Искра
Шрифт:
— Милая, — крикнула она вслед. — Тебе не нужно делать это одной — ухаживать за ним. Я не знала, что всё настолько плохо, ты так хорошо справлялась. Но теперь я здесь. И не оставлю тебя одну, понимаешь?
— Он мой отец, — пожала я плечами.
— И мой младший брат. Он был моей ответственностью задолго до того, как стал твоей. Не позволяй поступкам отца лишить тебя собственной жизни. Слышишь? Я этого не допущу, и твоя мать тоже бы не допустила.
Я кивнула, не найдя слов, и села за руль. Она махнула
Может, он был прав. Может, если тётя Дон станет подталкивать отца, ему станет лучше — хотя бы настолько, чтобы переехать в Колорадо. Может, всё, что ему нужно, — это зима.
Может, на краю обрыва что-то есть.
Я помчалась по просёлочным дорогам к дому Ривера. Мы никогда так долго не молчали, разве что когда он был на пожаре, и никогда не ссорились так серьёзно. Но я знала, что это можно исправить.
Он — Ривер. Я — Эйвери. Всё просто.
Я заглушила мотор и побежала к дому, даже не дождавшись, пока за мной закроется дверь машины. Зевс не лаял — может, они ушли на пробежку.
Я выудила из связки маленький бронзовый ключ, который он подарил мне много лет назад, и открыла дверь.
— Ривер? Я использовала свой… — воздух вырвался из лёгких, когда я увидела его идеально чистый, идеально пустой дом. — …ключ.
Всё было исчезло. Мебель. Посуда. Миски Зевса. Дом, который я любила, превратился в пустую оболочку. Как-то я заставила себя идти дальше, пока не дошла до кухонной стойки, где лежала стопка бумаг. Договор о продаже и записка для Минди Руис, местного риелтора.
Привет, Минди.
Вот договор о продаже. Прости, что пришлось уехать так быстро. Было логично отправить все мои вещи вместе с вещами Бишопа. Его договор ты найдёшь под моим. Если понадобится что-то ещё, я пришлю свой новый номер из Колорадо. Все ключи здесь, кроме одного. Он у Эйвери Клэр. Пусть оставит. Я заплачу за замену замков, когда ты найдёшь новых покупателей.
Спасибо,
Ривер Мальдонадо
Его больше не было. По-настоящему не было. Потому что я сказала ему уйти.
Моя спина ударилась о шкаф, и я сползла на пол. Обхватив колени руками, я наконец позволила себе выпустить наружу все эмоции, которые держала в клетке.
Я любила его. Всегда думала, что если не признаю этого, то оно не сможет меня ранить, но меня всё равно размололо в пыль. Сказала я это ему или самой себе — не имело значения. Любовь всё ещё была, а боль была чистой агонией.
Я держала его. Касалась его. Любила его. Держала его сердце в своих руках… а потом бросила его обратно.
Мои рыдания эхом разносились по пустому дому, пока у тела не закончились слёзы. Когда я ушла, уже стемнело —
— Я хочу переехать в Колорадо, — сказала Аделин, помогая мне загружать посудомоечную машину.
— Там есть очень хорошие колледжи. Давай посмотрим, какие. Осталось всего пять лет, — я поставила ещё один бокал в верхний отсек.
— Я хочу поехать туда сейчас.
Мой живот напрягся. — Да, ну… мы не можем. Видишь, что произошло, когда я уехала в прошлый раз.
Прошло три недели с момента, как он словил передозировку. Две — с тех пор, как Ривер переехал в Колорадо.
Одна — с тех пор, как он выложил фото своего нового дома в Instagram с подписью, что теперь он дома, в Легаси, навсегда.
— Где моё пиво? — крикнул папа из гостиной.
— Это был его выбор, — прошептала Адди.
Я взяла чистый стакан из шкафа, наполнила его льдом и водой и вышла из кухни, не отвечая. Как она могла понять? Ей всего тринадцать. Я была на два года старше, когда умерла мама, и даже тогда понимала не всё.
— Вот, — сказала я, ставя стакан на журнальный столик в пределах его досягаемости.
— Что за дерьмо?
— Это вода. Доктор сказал без алкоголя, помнишь? — я про себя досчитала до десяти, напоминая себе, что он — зависимый.
— Мне плевать, что сказал этот доктор. Принеси мне пива, пока твоя тётя Дон не вернулась из магазина.
— Нет, — покачала я головой.
— Девка! — заорал он, и я услышала, как в кухне стихла Адди. Вода всё ещё лилась, но звона посуды больше не было.
— Я отказалась от всего хорошего в своей жизни не ради того, чтобы ты сидел здесь и спивался до смерти, — спокойно сказала я.
— Принеси мне, чёрт возьми, пива! От всего хорошего отказалась? Что ты вообще знаешь? Потому что бросила парня, с которым встречалась от силы пять секунд? Я потерял твою мать!
— Я тоже! — выкрикнула я. — Ты не единственный, кто её потерял!
Что-то просвистело мимо моей головы и разбилось о стену. Я резко обернулась — по стене стекала вода, превращаясь в лужу изо льда и осколков.
— Убери это! — крикнул он.
— Убирай сам, — огрызнулась я и вышла.
Моя грудь судорожно вздымалась, пока я выбегала на улицу, жадно глотая свежий воздух. Я села на ступеньки крыльца, опустив голову в руки. Он, чёрт возьми, бросил в меня стакан. Что будет дальше? Он ударит меня? Или Адди?
Врач предупреждал нас, что сначала будет хуже, прежде чем станет лучше. Что снижение дозы обезболивающих не будет приятным процессом, но то, что происходило, было ужасно. Может, стоит отправить Адди к подруге на месяц или около того.