Искупление

Хорст Мишель

— Я скучала по тебе, — шепчу я, крепко его обнимая.

— Я скучал по тебе больше, — говорит он, прежде чем накрывает мой рот своим. Я люблю его поцелуи.

Рой прерывает поцелуй и с любовью смотрит на меня.

— Ты выглядишь совершенно потрясающе.

— Спасибо, — говорю я, специально покрутившись для него. — Сегодня вечером у меня горячее свидание.

Я подмигиваю, отчего Рой смеётся.

— Ты готова? Я зарезервировал столик в «Ниро».

— Да.

Я быстро запираю дверь и хватаю его за руку.

— Я люблю

их крабов.

Он усмехается и говорит:

— Я знаю.

Когда мы добираемся до «Ниро», нас садят в одну из кабинок, откуда открывается прекрасный вид на пляж.

Рой делает заказ и тянется к моей левой руке. Его большой палец слегка ласкает мой безымянный.

— Спасибо, что носишь моё кольцо, — шепчет он, отчего моё сердце переполняется абсолютным обожанием к нему.

— Как нога твоей мамы? — спрашиваю я.

— Гораздо лучше. Ты хорошая медсестра, — говорит он, подмигивая.

— Я рада, что ей становится лучше. Она заказала ткань, пайетки и бисер. Это так здорово, что мы будем делать свадебное платье вместе.

— Это даст вам время узнать друг друга лучше. Ты знаешь, — говорит он, выглядя слегка нервным, — ты могла бы уже переехать ко мне.

Я улыбаюсь, чтобы успокоить его.

— Я предлагаю тебе сделку. Я буду ночевать у тебя дома, когда мы будем работать над свадебным платьем. Мне просто нужно убедиться, что моего папу устраивает это, прежде чем я перееду к тебе и захвачу ваш дом. Я всё, что у него осталось.

— Пожалуйста, ты можешь захватывать мой дом в любой день, — смеётся он. — Но я понимаю.

Я сжимаю его руку.

— Я не могу поверить, что мы поженимся через три месяца. Я так счастлива.

— Это приятно слышать. Твоё счастье — мой первоочерёдный приоритет.

Как только я думаю, что не могу любить его больше, Рой говорит или делает что-то, что заставляет любовь в моём сердце расти.

***

Проснувшись, я моргаю пару раз, пытаясь прогнать сон. Когда моё зрение фокусируется, я осматриваю роскошную обстановку и вспоминаю, что я дома у Роя.

Миссис Дуглас и я начали шить мое свадебное платье вчера вечером. Мы работали до поздней ночи, пока не устали. Предстоит много тяжёлой работы, но мне нравится делать с ней платье. Я вижу, что ей тоже нравится проводить время со мной.

Громкий шум где-то в доме заставляет меня подскочить.

«Что, чёрт возьми, это было?» Надеюсь, миссис Дуглас снова не упала.

Ещё один грохот отдаётся эхом через дом, за которым следует крик миссис Дуглас. Звук резкий и наполненный ужасом, что заставляет моё сердце подпрыгнуть к горлу.

Я откидываю одеяло и несусь к двери, но застываю, так и не открыв её, когда слышу еще больше криков.

— Пожалуйста, берите, что хотите, только не убивайте нас.

Отчаянная мольба миссис Дуглас прорывается сквозь меня.

«О, Боже. Что

происходит?»

Я тихо приоткрываю дверь и смотрю украдкой в тёмный коридор.

— Рой. Миссис Дуглас? — тихо зову я, но мой голос слабый и наполнен страхом.

Я слышу что-то. Сначала, это просто голоса, но когда они приближаются, я могу отчётливо слышать двух мужчин, и, кажется, будто они спорят. Я быстро закрываю дверь и ныряю обратно в комнату. Когда сердитые голоса останавливаются прямо за дверью комнаты, в которой я нахожусь, мой страх превращается в ужас.

Они, должно быть, ворвались в дом. Боже мой, что мне делать?

Я хватаю свой телефон с прикроватной тумбочки и ныряю за кровать, хотя вряд ли это поможет, если они войдут.

Не думая дважды, я набираю номер Элая. Телефон издаёт только три гудка, прежде чем он отвечает.

— Ты в порядке? Сейчас два часа ночи, — четко говорит он, как будто я его только что не разбудила. Его голос заставляет часть моего страха исчезнуть.

— Какие-то люди вломились в дом, — шепчу я. — Я слышу их голоса снаружи моей комнаты.

— Я уже в пути. Найди место, чтобы спрятаться. Оставайся на линии.

Команды резкие и требовательные, что почти заставляет меня вздохнуть с облегчением.

— Я у Роя дома, — быстро добавляю я, прежде чем Элай поедет к моему дому.

Ручка на двери поворачивается, и паника жаром проносится сквозь меня. Я быстро заползаю под кровать, надеясь, что они подумают, что комната пуста.

— Они входят, — хнычу я и прикрываю рот рукой, чтобы моё дыхание не было слишком громким.

«Дерьмо! Это плохо, очень плохо».

Когда я вижу, как пара крупных ботинок входит в комнату, моё сердце почти останавливается.

«Если они найдут меня, я умру».

«Элай не успеет».

Это мысль заставляет слёзы обжечь мои глаза.

— Я еду. Веди себя тихо. Сохраняй спокойствие. Я в пяти минутах отсюда, — шепчет он в моё ухо.

Я киваю, когда слёзы начинают падать. За всю свою жизнь я никогда не была так напугана. Я не чувствую страха, это что-то намного хуже. Это мой инстинкт выживания пинается внутри, в то время как мой разум кричит, что нет возможности выжить.

Я хочу верить Элаю, но не думаю, что он успеет спасти нас, прежде чем они найдут меня.

Мои глаза приклеиваются к двум парам ботинок, которые приближаются к кровати. Я пытаюсь думать, есть ли что-нибудь в комнате, что можно использовать, как оружие. Мой наполненный страхом разум кажется ужасно медленным, и это только заставляет отчаяние кровоточить в моей душе.

— Кто-то спал здесь. Оглядись, — рявкает мужчина. Он сбивает лампу с прикроватной тумбочки, и она падает с глухим стуком на пол с правой стороны. Мужчина справа от меня начинает громить комнату, в то время как другой медленно идёт к передней части кровати.