Исповедь гипнотезера
Шрифт:
4. По ту сторону Чистых Прудов
На бульваре, в кучке песка, белобрысый широкоголовый мальчик играет в солдатиков. Много-много солдатиков, целый дивизион.
— Тум-бара, пу-пум-бара!_ Ать-два! Огонь — пли!.. Пвф-ф-ф!..
Я подхожу. Я в таком же возрасте. Завязываю знакомство:
— А у меня спички есть.
— Нельзя. Бабушка. Тум-бурум-пум-пум-бвв-пх!..
— А у меня нет бабушки.
— Па-ба-а-ам! Дз-з-хп… И-у-и-у-у-др!.. Ты убит. Падаю, как полагается, но я только ранен. Заползаю в окоп, отстреливаюсь:
— Ты-ты-ты-ты-ты!..
— Ты
— Никому. Убитому не говорят. Я ранен. У меня зуб скоро выпадет.
— Покажи.
— Не покажу.
— Врешь. Не выпадет.
Нажимаю языком — трык! — готово: новенький молочненький клык На ладони. Протягиваю.
— Хе-хо. Дай.
— Не дам.
— За солдата.
— Не дам.
— За лейтенанта.
— А кто лейтенант?
— Вот, этот!
Что-то было нечистое в продаже зуба за лейтенанта, я это почувствовал. Поиграл, но домой покупку не взял, закопал в песок. У меня никогда не было своих солдатиков, ни одного.
А зачем Жорке понадобился мой клык?.. Пару раз в наших последующих драчках он меня укусил, не им же?..
Жорик Оргаев жил в переулке, похожем на мой, по другую сторону Чистых прудов.
Мы оказались в одном классе, который потом разделили, потом снова соединили, опять разделили… Такая вот пересекающаяся параллельность и дальше сводила и разводила нас.
5. Шесть колов
Первые два года в школу его водила бабушка, Полина Геннадьевна, завуч соседней женской, плечистая дама с плакатными чертами лица и такими же интонациями. Ходила всегда в темно-синем, всей статью своей и походкой выражала организующее начало. Побаивались ее все, кроме Жорки, изучившего ее как часовой механизм. Он и называл бабушку «мой будильник». «Пойду заведу будильник» означало «пойду есть», «пойду спать», «пойду делать уроки». Суть этих отношений осталась для меня не вполне ясной, но хорошо помню, что при обращениях к Жорке Полина Геннадьевна часто краснела как девочка.
…Обедаем с мамой. Два звонка, это к нам, бегу открывать — и тут же назад, скорее — куда?.. Под стол, больше некуда.
Административное возмездие: Жорка, только что мной отлупцованный, явился в сопровождении бабушки для сообщения пренеприятнейшего известия.
— А Тоша сегодня получил кол.
— Шесть колов!!!!!! — ору я из-под стола с шестью знаками остервенения.
— Нет. Только один. — Жорка вопросительно смотрит на бабушку, та — на мою маму, с требованьем реакции:
— Ваш мальчик дерется и подает нехороший пример. На маму действует:
— Тоша! Вылезай сейчас же. Я кому говорю.
— Я не Тоша!
— А кто? — Жорка заинтригован.
— Не Тоша.
— А кто? Кто?..
— Тоша! Сейчас же! Ну-ка… (Попытка вытащить.)
— А-а-а!!!
— А он… Он меня один раз побил, а я его два. Он один кол получил.
— Ни разу! Ни разу! Я получил шесть колов! Не Тоша! Не Тоша!!
Я простил его только перед самым сном. У него нет деревянного пистолета. У него нет… Я не То…
6. Пустил козла в
Диплом доктора оккультных наук можно получить в детском саду.
Если ты хоть чуточку наблюдателен, то заметишь, что при игре в гляделки затуманивается голова, расплываются мысли, перестаешь слышать, словно уплываешь куда-то… Не знаешь и вряд ли узнаешь, что это первая фаза гипнотического состояния. Но ты можешь это запомнить и применить — например, смотреть в точку, чтобы уснуть или чтобы перестал болеть зуб. Заставить человека оглянуться даже с большого расстояния, даже если кругом толпа, — ты ведь сам иногда ПОЧЕМУ-ТО оглядываешься, когда на тебя смотрят.
Понятия не имеешь, что означал для твоих дальних предков прямой немигающий взгляд в глаза (он и для обезьян много значит, и для собак) — но замечаешь, что такой взгляд ДЕЙСТВУЕТ. Как-то не по себе, когда на тебя смотрят так слишком долго. А когда смотришь сам? — Каково тому или той?.. А если еще и гримасу скорчить?..
Здоровый мальчишка всегда естествоиспытатель. Обязательно нужно полюбопытничать, все попробовать так, сяк, эдак, пощекотать природу, подергать за косичку судьбу.
А судьба и природа — создания не безответные…
В 12 лет я нашел в куче мусора на задворках старенькую изгаженную книжонку «Внушение и гипнотизм», без начала и без конца. Пассы… пробы внушаемости… Повелительность, сосредоточенность… Интересно… Теперь знаю, как начинать поединки с превосходящим противником.
Проверил на практике, в школе и во дворе. Потрясающе. От случая к случаю показывал штучки-дрючки. А потом надоело. Влечения к власти у меня не было, мне нужна была разделенная радость.
Книжечку изрисовал карикатурами («Гипноз, гипноз… хвать за нос!»..) и подарил на день рождения Жорке Оргаеву.
Я догадывался, что это ему понравится, но не мог догадаться, с какими последствиями.
7. Легенда о родителях
Отец — крупный разведчик, засекреченный до неузнаваемости; мать — артистка балета, всегда на гастролях; один дедушка был главным партизаном Северного Кавказа, а потом дрессировщиком, погиб в пасти разъяренного тигра; другой дедушка живет в Антарктиде, изредка пишет письма. Бабушку засекретить было нельзя.
На самом деле отец Жорика был инженером, мать стоматологом. Подались подзаработать на Север. Отец пошел в гору, споткнулся и накануне суда повесился. Мать уехала с каким-то начальником поюжнее. О дедушках ничего не известно.
Один летний сезон Жорик провел с матерью; после этого появился тик со вздергиванием головы, которое он потом научился эффективно использовать.
Во втором классе перестал ябедничать, но еще частенько бывал битым, имел прозвище «говядина», почему — не помню. С третьего статус резко изменился, изгой превратился в лидера, способного по мановению ока собрать боевую дружину и вломить кому следует чужими руками. Сам никогда не дрался.
Талант практического психолога проявляется очень рано, раньше всех остальных, ибо пробуждается самыми что, ни, на есть жизненными потребностями. И упражняется — непрестанно.