множество!

– Это как? Всех не перечислить?

– Один родной брат и одна родная сестра, двое двоюродных братьев, с которыми я не виделась с детства, три двоюродных сестры, с ними та же история. Еще целая уйма сводных братьев и сестер, причем я даже не все имена помню. Боюсь, при встрече даже не узнали бы друг друга.

Бейли почему-то вспомнила парня с рыжей шевелюрой и квадратным подбородком, сына второго мужа матери. Причем сын этот был от первого брака отчима, и Бейли видела его лишь однажды. Пожалуй, его бы она узнала, слишком приметная у него была внешность. А остальных? Их было чересчур много, и им не было друг до друга никакого дела.

– А твои родные брат и сестра… вы близки?

Камерон не стал спрашивать о родителях, и Бейли была ему за это признательна.

– Я общаюсь с Логаном, это мой брат. Именно с ним и его женой Пичес мы собирались на рафтинг. – Бейли помолчала, кусая губу. – А сестра… мы давно не виделись. Пожалуй, нам обеим это не слишком нужно.

Она отметила, что ей легко и приятно рассказывать Камерону о себе, словно они были хорошими друзьями. Ей вообще было комфортно с ним, наверное, сблизило совместно пережитое потрясение. Еще не так давно Бейли засмеялась бы в лицо тому, кто предсказал бы ей подобное развитие событий. Сдружиться с капитаном Трезвомыслие, человеком-роботом, занозой в заднице! Нонсенс!

– Кажется, ты вот-вот заснешь, – тихо шепнул Камерон. – Я слышу по твоему дыханию.

Бейли лишь лениво замычала, закрывая глаза. Действительно, ей хотелось спать, устроившись в уютных объятиях сильного мужчины.

Камерон осторожно поправил свитер, укрывавший ее плечи, и погладил ее по волосам. Бейли еле слышно вздохнула, проваливаясь в сон, и улыбнулась.

И это было так естественно, словно они каждый день на протяжении многих лет засыпали в обнимку.

Глава 19

Третье

утро на склоне горы выдалось солнечным и ясным. Камерон выбрался из палатки и осторожно потянулся. Выяснилось, что он окреп достаточно, чтобы передвигаться без посторонней помощи и ходить, не опираясь о стволы деревьев. Голова тоже болела значительно меньше, а рана почти не саднила. Судя по тому, что он стал лучше видеть, опухоль постепенно сходила на нет, и веки стали открываться лучше. Конечно, Камерон не был способен бегать или поднимать тяжести, но в его состоянии явно наметились положительные сдвиги.

Здоровье Бейли тоже шло на поправку, жар наконец спал, и ночью она изрядно пропотела. Это был хороший знак, хотя в суровых условиях, в которых они находились, мокрая одежда усиливала риск простуды. Бейли проснулась среди ночи, разбудила пилота и потребовала, чтобы он отвернулся к противоположной стене. Пока она переодевалась в сухую одежду, Камерон боролся с желанием обернуться или хотя бы украдкой подглядеть за ней. Однако, памятуя о том, как напряглась Бейли от его поцелуя, он воздержался от необдуманного поступка.

Камерон боялся спугнуть ее, боялся, что Бейли вновь спрячется в свою раковину и хрупкий контакт, установившийся между ними, будет разрушен.

А ведь он каждое утро просыпался с эрекцией! И вечерами у него тоже была эрекция, даже во время невинных разговоров. А что творилось с его членом, когда Бейли засыпала и во сне бессознательно крутила задом в районе его паха! Еще немного, думал Камерон, и у него вырастут крылья.

Однако существовали и более важные проблемы. Например, ситуация с едой становилась критической. Оставалось всего полторы шоколадки. Выжившие старались экономить запас, словно предчувствуя, что ожидание спасателей затянется надолго. Конечно, оба подолгу спали и почти не расходовали калорий, но организм все равно требовал подпитки.

Камерон скрывал от Бейли свое волнение по поводу того, что накануне их так и не обнаружили. Спутник должен был давно зафиксировать сигнал передатчика, однако никто не спешил на помощь. Пусть день был туманным и серым, это не помешало бы спасателям хотя бы сбросить теплые вещи, воду и еду.

К сожалению, передатчик работал от аккумулятора, заряда которого хватало максимум на двое суток. С момента крушения прошло немало времени, и заряд, должно быть, был на исходе. Если их не найдут в ближайшие часы, аккумулятор разрядится, и спасателям придется действовать вслепую.

Когда накануне вертолет так и не появился, Камерон начал склоняться к мнению, что передатчик был слишком слабо заряжен и перестал передавать сигнал почти сразу после падения.

Он видел, как по направлению к палатке бредет Бейли, покачиваясь от слабости. Она ходила в туалет, и Камерон специально выбрался из-под навеса, чтобы освободить ей место.

– Побудь пока снаружи, – попросила Бейли, останавливаясь рядом. – Я так больше не могу, меня преследует запах пота. От меня воняет, как от портового грузчика! – Камерон мог бы поспорить с этим утверждением, но не стал. – В общем, я оботрусь салфетками и надену свежие вещи. А потом то же самое сделаешь ты.