Искусство Раздевания
Шрифт:
— Все почти готово, — объявил Кингсли, — так что располагайтесь, наливайте себе вина и обязательно попробуйте утиный паштет с фисташками, Акико приготовила.
Акико?
Когда Кингсли заходил на кухню, нам с Ральфом удалось заметить миниатюрную девушку-азиатку. Она выглядела как подросток, не старше двадцати. Интересно, ее наняли только для готовки или Кингсли живет с ней?
— Приятно с вами познакомиться, — пропела Коко, разливая по бокалам вино.
Мы с Ральфом уселись
— Итак, вы студенты Роберта! — воскликнул Найджел.
Лучше бы я, вместо того, чтобы торчать здесь, оказалась сейчас на кухне с Кингсли и помогла ему готовить.
— Они любимые студенты Роберта, — пояснила Коко.
— А вы?
— Коко, сестра Джинджер.
Ральф ткнул меня в бок.
— Сдается мне, что у вас должна быть еще одна сестра по имени Корица.
Ситвелл заржал, а мне осталось только изобразить кривую улыбочку.
— Я читал, что у вас выходит новая книга рецептов.
— У меня? Да кто сейчас внимание на это обращает? Они хотят, чтобы я написал еще одну, но мне больше нечего сказать. Даже у моих поденщиков-писак нет идей.
— Что-то я в этом сомневаюсь, — промурлыкала Коко, опираясь на подлокотник пустого кресла наискосок от него. — Вы выглядите как мужчина, которому всегда есть что сказать.
— А вы выглядите как шлюха. Откуда такие роскошные титьки?
Коко так и покатилась от смеха:
— И откуда бы им взяться? Мать-природа!
— Как бы не так! Скорее, какой-нибудь сексуально-озабоченный мужик.
Было ясно, почему Кингсли пригласил Коко. Собеседники оказались идеальной парой невоспитанных болтунов.
— Я недавно делала маммограмму. Ну, я вам скажу, это все равно что прижать ваш хрен гаражной дверью.
— У моего родственника был рак груди.
— В самом деле? — Коко потянулась к паштету. — Он, наверное, смущался.
— В общем, он умер, — рассмеялся Ситвелл.
— Представить только, мужику умереть от рака груди.
— Как глупо, — пробормотал Ральф и, повернувшись ко мне, прошептал одними губами: — Он просто ненормальный.
— А кто-нибудь задумывался, зачем мужикам груди? — поинтересовалась Коко.
— В общем-то, мужчины могут кормить грудью. Биологически у них для этого все есть, — отважилась я вступить в разговор. Вот и пригодилась культурная антропология с первого курса. — Просто в нашем обществе это не принято.
— Полный отврат, — не сдержался Ральф.
— Да в жизни не поверю! — заявил Ситвелл.
— А зачем им это? Они же исколют младенцев своей порослью
— Сестры, говорите? — направил Ситвелл на нас свою трость. — Да вы настоящие соперницы. Конкурируете?
— Нет, не очень, — выпалила я. — Она симпатичнее. Я смирилась.
— Врешь, дорогуша. Ты ее ненавидишь, спишь и видишь, что ее собьет машина и она умрет в муках.
Он снова рассмеялся. Я чувствовала себя ужасно неловко, что никто мне не возразил, уверяя, что я гораздо привлекательнее. Интересно, никто не заметил, как жарко стало в комнате? Я сняла свитер.
— Кто-нибудь попробуйте эту вкусноту. — Коко намазывала паштетом очередной крекер.
— Это просто фантастика.
Она взглянула на Найджела:
— Хотите?
— Отрава, — отрезал Ситвелл. — Моя подагра и холестерин — заклятые враги. Ну и черт с ними, — расхохотался он снова.
Зашел Кингсли и объявил, что ужин готов. Я еще никогда не видела, чтобы он так нервничал и расстилался перед кем-то.
Мы все отправились в столовую с огромными окнами, также украшенную деревянными панелями, здоровенной люстрой и камином до потолка.
Кингсли представил нам Акико. Она была очень милая, миниатюрная и все время кланялась гостям. Потом Кингсли сел за стол, а она стала подавать еду. Это было что-то невероятное — блюдо, приготовленное из молочного ягненка, обжаренного в масле с манной крупой и приправленного шалфеем и пармезаном. Тунец в соусе «Тартар», поданный с молоками и японским хреном. Аспарагус, обжаренный в горчично-шафранном соусе.
— Ну, как твой ресторан? — обратилась Коко к Кингсли. — Я так понимаю, неважно, иначе бы ты не преподавал.
Найджел Ситвелл хмыкнул, но целиком сосредоточился на аспарагусе. Мне так хотелось, чтобы Кингсли ответил что-нибудь вроде «а тебя это ни с какого бока не касается», но, похоже, вопрос его вообще не затронул. Я навострила уши — мне ужасно хотелось узнать, что привело его к нам в школу.
— Дела идут неплохо. Персонал старается. В этом году у нас новое меню. Приходится экспериментировать, обновлять блюда, иначе людям надоедает. К счастью, моя репутация, похоже, притягивает посетителей.
Я так и не поняла, есть ли у него проблемы с бизнесом, или он пытается сделать вид, что все в порядке. А может просто старается быть вежливым, потому что Коко и понятия не имеет, насколько он знаменит.
— Но конкуренция в ресторанном бизнесе очень сильная.
— Очень многие выпячивают свое «я»! — прожевав, заметил Найджел. — И ждут твоего провала. У тебя есть враги, Роберт, помни об этом.
Кингсли засмущался, сделал большой глоток вина. Мы с Ральфом обменялись взглядами.