Исправление повесы

Джордж Кэтрин

— Я только-только вернулся домой — прости, что так поздно, Лаури. Надеюсь, не разбудил.

— Нет. Я была в доме, болтала с Сарой.

— Что-то у тебя очень холодный тон.

— Да что ты!

— Отлично. Буду звонить пораньше, но я чуть не весь день прокрутился с папенькой и остальными директорами. Дел наваливается все больше по мере приближения рокового дня.

— А в твоем возрасте быстро устаешь! — сделанным сочувствием уколола она его.

— Ах ты, бесенок, — прошипел он. — Будь ты сейчас здесь в моих объятьях, я б показал

тебе, насколько я стар и как быстро устаю!

От этого веселого низкого голоса с его особой интимной интонацией внутри у Лаури все словно сжалось, и это было новое, еще неведомое ей ощущение.

— Молчишь? — полюбопытствовал он.

— Да, но отчего, не скажу, — с некоторой застенчивостью ответила она и почувствовала, как он нервно сглотнул.

— Ведьма! Когда я тебя снова увижу? Завтра? Лаури собрала всю силу воли и попыталась отложить встречу хоть на пару дней, чтобы доказать себе, что она не потеряла голову, но Адам и слышать ничего не хотел, убеждая ее, что жаждет провести с ней как можно больше оставшегося ему свободного времени.

— Ты, кажется, последние дни часто видишься с Адамом, — заметила Сара дня два спустя. — Ни с одной Кэролайн в мире он не крутил так долго.

— Наверное, оттого, что мы просто друзья, — предположила Лаури не совсем искренне.

— А может, оттого, что ты единственная, кто выдержал знаменитые чары Хокриджа. — Сара пристально посмотрела на кузину. — Я правильно говорю, что выдержала?

Лаури засмеялась.

— Раз уж спрашиваешь, то отвечу — да!

— Я в восторге. А Руперт говорит…

— Вы с Рупертом перемывали мне косточки?

— А ты что думала? Мы не только любим тебя, мы чувствуем себя ответственными за тебя.

— О, Сара! — часто заморгала Лаури.

— Ну ладно, не распускай нюни, — строго заговорила Сара, — это не шутка. Я попрошу Руперта насесть на Адама и выяснить его намерения!

— Только не это! — встревожилась Лаури, а затем пожала плечами. — К тому же я точно знаю намерения Адама: развлекаться от всей души и никаких обязательств и взаимных претензий, когда придет время расстаться.

Сара фыркнула.

— Не много же он хочет. И ты счастлива, да?

— Да, — соврала Лаури не моргнув глазом. — Адам прелесть, и мне с ним хорошо, но он не тот человек, с кем я бы хотела соединить свою судьбу. А когда дело дойдет до этого, хотя, уверяю тебя, это будет еще не скоро, я найду себе человека, который не будет давать стрекача при одной мысли о браке и детях.

Эта мысль поддерживала ее за обедом в итальянском ресторане в Пугни в следующую пятницу, во время вылазки в коптильню семнадцатого века на берегу Темзы пониже Ричмонд-хилла на следующий день, весь вечер в театре, где они смотрели пьесу Тома Стоппарда, и вплоть до того момента, когда Адам проводил ее до боковой калитки в сад Клэров поздно вечером в субботу. У лестницы Лаури проявила твердость и отклонила все попытки Адама проникнуть в ее квартирку.

— Сегодня ты не позволяешь

даже войти, — криво усмехнулся он. — Не потому ли, что семья Клэров в нынешний уик-энд дома?

Лаури немного подумала и кивнула головой.

— Пожалуй, что так. — И это была правда. Пригласить Адама провести ночь в постели, которая фактически принадлежала Клэрам, казалось ей непорядочным. Она прикоснулась ладонью к его лицу. — Ты, наверное, думаешь, что я глупая.

— Нет, просто очень, очень милая. — Адам поцеловал ее ладонь и сжал в своей. — А как насчет завтра? Уик-энд еще не кончился.

— Отлично. Куда думаешь отправиться?

— Думаю — искупаться, а затем устроить пикник. На этот раз моя очередь приготовить провизию.

Лаури радостно кивнула.

— Здорово! А где?

— А вот увидишь, — ухмыльнулся Адам, наклонился и поцеловал ее с нежностью. Затем еще раз, не столь нежно, и вдруг они страстно приникли друг к другу, не обращая внимания на то, что их может увидеть всякий, кого угораздило бы бродить по саду в полной ароматов тьме летней ночи.

Наконец Адам отстранил ее от себя и, тяжело дыша, проговорил:

— Мне лучше уйти.

Не говоря ни слова, Лаури кивнула в знак согласия, приподнялась на цыпочки и еще раз поцеловала его, затем вспорхнула к себе и поспешно заперла дверь, пока не передумала.

Адам давно уже удалился, когда до Лаури вдруг дошло, что у нее нет купального костюма, потому что единственный приличный купальник остался в Кумдеруэне. Со дня появления в Лондоне она ни разу не ходила в бассейн.

— Пустяки, — ободрила ее на следующий день Сара во время ритуального, долго тянущегося воскресного завтрака, который Лаури обязательно проводила с Клэрами каждую неделю. — Возьмешь мой.

— Он мне не налезет, — совсем убитая, возразила Лаури.

— Что за ерунда! Я уже не та грациозная сильфида, какой была до рождения Эмили, да и ты вроде на пару фунтов похудела.

— Не слишком ли я наваливаю на тебя работы, Лаури? — поинтересовался Руперт, показавшись из-за ширмы воскресной газеты.

— Да что ты! Вовсе нет.

— Не хотел бы я вызвать гнев Джерента из-за того, что довел его дочь до измождения.

— Если кто и доведет ее до измождения, дорогой, то это Адам, а не ты, — сказала его жена.

— Джеренту это тоже не пришлось бы по вкусу, — мрачно протянул Руперт и подозрительно взглянул на Лаури. — Ты цела и невредима?

— Все в порядке, Руперт. Адам мой друг, вот и все.

— Гм, — Руперт вновь скрылся за газетой, не очень убежденный, а Сара повела Лаури наверх выбрать что-нибудь из купальных принадлежностей.

Наотрез отказавшись от узеньких трусиков и лифчика, предложенных ей Сарой, Лаури вцепилась в простенький, красиво скроенный цельный купальник черного цвета, выгодно подчеркивающий ее фигуру и гармонирующий с загаром, который она успела приобрести за время обеденных перерывов под солнышком, которым их благословила погода.