Искра
Шрифт:
Как он всегда говорил — не из-за тщеславия, а потому что это помогало ему выживать и оставаться на шаг впереди пожаров, с которыми он боролся.
Хотя я ни разу не видела, чтобы он возражал, когда сводил с ума всех женщин в радиусе пятидесяти миль. Он просто улыбался, подмигивал — и я знала, что их трусики с радостью окажутся на полу его спальни.
Не то чтобы я имела право ревновать. Начнём с того, что мы не вместе. Он мог переспать со всеми женщинами в Фэрбенксе, и я бы не могла сказать ни слова. Не то чтобы хоть одна из них была по-настоящему достойна его.
Как, чёрт возьми, это всё будет работать, когда он уедет в Колорадо?
Он переедет, и найдёт девушку?
Я получу приглашение на свадьбу? Уведомление о рождении ребёнка? Его мир станет ярче, шире, красивее, а мой останется на месте — без него?
Так и должно быть, говорила я себе. Ривер заслуживает всё. Красивую, добрую жену, которая родит ему мальчиков с его глазами и девочек с его волосами и храбростью.
Как я могу изобразить радость, пока он будет собираться к переезду? Я не могу просить его выбирать — да у меня и предложить-то нечего.
Вот, Ривер. У тебя весь мир у ног и каждая женщина страны в твоём распоряжении, но выбери меня. Я иду в комплекте с младшей сестрой, о которой нужно заботиться, и отцом-инвалидом-алкоголиком. Ну разве я не находка?
Я прижала подушку к груди, будто она могла заполнить ту пустоту, которая грозила раздавить меня изнутри, заставить просто схлопнуться до полного исчезновения.
Телефон зазвонил с его рингтоном, и я быстро ответила.
— Привет, Рив.
— Эй, Ава. Ты как-то быстро смылась сегодня утром.
На линии повисла тишина, пока я подбирала слова. Было нечестно всё на него вываливать — все свои страхи, всю эту ношу. Он не заслуживал моих эгоистичных страданий вдобавок ко всему остальному.
— Да, просто дел было куча. У тебя, похоже, тоже.
— Голова кругом, если честно.
Я прикусила губу. — Понимаю.
— Никогда бы не подумал, что они возродят команду, — тихо сказал он. Я знала, сколько это значит для него, ведь это было буквально наследие его отца.
Я очень хотела с ним поговорить. Правда. Просто не знала, как закопать своё отчаяние достаточно глубоко, чтобы оно не прорвалось наружу. Он не должен был тащить и это.
— Я тебя понимаю. Но, слушай, можем поговорить позже? Мне надо заехать в офис. — Я гордилась собой, что голос не дрогнул.
— Конечно. Эй, Эйвери, ты в порядке? — спросил он.
Я закрыла глаза, когда в груди растеклось тёплое чувство от его заботы. С ним я всегда ощущала себя драгоценной, защищённой. В мире, где я почти каждую минуту своей жизни о ком-то заботилась, он был единственным, кто заботился обо мне.
А теперь моя очередь позаботиться о нём.
— Конечно. Всё в порядке.
Ложь была горькой на вкус и тут же вызвала тошноту. Всё было совсем не в порядке. Мысль о том, что я его теряю, причиняла такую боль, что я онемела от шока — слишком напугана, чтобы посмотреть на ущерб или осознать масштаб раны.
Но он не
Глава третья
Ривер
Этот день может стать ещё хуже, или уже достаточно?
Риэлтор сказал мне, что из-за состояния рынка недвижимости на севере я потеряю деньги, продавая дом. Я только что сообщил в Midnight Sun's, что ухожу, и Эйвери, мать её, меня избегала.
Даже когда я был в самых серьёзных отношениях, она никогда так себя не вела. Прошло два дня с тех пор, как она сказала, что «всё абсолютно в порядке», и убежала на работу.
За эти два дня я подписал договор с агентом, с открытой датой показа, договорился остаться в Легаси ещё на день, чтобы посмотреть дома, и связался с компанией перевозки, насчёт отправки моих вещей.
Я был настолько занят, что все эмоции отложил в долгий ящик. И, надо признать, этот план работал — до этого момента. Но вот я стою перед домом Эйвери, и все сомнения всплывают обратно на поверхность. Как я вообще могу её оставить? Как уехать в Колорадо и больше никогда её не увидеть? Не обнять её? Не помочь, когда она сопротивляется, но так явно в этом нуждается?
Я сглотнул и постучал в дверь.
Через несколько секунд открыла Аделин. — Привет, Рив.
— Привет, Адди. Эйвери дома?
— Она только что закончила смену в газете, но звонила — сказала, что уже едет. Хочешь зайти подождать?
Обычно я бы сказал нет, позвонил бы ей, а потом поймал где-то по дороге домой, чтобы украсть пару тихих минут. Но раз она не отвечала на мои звонки, а на сообщения писала односложно, это, наверное, был единственный способ увидеть её сегодня.
— Да, конечно, — сказал я, заходя в дом. Он был хороший, достаточно просторный для семьи, и построен с душой, но последние одиннадцать лет не пощадили его, и, уж точно, её отец не собирался браться за инструменты. Кстати говоря, стоило бы починить перила, пока я тут.
— Эйвери? Это ты? — закричал её отец из гостиной.
— Нет, мистер Клэр, это я, Ривер.
— Заходи, сынок.
Я закатил глаза не только из-за его выбора слов, но и из-за интонации. Никакой я ему, чёрт побери, не сынок. Мой отец десять раз бы набил этому типу морду за то, каким он стал. Но ради Эйвери… ну, я справлюсь.
— Сэр, — сказал я, заходя в гостиную. Чёрт, тут был бардак. Посуда на столе, мусор на полу, и пахло так, будто он не видел воды уже недели две… если не три.
Как бы мне ни хотелось прибраться до прихода Эйвери, я знал, что она умерла бы от стыда. Так что я сделал то, чему научился ещё в первый год нашей дружбы — просто проигнорировал.
— В Колорадо уезжаешь, да? — спросил он, перемещаясь, чтобы дотянуться до пива на полу.
— Похоже на то.
— Нашёл место получше? — Он сделал глоток, и я на секунду задумался, не мешает ли он алкоголь с таблетками, или Эйвери всё-таки успела спрятать лекарства, уходя на работу.
— Нет, сэр. Команду, в которой когда-то служил мой отец, собирают заново, и без меня у них ничего не выйдет.