Исповедь Еретика
Шрифт:
Дорота не глумилась?
Глумилась, еще как. Она считала, что стыдно ездить на такой машине.
Но это же настоящая колесница Люцифера! Черная и блестящая…
Я абсолютно не понимал, в чем дело. Может, в том, что было бы неплохо иметь автомобиль, который стоил бы дороже, чем комплект резины. Я понимаю, что человеку может что-то нравиться, а что-то нет, но как это связано с тратой денег? Меня ее мнение бесило.
И на этой машине ты убегал от папарацци?
Как-то раз
И как ты на этом осле въехал в столицу?
Это был зоопарк. Но я полюбил его. Варшава могла многое предложить. Чувствовалось, что это настоящий мегаполис, который без проблем может сравниться с Берлином, Москвой или Прагой. Я стал обывателем, мне это нравилось, особенно в самом начале.
Ты скучал по морскому бризу?
Многое надо было начинать с нуля. У меня не было протоптанных тропок. Я пробовал тренироваться на Мокотовском поле [30] . Пробовал создать заменитель моего замкнутого мира, который построил в Гданьске. Тогда я понял, как для меня важен ритм жизни. Я должен был его восстановить, может даже установить заново.
30
Парковый комплекс недалеко от центра Варшавы.
Ты скучал по близким?
Очень. Сначала моя жизнь была довольно ограниченной. Я жил на планете Доды. А рядом была ее свита. Это были разные люди. Однако с большинством из них я нашел общий язык. И познакомился со многими полезными людьми. Это было хорошо, но…
Но в центре внимания была она?
Да. все вращалось вокруг нее. Я не выбирал роли в наших отношениях. Сейчас мне кажется, что это было ошибкой.
Тебе не хотелось больше независимости?
Дорота, как и я, по натуре завоеватель. Иногда в этой своей черте она бывает очень агрессивной. Она защищает свой мир. Я жил у нее полтора года и ни разу, подчеркиваю, ни разу не включил
Ты пытался ее заинтересовать?
Она не спрашивала о моей жизни. Это я задавал вопросы. Хотел понять ее реальность.
А какой стала Дорота сегодня?
Я думаю, что она ко всему относится слишком прагматично. Она любит брать, играть, не задумываясь. Но мне бы не хотелось препарировать ее психику. Это было бы не очень красиво.
А для себя ты ее анализировал?
Я был влюблен. Меня очаровывала чувственность Дороты. В наших отношениях была химия. Все остальное оставалось на втором плане. Я просто думал, что многое со времени сгладится.
Любовь любовью, но последствия ваших отношений стали заметны и в другой плоскости. Ты стал селебрити.
Тот мир был для меня чужим. Да, я появился на нескольких вечеринках, но держал дистанцию. Меня не особенно тянуло к людям, сошедшим с глянцевых страниц. Я не хотел стать таким же, не изменил стиля в одежде, не пытался соответствовать. Не собирался скалиться на каждого и не приклеивал на лицо сверкающей улыбки.
А как другие селебрити реагировали на тебя?
Я не чувствовал себя изгнанным, выпихнутым за занавес, если ты это имеешь в виду. Те люди, в общем, оказались приятными и доброжелательными.
Не знаю, было ли это искренне, мне кажется, ими двигало любопытство. Я был метеоритом, который внезапно упал на центральную площадь их деревеньки.
Или дикарем при дворе.
Никто не смотрел на меня сверху вниз. Ринке Руйенс, глава компании Rochstar, подошел ко мне на мероприятии, организованном по случаю открытия новой ветки на телеканале Polsat. Поздоровался, представился, и мы разговорились. Он оказался человеком без предрассудков, приятным и общительным. Впоследствии я не только принял участие в его телевизионной программе, но и подружился с этим человеком. И многими другими. И это было хорошо.
И тебе не хотелось стереть с их лиц натянутую улыбку?
Я не отношусь так к людям. Если кто-то вежливо со мной общается, стараюсь отвечать тем же. Но в моей голове мир селебрити был на втором месте. Работа группы продолжалась отлично, закончив один тур, мы отправлялись в другой. Там были мои люди и моя среда. В Варшаву я возвращался не для вечеринок, а к женщине.
А принимали тебя в этом мире как «парня Доды» или как лидера наиболее известной металлической польской группы?