Искатель. 1981. Выпуск №3
Шрифт:
— Большую часть времени один. Но если бы я оттуда выходил, меня бы заметили.
— Чепуха. В вашей квартире есть задний ход?
— Там есть служебная лестница.
— Это даже не стоит обсуждать. Человек с вашими способностями и вашими средствами, решившись на убийство, наверняка сумеет изобрести способ пробраться незамеченным к выходу. — Вульф отвернулся от Джарелла. — Может, кто-либо из вас представит неуязвимое алиби хотя бы для одного из этих периодов?
— В воскресенье, — начал Роджер Фут, — я отправился в «Бельмонт» взглянуть на лошадей. Туда я попал в девять и проторчал
— С кем-нибудь?
— Нет. Но все время на виду у разных людей.
— Вы не в лучшем положении, чем мистер Джарелл. Кто-нибудь еще хочет попытаться, учитывая предъявляемые требования?
Никто из них этого делать не хотел. Уимен и Сьюзен, держась за руки, посмотрели друг на друга, но промолчали. Трелла оглянулась на брата и буркнула что-то неразборчивое. Лоис просто сидела и молчала. Джарелл тоже.
— Мы имеем еще один промежуток времени, очень короткий, о котором я не упомянул сейчас, потому что мы занимались им в пятницу, промежуток от шести до шести тридцати в среду вечером, когда был похищен револьвер. В тот день никто из вас алиби не представил, даже мистер Брайэм, хотя теперь оно у него есть. — Вульф повернулся к Джареллу. — Я возвращаюсь к этому, сэр, поскольку тогда вы во всеуслышание заявили, что оружие взяла ваша невестка, признавшись при этом, что у вас нет доказательств. Они у вас есть теперь?
— Нет. Таких, как нужно вам, нет.
— Разумеется, их у него нет. — Это был Уимен. Он смотрел не на Вульфа, а на своего отца. Но сказал «у него», а не «у тебя». — Он ее ненавидит, вот и все. И хочет ее обесчестить. Он приставал к ней, целый год не давал ей проходу, а она не позволила ему к себе прикоснуться, вот он ее и возненавидел. Тут все ясно.
Вульф изменился в лице.
— Миссис Джарелл, вы слышали, что сказал ваш муж?
Сьюзен едва заметно кивнула.
— Слышала.
— Это правда?
— Да. Я не хочу… — Она замолкла. — Да, это правда.
Вульф крутнул головой влево:
— Мистер Джарелл, вы делали недостойные посягательства на жену вашего сына?
— Нет!
— Ты лжец, — отчетливо произнес Уимен, в упор глядя на отца.
— О, господи! — воскликнула Трелла. — Замечательно! Чудесно!
Если я знаю человека, который не нуждается в том, чтобы его жалели, так это Ниро Вульф, однако в тот момент я был близок к тому, чтобы его пожалеть.
— Арчи, выпишите мистеру Джареллу чек на десять тысяч долларов, — распорядился Вульф.
Я встал и направился к сейфу за чековой книжкой.
— Тогда это безнадежно. — Вульф развел руками. — Признаюсь, я предпринял эту попытку в основном для того, чтобы спасти чувство собственного достоинства, но попутно заботился и о вас, желая дать вам этот последний шанс. Отныне вам всем предстоят тяжкие времена, одни же из вас обречен. Мистер Джарелл, я вам больше не потребуюсь, вы мне и подавно. Кое-что из вещей мистера Гудвина осталось в той комнате, которую он у вас занимал. Он за ними пошлет или подъедет сам. Чек, Арчи.
Я вручил ему чек, он его подписал, и я стал пробираться к Джареллу, чтобы отдать ему чек. Мне пришлось идти к красному кожаному креслу кружным путем, чтобы не попасть под ноги Вульфу, направлявшемуся к двери.
Они встали и всей компанией направились к выходу. Невеселая это была компания. Я проводил их до входной двери, но никто, кроме Лоис, не удостоил меня даже взглядом. Она протянула мне руку и нахмурилась вместо улыбки, которая у нее не получилась. Я нахмурился ей в ответ, показывая тем самым, что лично к ней у меня никаких претензий нет.
Я видел сквозь прозрачную изнутри панель, как они спускаются по ступенькам на тротуар. Когда вернулся в кабинет, Вульф, уже снова рассевшийся в своем кресле, буркнул:
— Соедини меня с мистером Кремером.
— Вы раздражены, — заметил я. — Не лучше ли сперва сосчитать до десяти?
— Нет. Соединяй.
Я набрал номер, спросил инспектора Кремера, и меня соединили с Пэрли Стеббинсом. Тот сказал, что Кремер на совещании и в настоящий момент с ним связаться невозможно. На мой вопрос, когда он появится, Пэрли ответил, что не знает, и поинтересовался, в свою очередь, что мне нужно.
Вульф схватил трубку своего телефона.
— Мистер Стеббинс? — задыхаясь от нетерпения, сказал он. — Ниро Вульф. Пожалуйста, передайте мистеру Кремеру, что я буду ему несказанно признателен, если он зайдет ко мне сегодня в половине десятого вечера, нет, как только окончится совещание. Передайте, что у меня есть для него важное сообщение, касающееся убийств Ибера и Брайэма… Нет, прошу прощения, но это должен быть именно Кремер… Знаю, так оно и есть, но, если вы придете без мистера Кремера, вас не впустят. С ним — добро пожаловать… Значит, как только он освободится.
Повесив трубку, Вульф откинулся на спинку, закрыл глаза и задвигал губами. Определенно, он был в отчаянии. До обеда оставалось всего пятнадцать минут.
ГЛАВА XIII
Я бы сказал, что инспектор Кремер и сержант Стеббинс весят примерно одинаково, около ста девяносто фунтов каждый, но толстым ни того, ни другого не назовешь. Однако не подумайте, будто у них одинаковые фигуры. У Кремера тело упругое, у Стеббинса — отвислое. У Кремера пальцы костлявые, у Стеббинса же не видно ни одной косточки, наверно, и все остальное у них в таком же духе, но я никогда не загорал с ними на одном пляже, так что ручаться не могу. Не знаю, с кем из них труднее совладать, возможно, в один прекрасный день я это выясню, хоть они и представители закона.
Но, разумеется, не сегодня, когда мы сами пригласили их к себе в дом, чтобы дать им милостыню. Поздоровавшись с Вульфом, они заняли свои места: Кремер — красное кожаное кресло, Пэрли же уселся в желтое. Кремер даже постарался пошутить: спросил у Вульфа, как обстоят дела с его ходом рассуждений.
— Никак, — сказал Вульф. Он повернул голову так, чтобы можно было видеть их обоих, и вовсе не прикидывался, будто он этому рад. — Мой разум перестал функционировать. Он потонул в потоке обстоятельств. Мой телефонный звонок вам был продиктован не разумом, а неудачей. Я скис и пошел на дно. Только что я вернул одному клиенту аванс в десять тысяч долларов. Отису Джареллу. У меня теперь нет клиента.