Испытание адом
Шрифт:
Говард умолкла. В ее огромных глазах плескалась паника, и Хитроу прекрасно понимал девушку. Он плохо представлял себе причину возникшей проблемы, зато прекрасно понимал, что если Госбезопасность захочет повесить на его яхту обвинение в утрате или уничтожении секретных материалов и начнет охоту за головами, то список «виновных» не ограничится гражданкой энсином.
– Ладно, Ирен, – сказал он, пытаясь упорядочить мечущиеся мысли. – Подготовь полную запись всех твоих контактов с наземниками. Я пока оденусь, а потом позвоню, и ты по моему звонку перегони весь материал прямо сюда, на мою консоль. Попробую разобраться, что к чему.
– Есть, сэр. Его позывные в компьютере, сэр. Сэр, я ведь правда, честное слово, все делала как надо…
В голосе девушки слышалось некоторое облегчение, но до спокойствия было еще далеко.
– Да все в порядке, Ирен. Ты ведь уже объяснила, что просто не можешь внести в полученный информационный блок никаких изменений.
– Сэр, я понимаю: это моя работа, и я должна отвечать за нее сама. Мне не хотелось бы отягощать никого своими проблемами, но…
– Хватит, Ирен! Сейчас нет времени на такие глупости! Займись лучше тем, что сказано: готовь материал.
– Есть, сэр!
Он отключил коммуникатор, скатился с койки и потянулся за снятым всего три часа назад мундиром.
* * *
– … таким образом, гражданин полковник, заверяю вас, что я исследовал этот вопрос самым тщательным образом. Никаких дополнительных сообщений для базы «Данак» в наших файлах нет, никакого повреждения файлов не было, и никакого ошибочного сброса информации на предыдущих остановках тоже.
– То же самое мне сообщила твоя связистка, гражданин коммандер, – холодно сказал гражданин полковник Брайэм Террет. – Но, скажу прямо, все это выглядит в высшей степени странно и подозрительно.
– Прошу прощения, сэр, но не могу ли я попросить о любезности хотя бы намекнуть мне: а что, собственно говоря, мы ищем? – произнес Хитроу со всей учтивостью, на какую был способен. – На данный момент мне приходится действовать вслепую. Трудно что-то найти, если тебе неизвестно, что именно следует искать. Чтобы составить правильный алгоритм поиска, нужно иметь хотя бы приблизительное представление о предмете. Я уверен в своей технике и в своей связистке, а вы, гражданин полковник, в том, что у нас должно быть еще какое-то сообщение. Один из нас ошибается. Я готов допустить возможность невероятной ошибки и принять все меры к поиску пропавшего файла, но не могу сделать этого, не зная его характеристик.
Полковник Террет хмыкнул, но просветлел: создавалось впечатление, что раньше это просто не приходило ему в голову. Однако после нескольких секунд размышления на его физиономии отразились растерянность и досада.
– Не отключайся, гражданин коммандер, – сказал он, и вместо его лица на экране появилась заставка «Коммуникационная линия занята».
Подняв глаза, Хитроу ободряюще улыбнулся Говард. Просмотрев предоставленные ею данные, он решил провести этот разговор с мостика, а не из своей каюты. Не последней из побудительных причин было намерение предстать перед дознавателем в как можно более официальной обстановке. Вряд ли командный мостик гражданина лейтенант-коммандера флота мог произвести сильное впечатление на гражданина полковника БГБ, но командное кресло выглядит всяко внушительнее койки. Гораздо важнее было то, что он, на случай возникновения срочной нужды в дополнительной информации, хотел находиться
Жаль только, что его самого успокаивать некому.
Заставка исчезла, и Хитроу моргнул, увидев на экране вовсе не Террета. Незнакомец тоже был в форме БГБ, но на его погонах красовались целых три звездочки, и лейтенант-коммандер, сообразив, кто перед ним, сглотнул. Гражданин генерал Чернок был смуглым мужчиной с крючковатым носом и темными глазами, похожими на провалы в вакуум глубокого космоса.
– Гражданин лейтенант-коммандер, – сухо поздоровался Чернок.
Хитроу резко кивнул. Он понимал, что движение получилось слишком нервным и напуганным, но ничего не мог с собой поделать.
– Слушаю, гражданин генерал. Чем могу быть полезен?
– Можешь отдать мне это чертово послание, вот чем, – буркнул Чернок.
– Сэр, я лично, шаг за шагом, проверил все операции, проделанные гражданкой энсином Говард, сверил все регистрационные данные на входе и выходе. Никаких упущений допущено не было, все поступившие к нам в системе Цербера и предназначенные для системы Данака файлы были переданы нами на ваш терминал сразу по прибытии. Содержание переданных файлов нам неизвестно: полагаю, руководство сектора в курсе того, что курьеры не имеют допуска такого уровня. В силу изложенных причин я не могу категорически утверждать, что вы получили каждое отдельно взятое послание, которое должны были получить. Если Цербер ошибочно присвоил ему другой адресный код, оно могло до вас не дойти. Однако тот факт, что ни одного сообщения с пометкой «Данак» на борту не осталось, не вызывает у меня ни малейших сомнений.
– Мне хотелось бы верить тебе, гражданин коммандер, – невыразительно произнес Чернок, – но это чертовски трудно.
– Сэр, в таком случае я просил бы о каком-то намеке если не на содержание, то хотя бы на отправителя, возможный размер файла или что-то в этом роде. Невозможно вести поиски, не зная, что ищешь. И, сэр…
Хитроу сделал глубокий вздох, словно собираясь нырнуть в ледяную воду.
– … я прошу прощения, но согласно инструкции БГБ я не могу предоставить кому бы то ни было, вне зависимости от звания и должности, доступ к секретным файлам, адресованным не ему.
Чернок грозно насупился, и Хитроу торопливо продолжил:
– Речь идет не о моем отказе предоставить такой доступ, а о физической невозможности. Ни я, ни кто-либо другой на борту не в состоянии открыть файл или даже войти в директорию до введения адресатом разрешающего кода.
– Понятно.
Несколько мгновений генерал взирал на Хитроу из-под опущенных бровей, постукивая пальцами по краешку собственной консоли, а потом пожал плечами. В его холодных, как сам космос, глазах промелькнуло нечто похожее на неохотное признание правоты собеседника.
– Хорошо, гражданин лейтенант-коммандер, – сказал он после показавшегося Хитроу бесконечным молчаливого раздумья. – Как я понял из других сообщений и сброшенного тобой пакета, твой курьер останавливалась в системе Цербера.
– Так точно, сэр. Мы отправились к Церберу прямо с Шилоу. Мне известно, что, как правило, для рейсов на Цербер используются собственные курьеры БГБ, но судно Госбезопасности не прибыло на Шилоу по расписанию, а гражданин генерал-майор Торнгрейв… э-э… не захотел ждать.