Искаженное эхо
Шрифт:
– И к тому же, – спокойно добавил пленник, – каждый малыш из тех, кого ты зовешь стаей, может внезапно вырасти выше тебя, спроси Харрис, было когда-нибудь такое?
Втора, прибежавшая в обеденный зал по зову одной из кухарок, молча стояла у дверей, пытаясь выровнять дыхание. Она успела только к концу разговора и уже убедилась, что демон вовсе не собирается убивать глупую нахалку. И считала правильным все сказанное им Манист.
Поэтому подсела к столу и рассказала пару подобных примеров. Потом и кто-то из воинов вспомнил похожий случай, и лекция Арсения плавно перешла в дружескую беседу. А он тем временем доел и, оглянувшись на забытых малышей, что-то шепотом обсуждавших
– Ребятишки, кто хочет проведать приболевшего Хира, может пойти со мной, а то ему там одному очень скучно.
Детвора сначала заоглядывалась на мрачно размышлявшую о чем-то Манист, потом решился один, второй… А через несколько минут Арсений топал по коридору в окружении стайки детей и сам себе очень напоминал клушку на прогулке.
Глава девятая
Выгуляв и накормив собак, Урса сходила поговорить с Канкир, и та приняла ее предложение. Не откладывая дела на вечер, новые подручницы заселились в соседнюю с демоном комнату, и Урсе удалось немного посидеть с Хиром. А потом Канкир забрала новую напарницу в дальние нижние залы, где несколько воинов выделывали шкуры, убедив, что там и для однорукой найдется работа. И ведь действительно нашлась: оказывается, макать в бадью широкий квач и мазать едким раствором расстеленные по лавкам шкуры можно и одной рукой. На обед женщины пришли с опозданием, настолько втянулись в работу, что даже удивились, когда одна из девочек-подростков прибежала их звать.
От девчонки Урса и узнала последние новости про демона и невольно забеспокоилась. Ничего хорошего от встречи сынишки с Манист воительница не ждала, потому и проглотила похлебку наспех, не почувствовав ни вкуса еды, ни удовольствия, а потом почти бегом ринулась в комнату демона. И еще не успев открыть дверь, за несколько шагов услышала возбужденные детские голоса и резанувший по сердцу громкий вскрик Хира.
Сначала Урсе показалось, будто малыш кричит тревожно, и она торопливо толкнула дверь, готовая раскидать всех обидчиков своего заморыша.
Но тут же выхватила взглядом возбужденное, зарумянившееся родное личико и восторженно блестящие глазенки и с облегчением выдохнула. Никто его не обижал, нет. Оказывается, демон… нет, этот… мужик придумал какую-то игру, и все дети были так увлечены, что даже не заметили прихода женщины. Урса осторожно пробралась к постели малыша и присела с краешку, пытаясь понять, чем таким они заняты. Оказалось, все просто: демон раскладывал на столике несколько мелких вещиц и потом указывал на одного из детей. Тот отворачивался, и какой-то предмет убирался или добавлялся, а остальные дружно считали. Досчитав до половины тула, разрешали отвернувшемуся смотреть.
И начинали считать снова. Если до конца счета малыш правильно называл спрятанный предмет, Арсений выдавал ему металлический кружок. Урса не понимала, в чем смысл игры, пока демон не показал пустые руки, заявив, что кружочки закончились. И тогда малыши начали считать заработанные награды. У некоторых оказалось больше, у других меньше. К великому счастью Урсы, Хир набрал кругляшков ничуть не меньше других, но еще сильнее порадовало, когда у Манист оказалось на два кружка меньше.
Правда, это не порадовало саму девчонку, но спорить она не решилась. Сказал же этот демон, что не выносит, когда дети требуют чего-то, громко крича и топая ногами… и потому он всех крикунов будет выставлять за дверь без разговоров. Нечего у больного мальчишки над ухом орать. Это он заморыша так зовет… мальчишка, а еще пацан… смешно, но трутнятам почему-то нравится. Но название волновало Манист
– Завтра поиграем в другую игру, – сообщил демон, собрав и пересчитав кружочки.
Манист вместе с остальными хитрецами пришлось вернуть зажиленное. Впрочем, особо спорить она не стала, не сомневаясь, что Гамират насыплет ей полные карманы таких кругляшков.
– А сейчас я расскажу вам короткую сказку и пойду с Урсой учиться бросать ножи, а вы отправитесь в свою комнату, – сообщил демон, пряча вожделенные кружочки.
– Они пойдут перебирать зерно, – твердо сообщила неизвестно когда появившаяся в комнате Парбин, до этого момента тихо стоявшая в дверях и пытавшаяся сообразить, стоит или нет бежать будить ведущую, чтоб рассказать про странные игры демона.
С одной стороны, вроде нет в них ничего предосудительного, а с другой – почему-то кажутся они Парбин откровенно крамольными, как речи рыбаков с побережья.
Поведанная Арсением сказка Парбин тоже насторожила. Хотя была очень интересной, да и рассказывал демон очень хорошо. Воительница словно собственными глазами видела крадущегося в темноте маленького трутненыша, посыпающего дорожку крошками мамалыги, и похожего на огромного тугла злобного людоеда, волокущего в подвал собственных дочерей. Парбин ничуть не сомневалась в намерении демона чем-то побольнее уколоть заносчивую Манист, однако доказать ничего не могла и потому хмурилась все сильнее. Да и как докажешь, умышленно пленник рассказывает детям именно эту историю или в их мире действительно нет других?!
Что Сен никогда раньше всерьез не учился сражаться на мечах и копьях, Урса поняла сразу и впала в уныние, однако постаралась своего настроения мужику не показывать. Незачем его лишний раз расстраивать, Сен и сам в открытую признается в собственном неумении. Говорит, видел мечи только в каких-то музеях. А значит, нужно тренироваться как можно больше, и лучше по утрам, пока руки не устали. А после обеда пусть идет в кузню к Гамират или куда хочет.
Расстояние, отмеченное воительницей для учения, пришлось сократить почти вдвое, и только тогда демон начал попадать в поставленное на попа толстое бревно, на котором угольком была нарисована уродливая фигурка тугла.
Нож пока плохо слушался демона, раз за разом ударяясь о древесину плашмя, однако Сен был упрям. Выбросив все клинки, шел их собирать и бросал снова и снова.
– Давай посидим, – первой сдалась Урса, заметив, как дрожат у напарника руки и взмокла от пота спина.
Он обессиленно кивнул и немедленно шлепнулся на ближайший из заготовленных на дрова чурбаков, а воительница сходила к выходу и принесла захваченный с собою кувшин с холодным отваром из листьев и сушеных ягод. Вместе с ложкой горьковатого дикого меда, который повариха положила по просьбе Урсы, отвар отлично снимал усталость и восстанавливал силы.
– Скажи… – отпив почти полкувшина, спросил Арсений и выплюнул попавшую в рот веточку, – а зачем я вам понадобился? Именно я, не кто-то другой.
– Так нельзя же понять… никто не знает заранее, кого именно достанет сила… – расстроенно пробормотала Урса, как по ней, пусть бы кого-нибудь другого сбросили боги на алтарь.
Хотя лично ей демон делает только добро, но она-то никогда не сможет отплатить тем же, а это для многих воинов самое важное после рождения здоровой дочки.
– А что делали другие демоны? – осторожно перевел Арсений разговор поближе к интересующей его тайне.