Искра

Яррос Ребекка

— В какой именно? — ответил я.

— В оба, наверное.

— Я готов увидеть Эйвери.

Улыбка растянулась на его лице. — Так вот как теперь обстоят дела, да?

— Честно говоря, я сам не знаю, что у нас. Она согласилась поехать со мной в Колорадо на выходные — и этого мне достаточно.

— А всё остальное, что она готова предложить? — Он посмотрел на меня с прищуром.

— Я возьму всё, что она готова дать, — мягко ответил я.

Бишоп никогда не любил говорить о чувствах, и теперь его челюсть напряглась. Он открыл рот, закрыл, снова открыл… смотреть

было просто мучительно.

— Да ради всего святого, просто скажи уже. Что бы это ни было.

— Ты не хочешь передумать насчёт Legacy? У тебя здесь жизнь, дом, отличная команда и потрясающая девушка. Я бы не стал о тебе хуже думать, если бы ты решил остаться.

Я задумался. Остаться? Я любил Midnight Sun's, свой дом, эти пейзажи… да что уж там, даже сумасшедшие смены дня и ночи начали мне нравиться. Оставшись, у меня был бы шанс удержать Эйвери, по-настоящему узнать, кем мы могли бы стать. Если быть с ней так же легко, как дружить, тогда я знал — мы могли бы быть чем-то исключительным.

Но при всей уверенности в том, какими мы могли бы быть, я также знал: шансы, что она переедет со мной, были ничтожно малы.

Она никогда не бросит отца, а он никогда не согласится уехать.

Но если я не поеду, команда Legacy не соберётся, и я потеряю последнюю связь с отцом. Так же, как и Бишоп, и все дети из Легаси.

В любом из случаев я в дерьме.

— Ривер? — снова спросил Бишоп, пока мы продолжали спуск.

— Прости, просто слишком много всего в голове. Я не передумал насчёт команды. Я просто надеюсь, что поездка в Колорадо убедит Эйвери переехать.

Бишоп тихо присвистнул. — Это многовато для просьбы, от девушки, с которой встречаешься неделю.

Мы встречаемся? Мы ведь даже не обсуждали, что между нами.

— Это как отчаянная попытка. Вся эта история с ней — именно такая. Но я не мог просто уехать и не попытаться.

— Ты влюблён в неё.

Я крепче сжал топор. — Давно ты это понял?

Он пожал плечами, перехватывая пилу. — С первого года, как мы здесь. Думал, рано или поздно ты разберёшься.

— Похоже, это самый последний возможный момент.

— Ну, мы ведь не помним лёгкие победы, да? — Он усмехнулся. — Мы помним те, где всё решалось в последнюю минуту, в овертайме.

— Финальный бросок, — пробормотал я.

Он хлопнул меня по спине. — Финальный бросок.

Бар был на удивление оживлён для вторника, но всё объяснялось тем, что сегодня «Женский вечер» — дамы приходили из-за дешёвых коктейлей, а мужчины — из-за дам.

Я пробрался сквозь толпу и занял высокий столик в глубине зала, выбрав место, откуда можно было видеть Эйвери за барной стойкой.

Чёрт, какая же она красивая. Волосы собраны в хвост, и тот грациозно раскачивался при каждом её движении, пока она наливала напитки.

— Значит, ты и Эйвери, да? — спросила Джесси, садясь на пустой стул справа от меня.

— С чего ты взяла? — спросил я, не отрывая взгляда от Эйвери. Она встала на

цыпочки, чтобы достать бутылку с верхней полки, и я невольно задержал дыхание, когда получил идеальный вид на её зад. Мы были в комнате как минимум с тридцатью нашими соседями. Здравый смысл подсказывал, что это явно не то место, где стоит пялиться, не говоря уже о том, чтобы фантазировать, как усаживаю её на барную стойку, стаскиваю джинсы с бёдер и пробую её на вкус. Я никогда не испытывал трудностей с самоконтролем рядом с Эйвери. Конечно, моё тело всегда реагировало на её вид, но теперь, когда я имел к ней доступ и знал, что она хочет того же… моё тело пыталось взять верх над разумом.

А стойка, чёрт возьми, была идеальной по высоте.

— Да брось, тут же никто не умеет держать язык за зубами. Все уже давно заметили, как вы друг на друга смотрите. Мы просто ждали, когда Эйвери наберётся храбрости, чтобы что-то сказать, а ты перестанешь трахать первокурсниц в Фэрбенксе.

— Как мы смотрим друг на друга? — переспросил я, снова сосредоточившись на Эйвери. Теперь я мог понять, насколько был очевиден. Чёрт, я и правда не мог отвести от неё глаз, когда мы оказывались в одной комнате — отсюда и мои бесконечные расставания. Но Эйвери ни разу не дала понять, что хочет чего-то большего, чем то, что между нами уже было. Стоило ей хоть вздохнуть в мою сторону — я бы прыгнул, не дожидаясь, пока она скажет «прыгай».

Но она ни разу не подала сигнала. Возможно, именно поэтому эта ситуация и пугала меня до чёртиков. Она целовала меня только потому, что боялась потерять лучшего друга? Я настаивал на том, чего она не хотела?

Чувствовать неуверенность — это было что-то новое. И крайне неудобное, учитывая, что у меня оставалась всего неделя в Колорадо, чтобы убедить её перевернуть всю свою жизнь ради меня.

— Дай подумать. — Джесси усмехнулась и поиграла бутылкой. — Ты смотришь на неё так, будто готов съесть заживо.

— Справедливое замечание, — признался я, не собираясь больше скрывать свои чувства. Я сглотнул — горло вдруг стало сухим. — А она?

— Ты серьёзно? — Она вскинула бровь.

— Серьёзно.

— Она смотрит на тебя так, будто ты всё, чего она когда-либо хотела, облитое шоколадом и подано на блюдечке. Всегда так смотрела.

Я оторвал взгляд от Эйвери и уставился на Джесси. Она кивнула, посмеиваясь:

— Ты бы видел сейчас своё лицо. Челюсть чуть ли не на пол упала.

Я переводил взгляд с одной женщины на другую. Эйвери смотрела на меня? Почему я не замечал? Я был слепой? Или она и правда так умело скрывала свои чувства?

— Никогда бы не подумала, что увижу Ривера Мальдонадо без слов.

— Всё бывает впервые, — тихо сказал я. Может, у нас и правда что-то получится. Может, она правда хочет меня настолько, чтобы уехать. Мысли в голове понеслись галопом. Она могла бы остаться до конца учебного года, если это нужно Адди, или просто подождать ещё пару месяцев, чтобы дать её отцу время привыкнуть, а к лету переехать в Колорадо. К тому времени я бы уже обустроил дом, и они могли бы пожить со мной, пока решат, что делать дальше.