Искатели
Шрифт:
Вокруг царила полная тишина, какой не бывает в природе. Ни плеска волн, ни скрипа деревьев, ни свиста ветра – ничего. Казалось, пространство пожирает любые звуки. Разрывая неживое молчание, я громко позвала друзей. Мой одинокий голос рассеялся по воздуху, навстречу мне из-за корявых стволов шагнул Ал.
Я облегченно выдохнула: жив… Спросила:
– Где остальные?..
Смуглый воин молчал. Он медленно шел ко мне, движения его становились все более неуклюжими, угловатыми.
– Что с тобой? Ты ранен?
Лицо Ала исказила
Изо рта воина хлынула кровь.
– Не убивай меня, не надо, – с трудом прошептал он.
Его грудная клетка вздулась и разорвалась, ощерившись обломками ребер. В отверстии надулся огромный кровяной пузырь, из которого на меня смотрело чье-то лицо. Знакомое лицо…
Чудовищным усилием воли вырвавшись из сна, я долго лежала, хватая воздух ртом. Потом, едва рассвело, вышла на палубу.
За ночь ничего не изменилось. Острова не было. Все так же ругался Клешня, суетилась команда, играли за бортом летучие рыбки…
Я не хотела наступления вечера, ожидая, что ночь снова принесет тяжелые сны. Так и вышло.
Едва закрыв глаза, я вернулась на иссохший остров и увидела, как Ал рухнул замертво. Из его груди, словно чудовищная бабочка из куколки, выбрался Роману. Отбросив в сторону опутывавшие его внутренности, Лис двинулся в мою сторону. Черные глаза умоляюще смотрели с окровавленного лица.
– Не надо, не убивай… – прошептал он.
Я не могла пошевелиться от ужаса. Пыталась что-то ответить, но горло свело судорогой.
Движения вора были неуверенными. Вскоре он споткнулся и остановился. Что-то ворочалось в его груди, выпирало наружу. Тело Роману взорвалось ошметками мяса, выпуская наружу Лэя. Эльф протянул руку, шагнул ко мне:
– Не надо, Мара…
Бесформенные кучи плоти, оставшиеся от Ала и Лиса, обратились в красную массу. Месиво зашевелилось само собой, без конца меняя форму. В его потоках то и дело угадывались лица друзей.
– Нет! – закричала я и вырвалась из кошмара.
– Не пытайся попасть на остров, – прозвучал на грани сна и яви глубокий женский голос. Я так и не поняла, кому он принадлежал: то ли Тир-на, то ли Лак’хе…
Вот оно. Вот почему я перестала доверять гадалке! Ее богиня начала слишком настойчиво указывать мне путь. И случилось это, когда я согласилась отправиться с Лэем на остров судьбы. Что это значит?..
Так ни до чего не додумавшись, я отправилась на палубу. Там опять встретилась с Лэем и Алом, мысленно порадовалась тому, что друзья целы и невредимы.
– Ничего не происходит, – пожаловался эльф.
– Может, стоит поискать остров в другом месте? – предложил Ал.
Ушастик замялся:
– Ты как думаешь, Мара?
– Этого не может быть, – отозвалась я, наблюдая за летучими рыбками.
– Не может быть острова? – не понял Лэй.
Я указала на воду:
– Сейчас оттуда выскочит дельфин.
Из
– А сейчас летучая рыба с зелеными крыльями заденет его нос.
Так и случилось.
– Откуда ты знала? – удивился Ал.
Ушастик молча хлопнул себя по лбу, ринулся вниз по трапу. Вернувшись, сказал:
– Восемь пятнадцать. Я по часам в кают-компании время засек.
– Да что происходит? – спросил смуглый воин.
– Происходит одно и то же. Мара, что-нибудь еще повторялось?
Я пожала плечами:
– Не знаю, не обращала внимания.
– Но на корабле вроде бы все было по-разному, – нахмурился Лэй. – Люди, жесты, разговоры…
– Позавчера Лис хвастался, что выиграл два криона, а вчера жаловался, что проиграл один, – сообразив, о чем идет речь, вспомнил Ал. – Вчера Чернобрюх в это время охотился в трюме, а сегодня отдыхает. Вчера на завтрак была гороховая каша, а сегодня, судя по запахам, кок жарит солонину…
– Это хорошо! – обрадовался эльф. – Солонина это мортовски хорошо! Но подождем до завтра…
На следующий день, ровно в восемь часов пятнадцать минут, мы наблюдали за дельфином, вокруг которого венком кружились летучие рыбы.
– Время за бортом остановилось, – сказал ушастик. – А на судне движется. Мы в пространственно-временной петле.
Глава 10
Лэй
– Что за петля такая? – спросил Ал.
– Редкое явление. Иногда случается так, что из-за вмешательства какого-нибудь чародея-экспериментатора, божественной сущности или сильного магического всплеска, время и пространство в определенном месте могут замереть. То есть любой, кто попадет в эту западню, будет проживать бесконечное количество раз один и тот же промежуток времени в одном и том же месте, – объяснил я. – Но вот какая штука… Обычно из петли нельзя просто так выбраться. Однако что-то мне подсказывает: если сейчас мы развернем корабль, то попадем в обычное пространство и время. Скорее всего, эта петля является защитой острова, и действует только на приближающиеся к нему объекты. Возможно, Лак-ха перед уходом наложила ее на свой дом. Ясно одно – петля необычная.
– И как мы преодолеем защиту, если ее наложила сама Лак-ха? – скептически осведомилась орка.
– Не знаю, – честно ответил я. – Но этой ловушке уже тысячи лет, возможно, она ослабела. Да и любое заклятие можно как-нибудь обмануть.
Судя по взглядам друзей, это сильно их обнадежило.
– Подождем до завтра, нужно еще понаблюдать за действием петли.
Но и на следующее утро ничего не изменилось. Все тот же дельфин, те же рыбки, в то же самое время. Чтобы как следует понять действие ловушки, мы попросили Клешню взять обратный курс. Через сутки стало ясно: мы выбрались из петли – никаких дельфинов и летучих рыбок.