Искатель
Шрифт:
– Алекс считает, что ты можешь выяснить, совпадает ли эта последовательность с первоначальными планами.
– Но планы не сохранились, – сказала Шара. – Мы об этом уже говорили.
– Знаю. Но погоди. До появления квантового двигателя корабль разведки всегда рассчитывал кратчайший маршрут для конкретной экспедиции.
Озабоченное выражение на лице Шары сменилось улыбкой.
– Верно, – кивнула она.
– И мы знаем, что Уэскотта интересовали звезды класса G, у которых подходил к концу цикл сгорания водорода.
– Да.
– Мы почти уверены, что они нашли
– То вы сможете узнать, где «Искатель».
– Получится?
– Не имея на руках плана Уэскоттов…
– Да.
– Конечно.
Взгляд ее устремился куда-то в пространство. Мимо пролетела стайка оседлавших ветер пчел-колибри. Размышления прервал искин, сообщивший о входящем звонке.
– Не сейчас, – ответила она. – Чейз, давай посмотрим, что там у тебя.
Я подала ей диск. Шара вставила его в считыватель и затемнила помещение.
– Давай предположим, что это случилось во время последней экспедиции?
– Для начала подойдет.
Она дала указание искину вывести проекцию области поисков для полета 1391–1392 годов. Офис исчез, и мы поплыли среди звезд.
– Я исключил все, что находится за пределами указанной области, – сказал искин. – Внутри нее содержится тринадцать тысяч одиннадцать звезд. – Большинство были желтыми, класса G. Одна, возле книжного шкафа у дальней стены, засветилась ярче. – Это Тайо четыре тысячи семьсот семьдесят шесть, которую они посетили первой. – От нее протянулась линия ко второй звезде, в полуметре от первой. – Иглу двадцать семь тысяч шестьсот пятьдесят один. – Линия свернула к третьей, возле настольной лампы. – Кестлер две тысячи двести девяносто четыре. – Линия ушла вверх, к звезде под потолком, потом скользнула вдоль дивана, коснувшись еще двух звезд, резко повернула и прошла через всю комнату. Мы увидели светящийся зигзаг. – Расстояние между двумя наиболее удаленными друг от друга точками составляет тридцать две целых и четыре десятых световых года. Общее расстояние, преодоленное в ходе экспедиции, составляет восемьдесят девять целых и семь десятых световых года. Посещено десять звезд.
– Марк, – обратилась Шара к искину, – не убирай эту область. Покажи нам, у каких звезд подходит к концу цикл сгорания водорода. Оставь… ну, скажем, звезды, у которых сгорание гелия начнется в течение ближайшего полумиллиона лет, а остальные убери.
– На это потребуется время, Шара.
– Ждем.
– Шара, но ведь кто-то должен был побывать в этих системах до Адама и узнать, у каких звезд заканчивается цикл? – спросила я.
– Вовсе не обязательно. Для планирования полета вполне достаточно данных спектрографического анализа.
– Готово, – сообщил Марк.
– Хорошо. – Звезды начали гаснуть. – Посмотрим, что у нас есть.
Осталось около тридцати звезд, включая десять, возле которых побывали Уэскотты. След «Сокола» был четок и ясен.
– Сохрани траекторию, – велела Шара.
Линия погасла.
– Хорошо, Марк. Теперь
Тайо 4776 вспыхнула более ярким светом. От нее снова потянулась линия, которая переместилась к Иглу, затем к звезде возле лампы. Наконец линия соединила все десять звезд, и в воздухе перед нами повис зигзаг.
– Кажется, линия та же, – сказала я.
– Давай проверим. Марк, уменьши траекторию и снова покажи первую. Наложи их друг на друга.
Искин переместил траектории так, что они оказались рядом, затем соединил их. Они оказались совершенно идентичными.
– Перейдем к предыдущей экспедиции, – сказала я.
Это была экспедиция 1386/87 года.
Траектории почти совпадали. Уэскотты снова посетили десять планетных систем, но на этот раз маршрут был не оптимальным с точки зрения расхода топлива. Отклонение произошло у шестой звезды.
Тиникум 2502.
Разница была не слишком существенной, но достаточной, чтобы понять: здесь какая-то загвоздка.
Мы сидели, глядя на звезду. Если бы Уэскотты придерживались исходной траектории, они не полетели бы к Тиникуму.
– Ладно, – сказала я. – У какой звезды они должны были побывать? Какая звезда вписывается в остальную траекторию?
Шара повторила мой вопрос, задав его искину.
– Предположим, – сказала она, – что после Тиникума две тысячи пятьсот два они вернулись к первоначальному маршруту.
– Здесь, – сказал Марк, подсвечивая близлежащую звезду.
Тиникум 2116.
– Отлично, Шара.
– Иногда и у меня кое-что получается, – улыбнулась она.
Мне хотелось отблагодарить Шару, и я пригласила ее на ланч. Мы пошли в «Хиллсайд», сели у окна, заказали напитки и завели разговор о пропавших межзвездных кораблях.
– Диаметр планетной системы Тиникума, вероятно, составляет около восьми миллиардов километров, – сказала она. – Но диаметр гравитационного поля звезды в несколько раз больше. Если «Искатель» находится на орбите одной из планет, найти его будет несложно.
– Но если он на околосолнечной орбите…
– Вам придется взять с собой больше провизии.
Да, это была непростая задача. На «Белль-Мари» имелось лишь базовое навигационное оборудование. Поиски заняли бы немало времени – возможно, годы.
– А разведка никак не поможет?
– Могу дать вам прибор вроде телескопа. Будет полегче.
– Шара, – сказала я, – ты самая замечательная женщина на свете.
– Угу. Что я получу взамен?
– Я заплачу за ланч.
– Ты и так платишь за ланч.
– Гм… – Я задумалась. – Хочешь полететь с нами? Оказаться рядом, когда мы найдем «Искатель»?
Она скорчила гримасу, будто я предложила ей съесть рубленую каракатицу.
– Вряд ли. Знаю, это будет эпохальное событие, но я не такой уж энтузиаст этого дела и не готова провести столько времени на корабле. Полет продлится месяц или два.